|
ФРПГ "Истязание"
|
|
Извините за опоздание, я заблудился на дороге под названием жизнь. 
|
Ночь с дня второго на день третий.
Два охотника.
Ливень не торопился стихать. Напротив, насколько могла оценить Нэдрис, дождь только усиливался. Конечно, это была мелочь, но вот то, что под ногами земля начинала постепенно превращаться в хлябь, мелочью не было. День выдался трудным, и следующий не обещал быть простым. Следовало отдохнуть - хотя бы немного, но там, где было посуше и безопаснее, чем здесь, на небольшой полянке посреди недружелюбного леса.
Стоило ли ему доверять? Женщина в сомнении следила за новым, нежданно свалившемся на голову знакомым. Видимых признаков агрессии он не проявлял, да и ощущения прямой угрозы не вызывал, но… он был силён и потенциально опасен, и списывать это со счетов было бы верхом опрометчивости.
- Зачем тебе парашют? - спросила Нэдрис, проследив взгляд мужчины, направленный в сторону, где полотнище зацепилось за ветки.
|
- Пригодится, - Кветус спокойно ответил, убирая пистолет в кобуру. - У меня рюкзак почти пустой - беру все, что нахожу.
Турианец пошел в сторону парашюта, поглядывая на Нэдрис краем глаза, все еще ей не доверяя. Когда он перестал видеть ее боковым зрением, он развернулся и пошел спиной вперед к кусту.
- Я не в восторге от дождя, и хочу найти сухое место по понятным причинам, - дойдя в этот момент до парашюта, он наклонился, вылив воду, скопившуюся под подбородком.
Схватив полотно за угол, он резко дернул, сорвав его с куста. Раздался звук рвущейся ткани - надо было аккуратно снять, но Кветус применил силу, мысленно ругнувшись на себя самого за это решение. Тем не менее, он сделал вид, что ничего не произошло и что он так в принципе и хотел.
Мракобесие и джаз.
|
- Успешно, апирик, - хмыкнула женщина. - Даже чтобы обеспечить себе укрытие, надо иметь терпение и мозги, - сложив руки под воротником, она с интересом наблюдала за мужчиной.
Темень стала настолько густой, что человек не смог бы различить в ней собственных рук. Но хищная природа турианцев позволяли вылавливать из этой тьмы последние крупицы света и видеть, что происходит вокруг. Новый порыв ветра - и одна из строп, зацепившаяся за толстый сук с треском лопнула.
- Духи дают совет - тебе остаётся лишь услышать его, - она похлопала ладонью по ножу, лежавшему в ножнах на её поясе, и кивнула на стропы, плотно обмотавшиеся вокруг веток.
|
Турианец достал свой нож, раздумывая о словах о духах. Это казалось чем-то бесконечно близким, но в то же время настолько взятым с потолка, что не к месту было это говорить. Отрезав веревки, он упаковал парашют, скрутил остатки строп, которые тоже могли бы пригодиться. Шестеренки в голове постепенно начинали шуршать и шевелиться, в памяти всплывали некоторые знания по теме духов. Через мгновение он окончательно понял, о чем речь, и даже успел порадоваться, что, похоже, возвращается память.
- Ну что, покажи, как использовать терпение и мозги, - он ответил совершенно спокойно, не показывая, что язвительное замечание ему пришлось не по душе.
Мракобесие и джаз.
|
Нэдрис несколько удивило сказанное незнакомцем. Слова его она истолковала, как предложение помочь ему с организацией места ночлега, где его не будет беспокоить ни ветер, ни ливень. Предложение было откровенным, прямым и, на взгляд женщины, излишне наглым.
- Пффф... Предлагаешь мне построить для тебя уютное гнёздышко?
|
- Нет, - турианец развел руками в недоумении. - Я предложил показать, а не построить. Ты ведь намекала на то, что я этим пользоваться не умею? - После этих слов он сложил руки на груди, ожидая ответ.
