Turian Citizen Forum

Глава 2. Реабилитация.
Загрузка данных пациента…
Имя: Децимус
Фамилия: Вэлос
Пол: мужской
Раса: турианец
Возраст: 25 лет
Род занятий: наемник

Когда Децимус открыл глаза, яркое освещение палаты «ударило» по его глазам. Не привычно было турианцу. Когда глаза привыкли к свету, он осмотрелся по сторонам. Палата. Обычная палата больницы «Гуэрта». Почему именно этой и как он сюда попал? История умалчивает об этом, а то, что Децимус именно в ней, говорит название на стекле большого окна от пола до потолка палаты. Турианец присел немного на койке и вновь осмотрелся по сторонам. Тишина кругом, иногда нарушаемая тихим гулом медицинской аппаратуры и прочего оборудования в палате.
- Духи, как я тут оказался? – опять спросил он сам себя, потерев ладонью лоб, чутка поморщившись.
Вновь зыркнул по сторонам. Взор остановился опять на понравившемся виде из окна палаты. «Президиум должно быть…» - подумал он, подперев щеку. Делать все равно нечего, а полученные травмы дали-таки о себе знать. Турианец вздохнул, слегка поморщившись и скрипнув зубами от боли. Когда ему осточертело смотреть на пейзаж Президиума за окном палаты, Децимус отвернулся и начал с любопытством на экран аппарата, что стоял возле его койки. Юноша догадался, что это его жизненные показатели. Пульс, температура тела, активность мозга, энцофолограмма, еще что-то. В медицине он толком не мыслил, так что вникать во все это дело не стал. Махнул рукой, так как и это занятие ему порядком надоело, и прилег обратно на подушку. Вновь вздохнул и прикрыл глаза. Так, теперь и сна ни в одном глазу. Блеск.
- О, мистер Вэлос, вы очнулись! – послышался жизнерадостный женский голос.
В палату вошла азари в одеянии медсестры и с датападом в руках. Подошла к койке турианца, повернулась к аппаратуре, сняла кое-какие показания с приборов и принялась за осмотр пациента клиники.

Через два часа все повязки и бинты были заменены, а Децимус сидел спиной к азари, что складывала весь медицинский инструментарий обратно в ящики рядом с аппаратурой.
- Как звать-то тебя? – спросил турианец , боком посмотрев на медсестру.
Она остановилась и повернулась к нему лицом, прижав к себе датапад, будто обнимая рабочий гаджет. Напал на нее ступор или что-то в этом роде. Обычно пациенты не спрашивают ее, не интересуются ее обязанностями. Им вообще синекожая дева безразлична. Но тут ей показалось странным, что именно этот пациент ей заинтересовал. В прочем – это всего лишь ее паранойя, которая пройдет.
- Лиина Т’Росс. А что? – отозвалась азари.
Турианец повторил про себя ее фамилию, однако Лиина услышала его бормотание и, слегка голову на бок наклонив, хихикнула на это:
- Мой отец с Земли, а мама азари.
Децимус сначала не понял, почему Лиина смеется, а потом дошло. Покачал головой в ответ, потерев шею.
- У тебя просто заторможенная реакция. Ты пролежал несколько дней, не приходя в сознание. Не знаю, что с тобой было, но травмы серьезные были и не значительная потери крови, - проговорила Лиина, присев рядом с турианцем, что озадаченно слушал медсестру.
Вэлос ошеломлено посмотрел на нее. После у него перед глазами всплыл недавний, как показалось турианцу, бой с бататрианцем из «Синих Светил». И теперь все встало на свои места. Децимус понял, почему он оказался в клинике. Азари понаблюдала за его озадаченностью и опять звонко рассмеялась. Поднял голову и посмотрел таким виноватым взглядом, будто он маленький детеныш, что нечаянно что-то разбил по глупости. А Лиина все хохочет. Да и не заметила, как вошел лечащий врач турианца – саларианец, доктор Тэлон Вэоус. Азари перестала хохотать, быстро встала с койки турианца и моментально свалила от греха подальше, пока саларианца, пока тот не начал ее отчитывать при пациенте. Правда, лекций ей по поводу поведения не избежать. Доктор Вэоус любит читать мораль часами, пока это дело не начнет изрядно надоедать. Турианец опять в непонимании сидит и хлопает глазами. Лечащий врач подошел к оборудованию, посмотрел на показания, сверился с полученными по локальной сети от медсестры результатами, после убрал датапад, сложил руки на груди и довольно улыбнулся.
- Вы быстро идете на поправку, друг мой. Еще немного, и через несколько недель вас можно выписывать, - скороговоркой произнес саларианец, опустив руки.
Децимус поднял ладони к верху, мол, не так быстро, и скептически посмотрел на врача:
- Док, ты можешь хоть остановиться, я не успеваю улавливать смысл и суть твоих слов. Ты говоришь, что я быстро иду на поправку, но почему я долго должен тут торчать, а? – непонимающе смотрел на Вэоуса турианец.
- О, я так быстро говорю? Простите, это особенность нашей расы, просто у нас в привычке быстро говорить, делать…
- Док!
- Извините. У вас просто некоторые отклонения в психике связанные с детской травмой и… - собирался было договорить медик.
- Все, можешь не продолжать, я понял тебя, - прервал его турианец, откинулся на подушку опять и уставился в окно, на пейзаж.
Где-то еще полчаса саларианец стоя возле койки пациента. Но потом все же направился к выходу и, повернувшись к турианцу, еще раз удостоверился, что с ним все в порядке. После – покинул реабилитационную палату, оставив Децимуса наедине с собой и своими мыслями. Сам же турианец не долго лежал и смотрел в окно. Вновь провалился в сон. Разморил таки его разговор с медиками.