Манера общения Нэдрис раздражала Кветуса, даже несмотря на то, что он от природы невозмутимый как камень, но делать было нечего.
Мракобесие и джаз.
|
- Кто-то разве сказал, что это был только намёк? Ха! - Нэдрис пару раз коротко щёлкнула мандибулами. - Для начала я бы нашла нечто вроде густого куста, или дерева, или каменного навеса. Любое место, где меньше течёт и хоть одна сторона укрыта от ветра. Сложи парашют вдвое, накинь поверх того, что нашёл, и не забудь хорошо привязать, а то сорвёт. Надеюсь, тебе хватит терпения на поиски и мозгов - на обустройство. Скажу сразу, дерево, откуда ты ссыпался, не пойдёт: ветви сорвёт вместе с куполом.
"Какого кземна я ему помогаю?" - промелькнула у турианки мысль. Давно уже пора было возвращаться обратно в "пещерку": судя по ощущениям, время близилось к середине ночи.
|
Турианец многозначительно промычал, сухо контрольно поблагодарил и начал осматриваться - вдруг где-то по близости найдется место. В принципе, валун, по которому он забирался на дерево, подходил, а рядом как раз был куст без листьев внизу и с пышной кроной. Странно, как Кветус не заметил его ранее. Кивнув, он пошел к этому кусту располагаться.
Мракобесие и джаз.
|
Уходя в сторону, противоположную той, где находилась "пещерка", Нэдрис через какое-то время остановилась, свернула в сторону и, проверяя, не идёт ли кто позади неё, по большому кругу обошла полянку, где встретила незнакомца. В "пещерке" было по-прежнему сухо: плотно переплетённые сучья и каменные выступы хорошо защищали от воды. Если её и начнёт заливать, то только к утру. На всякий случай, турианка подкорректировала подогрев брони и, согревшись и высохнув, задремала.
***
День 3
Утро
Разбудили её странные лесные звуки, неуверенные и, как будто, неспокойные. Сквозь ветви проникал серо-лиловый свет, и Нэдрис осторожно выползла из-под гостеприимно приютившего её на ночь куста, на выходе коснувшись одного из сучьев и мысленно поблагодарив место, давшее ей приют и защиту от ливня. Снаружи было сыро и пасмурно, но дождь успел закончиться. Редкие капли, что продолжали падать на землю, были уже каплями воды, скопившимися на листьях деревьев.
У входа в "пещерку" Нэдрис снова прислушалась. Лес "ворковал", "всхлипывал" и словно ждал чего-то, или за кем-то наблюдал, временами "вздрагивая" от одиночного высокого и резкого звука птичьего голоса. Ощущение, рождаемое лесом, было знакомо. Оно заставляло кровь быстрее бежать по жилам, а тело - не находиться долго повёрнутым спиной в одну и ту же сторону. Не переставая задавать себе вопрос, что происходит, Нэдрис неожиданно получила из глубин сознания ответ: опасность. Опасность пришла в лес. И скоро турианка поняла, какого рода опасность: на грани слышимого до неё донёсся звук низкого грудного рыка. Хищник. Хищник вышел на охоту.
По коже пробежала приятно наэлектризованная волна, жвала турианки дрогнули, пуская в горло больше воздуха и запахов, что он нёс. Здесь было слишком узко: кусты и камни обступали её со всех сторон. Ночью это защищало от ветра, но сейчас, против крупного хищника, напротив делало Нэдрис более уязвимой. Нужно было выбираться куда-то, где было больше открытого пространства. Сжимая в руке пистолет, турианка двинулась в сторону уже известной ей полянки.
|
Она ступила на поляну, когда зверь уже скрылся из виду, а ночной знакомый - только вышел из своего укрытия. Судя по его сосредоточенному виду и тому, как напряжённо он всматривался в кустарник, его тоже разбудили подозрительные звуки, нарушившие покой утреннего леса.
Нэдрис ступала абсолютно бесшумно и, подойдя достаточно близко, тихонько зашипела, привлекая внимание мужчины.
- Э-ей-ррр-шшш... Апирик... Не спится с утра? Ил тоже "гости" разбудили?
|
- Его морда прямо вот тут была, - шепотом ответил Кветус, поднеся ладонь у лицу на несколько сантиметров.
Турианец всматривался в каждую травинку на поляне, будто сканируя местность.
- Он знает, где я. Если я его не найду, то мне надо будет уходить, - на расстоянии метров десяти стоял высокий куст, оттуда донесся шорох, внимание мужчины было моментально переключено именно туда.
Он вытянул пистолет, держа его обеими руками, стоя немного повернувшись боком, но звук снова донесся уже из другого куста. Кветус резко развернулся и задержал дыхание, готовясь стрелять.
Мракобесие и джаз.
|
Нэдрис медленно сделала пару шагов вперёд, двигаясь по дуге локтях в десяти от мужчины. И тоже не спускала глаз с кустов, за которыми шёл зверь. Две хищные породы сходились в схватке из терпения, умения ждать, слышать, чуять и понимать тот момент, когда нужно сделать один-единственный бросок. Турианцев было двое, но зверь превосходил их размерами. Пистолеты, ножи и острые когти против ещё более длинных и острых когтей и ещё более длинных зубов и мощных челюстей. Охотник дикий, первозданный и охотники, прошедшие путь познания длинной в десятки тысяч лет.
Ощущения обострились до предела. По жилам бежал огненный поток охотничьего азарта и нетерпения, чуть приправленный тенью здорового страха перед заслуживающим уважения противником. Нэдрис мутно ощущала движение там, за кустами. Движение, целью которого было найти точку, с которой можно совершить тот самый единственный бросок.
Со стороны турианцев к кустам подул лёгкий ветерок - и движение прекратилось. Зверь замер, изучая новые запахи, а потом из-за зарослей раздалось глухое ворчание. Турианка почуяла изменение в настроении зверя - его начинало снедать нетерпение, словно её появление на поляне было более желанным для хищника, чем появление её ночного знакомого. Нэдрис уловила интерес к ней, словно когда тебя берёт на прицел снайпер. По коже пробежала новая приятная волна, добираясь до глубин турианского существа - до древнего охотника, таящегося в недрах души. Она уже дышала через раз, сердце отсчитывало ровный ритм, а тело было готово совершить рывок в любую секунду. Такое знакомое чувство… Знакомое и до безумия приятное. Чувство единения со своей древней натурой. Она уже испытывала его много раз в те времена, о которых не помнила сейчас. Испытывала и контролировала эти огненные потоки, разливавшиеся по телу и рвавшиеся наружу в желании сплестись в единое целое с окружающим миром.
Шаг, ещё шаг. Напряжение приближалось к своей наивысшей точке, и теперь лишь оставалось ждать, у кого из охотников нервы сдадут раньше. Интерес к ней достиг пика, турианка инстинктивно замерла и приготовилась… К чему? - Она поняла в следующий миг, когда из кустов на неё вылетел зверь. Огромная туша, раза в четыре тяжелее её самой одним прыжком, почти без звука, преодолела полдюжины шагов, разделявших их, и упала бы на Нэдрис, не метнись она в сторону за долю секунды до этого. Воздух разрезала вспышка - залп из пистолета скользнул по чешуе зверя, оставляя на ней слабый ожёг, который, казалось хищник даже не почувствовал.
|
- Я на месте. Вижу цель, - проговорил человеческий мужчина в броне разведчика во встроенную в шлем рацию . Он сидел почти на верхушке дерева, наблюдая через длинный прицел объект №24 и №29.
Его не заметил бы даже самый зоркий зверь, так как тактическая маскировка отлично выполняла свою функцию, буквально скрывая само существование охотника.