Следующая неделя в клинике не заставил себя долго ждать. Опять азари-медсестра, опять осмотр, опять снятие показаний. Но теперь добавилось еще одно разнообразие – наконец-то турианец может нормально позавтракать, а не внутривенно питаться, через надоевший катетер. Хвала Духам и предкам, хоть что-то радует. Типичный турианский завтрак – тамранские пряты и саштан. Ничего необычного, чтобы прям ух! Хотя, необычным может показаться название блюд. Для человека это открытие, как для турианца название торта «Наполеон». А разнообразие пищи всеразличных рас – вполне нормально для больницы Цитадели. Тем паче, что тут пациенты такие, разнорасовые. Здесь всегда можно найти разнообразную пищу, если хочется разнообразить свой рацион, но лучше проконсультироваться с врачом во избежание непоправимых последствий. Цитадель же ведь своего рода перекресток рас, культур, историй, различных вероисповеданий. За это юноша и любил это место. А иногда и ненавидел. Шумно тут очень, а точнее – в некоторых районах. И смертельно опасно – на себе испытал, когда пошел в наемничество, надеясь найти приключений и авантюр на свою итак многострадальную задницу. Нашел. С лихвой хватило, благо, что жив остался.
Лиина сделала еще пару заметок в датападе своем, отметив улучшение состояние пациента.
- Скоро выпишут, как я понял, да? – спросил девушку Децимус.
Азари ничего не ответила, лишь утвердительно кивнула на вопрос турианца и вышла из палаты уже по своим делам. Турианец опустил голову и облегченно вздохнул, мол, скоро не придется здесь долго отсиживаться.
Вечер тоже оказался таким же шаблонным, как и утро в клинике – те же процедуры повторились заново, монотонно и нудно. Хорошо что есть чем поразвлекаться – Лиина принесла Децимусу книги, какие смогла достать. И, что самое интересное, они бумажные. Известно, что турианцы, как и люди, очень любят читать и держать в руках именно бумажные книги. Электронные всегда успеется, а вот бумажные… Шелест от перелистывания страниц, хорошая бумага, а иногда и запах типографской краски – что турианцы, что люди в этом плане очень похожи – эти вещи могут хорошо голову вскружить.
В шахматы с турианцем? Почему бы и нет. Лиина Т’Рос и шахматы свои принесла Децимусу, чтобы хоть как-то скрасить его пребывание в клинике, пока гиперактивный юноша еще чего не натворил несусветного. Например, позавчера на прогулке зацепился о чью-то капельницу, пока бегал и нарезал круги. Капельницу волуса, как оказалось. Тот чуть было не накатал жалобу аж самому Совету Цитадели. Дело удалось утрясти, а сам турианец больше из своей палаты с того момента не вылезал.

Очередное утро – очередное повторение того же заученного алгоритма процедур наизусть. Как только медсестра входила в палату, то видела уже сидящего турианца на койке в ожидании снятия повязок, регистрации показаний.
Когда с Децимуса сняли повязки, он блаженно вздохнул – наконец-то не придется больше носить эти треклятые бинты и пластыри. Когда последний бинт бы снял, турианец немного потянулся. Какое же удивительное ощущение, что теперь ничего не стискивает движения, можно нормально, мать вашу, вздохнуть полной грудью.
- Все швы затянулись. Через пару-тройку дней тебя выпишут, - проговорила медсестричка, убрав весь медицинский инструментарий в тележку.
Турианец щелкнул мандибулами и протянул руку к саштану, отвечая азари на ее облегчающее заявление по поводу выписки.
- Слава Духам! Вылезу из клинической коробочки-тюрьмы и пойду вновь своими делами.
На лице Лиину улыбчивая гримаса сменилась обидой. Для нее его слова показались обидными. Турианец скептически посмотрел на азари. Потом опустил голову и виновато проговорил:
- Знаю, ты привыкла к моему пребыванию здесь… Прости, не хотел обидеть… - проговорил он.
Для азари Децимус стал как брат младший, с которым он вечно носилась и корпела над его выздоровлением. Даже как-то родным стал этот юноша, импульсивный и молодой.
Снова палату посетил лечащий врач турианца. Азари шмыгнула к выходу и скрылась в толпе людей в коридоре. Саларианец ничего не понял, как и сам турианец. Они переглянулись. Врач пожал плечами и остановил свой взор на собеседнике.
- Да, скоро выпишу вас, мой друг.