- Делай свою работу, - послышалось в ухе.
Мужчина, прицелившись в Нэдрис, затаил дыхание и нажал на курок своей инъекционной винтовки. Дротик полетел чётко в цель и попал в открытую и мягкую часть турианки. В шею.
- Сюрприз доставлен, повторяю, сюрприз доставлен.
- Отлично. Высылаю координаты эвакуации.
Солдат почти начал спускаться, как невменяемый тураск, врезался своей массивной тушей прямо в то дерево, на котором сидел мужчина. Конечно это было рискованно выполнять свою работу так близко от самого места действий, но даже самые продвинутые технологии не позволяли стрелять сквозь деревья, кусты и прочие преграды на линии огня. Впрочем, человек был профессионалом и знал на что идёт, так даже такой сильный удар не дал ему раскрыть своё местоположение. Он крепко держался за ветви, выжидая момент, когда можно будет покинуть это проклятое место и проклятую планету в целом. Главное, дело было сделано, а остальное уже не так важно. Для тех, кто проводит эксперимент конечно же.
Извините за опоздание, я заблудился на дороге под названием жизнь.
|
Ощущение, что на неё смотрят через прицел было коротким и туманным, возможно, потому, что снайпер, в отличие от тураска перед ней, не желал ей смерти, и большая угроза поглотила меньшую. Но вот укол в загребник Нэдрис почувствовала в полной мере. Тихо “крякнув”, она схватилась за шею и, выдернув дротик-ампулу, удивлённо задержала на ней взгляд на пару секунд, которые дал ей тураск, врезавшись в дерево. От места укола по телу разошлась быстрая волна не тепла и не холода - чего-то иного, от чего огонь в жилах превратился в лаву - раскалённую, но неестественно спокойную. В голове стало чисто и звонко, а тело словно превратилось в лёгкий, удивительно подвижный и сильный механизм, способный сейчас, казалось, не только крушить всё вокруг, но и прогибать под себя нити вероятностей реальности.
Знакомое состояние. Знакомое и привычное. Нэдрис знала его, умела им управлять, но не помнила, откуда у неё эти знания. Она лишь понимала, что содержимое ампулы сейчас дополнило и окончательно разбудило в ней гармонию и совершенство охотника и бойца. Кто-то знал её секрет…
Мысль зародилась - и тут же исчезла: развернувшись, тураск атаковал её сбоку. От массивной туши ей удалось увернуться, но кончик длинного крепкого хвоста всё же дотянулся до её пальцев, сжимавших пистолет - и выбил оружие из рук турианки. Мягкость и гибкость тела спасли Нэдрис от перелома, но пистолет улетел к противоположному концу поляны. Выругавшись, она ухватила рукоять ножа и с глухим рычанием отступила в сторону, уходя с линии прямой атаки зверя. Что ж… раз уж ей вложили в когти инструмент иного рода и порядка, раз теперь Духи всецело вели её своим словом, она примет бой даже с одним мономолекуляром в руке. У края серых глаз промелькнула жёлтая хищная искорка, а зрачки сжались в тонкие иглы, ловя малейшее движение тураска.
|
Словно дёрнулась нить, когда огромная туша устремилась на неё. Тоненькая ниточка - одна из многих, что дрожали у края обозримого. Пока что дрожали. Долго удерживать их ей было не под силу. Всего лишь пара мгновений…
Нэдрис скользнула вдоль дрожащей ниточки навстречу тураску, стараясь не касаться более никакой другой. Духи указали на неё, и она шла в соответствии с советом. На правой руке после удара хвоста зверюги плохо сгибались пальцы. Перехватив нож в левую, турианка бежала вперёд. У самого бока лязгнули челюсти, но она успела вильнуть в сторону, плетью поднырнуть под обрушившийся на её голову хвост и, подскочив вверх и оттолкнувшись рукой от покрытой пластинами шкуры тураска, взлететь ему на шею. Насколько это было возможно, Нэдрис подалась вперёд, легла на шею, вогнала нож снизу вверх под нижнюю челюсть хищника и дёрнула им в сторону.
Рёв оглушил её и перешёл в воющий хрип. Зверь рванулся в сторону, сбрасывая с себя турианку. Нэдрис, приземлившись на бедро, покатилась в сторону, к кустам, где её не могли затоптать. Тураск заметался, из распоротой шеи ударами хлестала красно-бурая кровь, заливая поляну. Наконец, слабеющие ноги не выдержали массы туши, и он завалился на бок, продолжая царапать землю когтями и медленно затихая.
|
Реальность плыла, как будто в дымке. Поднявшись на ноги, Нэдрис уставилась на тураска, убедилась, что он мёртв, перевела взгляд на турианца - единственное живое существо, находившееся сейчас рядом. Вчера ощущения были не столь яркими, но сейчас, находясь в некоего рода трансе боя - странном побочном эффекте препарата, находившегося в ампуле - смогла оценить в полной мере его качества бойца, оценить его силу и потенциальную опасность для себя.
Да, он был опасен, но сейчас агрессии к ней не проявлял, скорее наоборот, дал понять, что зла ей не желает. Это избавило его от второй драки, с новым противником, возможно, более опасным, чем только что убитый тураск. Оглядев поляну, турианка убедилась, что иного вероятного противника здесь нет, и направилась к противоположным кустам, куда в начале боя отлетел её пистолет. Укрепив его на поясе, она подошла ближе к туше и, стараясь успокоить взбаламученное стимулятором нутро, присела рядом.
- Жизнь отобрана ради жизни, - проговорила тихо она, вынимая нож из горла твари. По лезвию пробежали редкие капли крови, и одну из них Нэдрис, слабо осознавая, зачем, слизнула языком.
Так надо было, так она принимала от убитого зверя хоть что-то, чтобы показать, что убийство было не из праздности. Древний обычай, суть которого забыть было нельзя - разве что объяснение обычая. Турианка поднялась, заправила нож в ножны и подняла глаза на мужчину. По серой радужке скользила желтоватая тень, а взгляд напоминал взгляд хищника, оценивавшего вероятную жертву. Незнакомец видел то, что не должен был видеть - через осколки памяти Нэдрис это осознавала, но поделать ничего не могла: приказа не оставлять свидетелей ей никто не давал, а забирать жизнь просто так, охотник не может.
- Как твоё имя? - спросила турианка лишённым эмоций голосом.
|
Девушка наблюдала за силуэтом незнакомца уже некоторое время. День подходил к концу и надо было что-то решать. Пришел он за ней? Или просто решил здесь посидеть? С этого ракурса не было видно, что делал этот… Человек? Не похож. Может, убить? Она сильнее сжала винтовку, продолжая наблюдение за этим гуманоидом. Поразительно, но за это время незнакомец не издал какого-либо шума и не шелохнулся, сидел, что-то делая, но при этом без лишних движений. Девушка сделала шаг и… Небольшая ветка предательски прохрустела под ногами. Вот черт. Она вскинула винтовку и вышла из кустов.
- Встать! – произнесла девушка, пытаясь не терять самообладание.
Раздался какой-то непонятный механический звук.
«Анализ ситуации… Голос идентифицирован. Гуманоид. Человек. Особь женского пола. Тон раздражительно-нервный. Оценка ситуация. Голосование подчинится ли девушке? 65% гетов за. Активация протокола «контакт». Инициирование человеческой речи».
- Встаем,- механическим голосом произнесла платформа, встав, все еще стоя спиной к незнакомке. Девушка не могла поверить… Кто-то над ней шутит? Живой гет? Почему он говорит во множественном числе? Тут кто-то еще кроме него?
- Повернись, подними руки и без резких движений! Ты что, не один тут? – она сжала винтовку сильнее, нервно оборачиваясь по сторонам. Ходили, конечно, байки, что кто-то когда-то пересекался с говорящими гетами которые не проявляли прямой агрессии, но… Это были всего лишь байки.
- Хорошо, только не раздражайтесь, пожалуйста, особь женского пола, - геты подняли платформе руки и развернули ее, изучая идентификаторами. Увидев оружие в руках, некоторые программы «забеспокоились», - не стреляйте пожалуйста, мы не причиним вам вреда.
Девушка открыла рот, гет, мать его, реальный гет! Разговаривает! Раздался шум где-то недалеко и выше. Она резко перевела винтовку в сторону шума. Это просто лавина сходила с гор…
- Нам можно опустить руки? Мы не хотим конфликта, - платформа смотрела в сторону незнакомки. «Рост примерно сто семьдесят сантиметров. видимых анатомических отклонений нет. Размер ноги сорок. Светлый цвет волос. Цвет глаз установить не удалось, нужен более близкий контакт». Девушка опять обернулась.
- Назови себя! – она покосилась на номер, который аккуратно краской был выведен у гета на груди. Тринадцатый. Значит, девушка не одна такая.
- Мы геты,- платформа все еще держала руки и стояла неподвижно, лишь несколько двигая головой и пластинами на голове, пытаясь показать свою дружелюбность по протоколу «контакт».
- Я знаю, что ты гет, почему ты говоришь во множественном числе? Тут кто-то еще есть кроме нас? Назови себя! – девушка подкрепила свои слова, опасливо покачав винтовкой.
- Нет, только мы – геты. Никого больше. Как тебя называть? – платформе «нужно» было ключевое идентификативное слово, чтобы сохранить данные. Платформа подметила, что у девушки на груди красовался номер сорок два. – Твое имя Сорок Два?
- Что? Нет! – девушка сильно растерялась. Было видно, что машина не хочет вражды. Стоп. Машина. Не хочет? Какой бред. Ей никто не поверит, - Лямбда, зови меня Лямбда, можешь опустить руки, - девушка закинула на плечо винтовку, прижав вторую руку к своим глазам. Похоже, она уже здесь сходит с ума. – Нет, это не возможно, - Сорок вторая подошла и села на поваленное дерево рядом,- это бред, таких гетов не существует.
Платформа с интересом наблюдала за повадками Лямбды. Условно контакт был установлен, опасность сошла на нет.
- Мы есть, нас таких много,- произнесли геты, садясь обратно, и продолжая заниматься починкой руки.
- Я тебе не верю, я просто схожу с ума, находясь здесь уже третий день, черт… Ты знаешь, что тут творится? – устало произнесла девушка, встав и начиная собирать материал для костра.
- Нет, мы не знаем, что тут происходит, - платформа, начала стягивать синтетическую кожу и мышцы, что часто служили усилителями для сервоприводов.
- Как твое имя? Не называть же тебя гетом? – Лямбда сложила весь горючий материал, что нашла поблизости и начала огнивом пытаться его разжечь.
- Мы все геты, - платформа столкнулась с неким непониманием, программ много, у каждой свой номер, перечислять каждого бессмысленно, проще сказать что вот все мы геты.
- Ну не может такого быть, каждого как-то называют,- они оба посмотрели на разгорающийся костер, благо, он был не столь большим, а густой лес гарантировал, что костер будет очень проблематично обнаружить. Вечернее небо было настолько темным, что уже невозможно было обнаружить слабый дым от костра. – Не уж-то тебя называть по номеру на твоей груди?
Платформа растеряно посмотрела вниз, все-таки они не заметили самого главного, что здесь им дали идентификатор тринадцать.
- Да, - ответили геты, это жутко все упрощало.
- Мда…Значит так, Тринадцатый… Нам теперь выживать вместе. Сейчас я жутко устала. Давай ты пока последишь за моим импровизированным лагерем? Мне нужно восстановить свои силы.
- Да, - геты стали наблюдать, как девушка раскладывать свой спальник и быстро туда забралась. Платформа «записывала» данные о поведении девушки, отдавая часть памяти на все это. Такая информация куда ценнее для общности чем данные о животных или растениях. Ведь большая часть поведения разумных была условно не предсказуема, хотя набирались сотни и десятки сотен шаблонов, по которым могли действовать те же создатели в сложившихся ситуациях. Тринадцатый остался один, девушка спала. Платформа запустила диагностику. И все было хорошо ровно до того момента, как дошли до программы № 596, которая выдала критическую ошибку всей системы и «затребовала» срочной перезагрузки системы, чтобы устранить дефекты нескольких других программ.
В твоих глазах отражалось такое яркое сегодня холодное солнце.
|
День 3. Утро. "Вскрытие покажет"
- Вам была введена снотворная доза панацелина. Процесс регенерации тканей в организме ускорен. Внутренние органы не повреждены. - повторял нудный механический голос ВИ скафандра.
Кира сначала пытался аккуратно открыть глаза, дабы избежать неприятного столкновения сетчатки с солнечными лучами, но по счастью, он лежал около высокого и хорошо олиственного дерева, которое своей тенью защищало учёного.
Справляясь с сильным головокружением, саларианец пополз к стволу дерева и опёрся на него спиной, улучшив себе обзор, где, первым же делом, бросался в глаза здоровенный труп ночной бестии, почти убившая безумца.
Он приходил в себя: разглядывал всё вокруг, чтобы ускорить работу мозга; глубоко дышал, ускоряя газообмен. Весь процесс занял две-три минуты, после Кира снова начал осматривать мёртвую тушу, уставившись на брюхо.
В голове сохранились судорожные воспоминания о последних минутах неравной схватки, огромного хищника повалила всего лишь обычная стрела… Которой не было на месте! А Кира готов был поклясться, что она торчала в брюшной стороне этого чудища.
“Значит, кто-то его подбил, дождался пока отключусь я сам, а после забрал свою стрелу” - дедуктивно размышлял саларианец, пытаясь сложить мозаику воедино.
Убедившись, что сейчас ему ничего не угрожает, Кира неуверенно поднялся, но введённый панацелин с примесью стимуляторов знал своё дело. Подходя ближе, неуверенность и страх сменились диким любопытством.
Первым делом, саларианец осмотрел место раны… Выстрел идеальный, ровный, а других и не наблюдалось.
“Убийца знал куда стрелять”
Далее, он сделал срез эпидермиса близ раны, и с помощью инструментрона сделал необходимые анализы.
“Структура нарушена. Искусственно. Яд. Надо бы проверить ингредиенты… Хм… Тот споры мха, на который наступила та глупая азари, но тут есть что-то ещё... Адреналин?! Но откуда она его взяла?”
Теперь Кире осталось лишь понять, как сработал этот яд… Но сначала он вытащил нож, подойдя к его мускулистому хвосту. Воспоминания о бритвенно остром наконечнике, оставивший приличную отметину на броне, ещё были свежи в памяти учёного.
Найдя наиболее уязвимое место в переплетении мощных мышц хвоста и хитина, Кира нанёс серию ударов, пытаясь отрубить часть хвоста. Лишь через три минуты усердных попыток нож таки смог справится, а новый трофей был убран за пояс.
Теперь же ничего не мешало саларианцу продолжить свои исследования. Для начала он сделал глубокий разрез в брюшной полости тела, где мышечный слой поддавался ножу, но увиденное глубоко шокировало его… Он увидел дублированную систему органов, поочередно вынимая их из распоротого брюха, провёл анализ кровеносной и нервной системы… Адреналин был в крови, разнося яд. Было ясно, что адреналин выступал как катализатор гибели хищника, ускоряя процесс отравления. В глазах саларианца блеснул тихий ужас вперемешку с похвалой в адрес убийцы.
Результаты сканирования насчёт уровня лимфоцитов в крови выдал очень неожиданные данные. Несмотря на различия в морфологии и анатомии живых существ, Кира всё же знал, что у любого живого существа, есть определённые и нерушимые постулаты. В данном случае, речь шла об иммунной системе…
Как известно, лимфоциты занимаются тем, что уничтожают чужеродные агенты, попадающие в лимфоузлы через кровь, но яд же менял их структуру настолько, что клетки иммунитета просто не могли отличить кто свой, а кто чужой, поэтому организм уничтожал сам себя, но хищник упал замертво сразу же…
Ответ на этот вопрос лежал в двух вещах. Выстрел, как оказалось, был произведён неподалёку от сердца, а засчёт адреналина - яд распространился настолько быстро, что работа главного жизненного насоса была мгновенно нарушена.
Кира был сильно восхищён. Он недооценил ту наглую синекожку, а она проявила отличные охотничьи навыки и хорошие познания в ядах… В перспективе, конечно же. Тот запах после первой встречи, и яд из мха явно указывал на неё.
Саларианец азартно улыбнулся, загораясь желанием изучить её, провести парочку опытов, наблюдений, а может и экспериментов, а если что-то пойдёт не так, то можно и вскрытием занятся... Не так часто он имел дела с азари, а у него ещё оставались вопросы насчёт их биотических талантов.
Отряхивая от грязи поцарапанную броню, Кира ещё раз взглянул на убитую зверюгу, уже позабыв о прошедшей ночи, и пошёл спокойным размеренным шагом к лагерю. Почему он был уверен, что азари его навестит.
|
День третий. "Злые глаза, злые сердца".
- Твою же мать, вот так удача! - Радостно воскликнул Джарек, видя перед собой трёх собратьев, которые слегка растерялись от неожиданности их появления. Но тем не менее, наставить оружие они не забыли, в целях безопасности.
Элис же не разделяла восторга батарианца, так как сложившаяся ситуация была повёрнута явно не в её сторону. Но тем не менее, она не падала духом, и была вполне готова дать отпор четырём четырехлазым.
“- Четыре четырёхглазых, какая ирония” - пронеслось у неё в голове, заставляя покрепче сжать оружие в руках.
- Я бы на твоём месте так не обольщалась, вебир [1], - зло проговорила единственная женщина среди незнакомцев, выйдя вперёд, - ты в компании человека.
Финд вспыхнула от гнева, намереваясь прикончить этих троих. А лучше вместе с Мэусом, так как он наверняка был бы не рад такому повороту, учитывая то, как он обрадовался встрече с представителями его расы.
-Она со мной, - согласился Джарек спокойно. - Все одиночки, встретившиеся нам здесь, уже мертвы. Как показывает практика, все же лишнее пара рук не повредит.
Первая радость схлынула как снег под первыми лучами весеннего солнца от враждебных взглядов земляков.
- Или я неправ, братья?
- Ты можешь пойти с нами, но без этой шлюхи, - сказала батарианка, покосившись на человека.
- Эй! - Элис возмущено нахмурила брови и сделала шаг вперед, на что последовала негативная реакция среди незнакомцев, которые тут же направили на неё стволы.
- И ты ещё смел отрицать тот факт, что вы не расисты? - Склонив голову в сторону Джарека, спросила она, готовясь уйти в маскировку. Щиты должны были выдержать первые несколько пуль, так что шанс выжить и контратаковать всё-таки был.
- Не больше других, женщина, - равнодушно пожал плечами батарианец. - Я свободный гражданин, сестра. Я могу брать в поход всех, кого пожелаю.
Один из троицы, молчавший до этого, согласно кивнул.
- Ба эрда нахман? [Она твоя рабыня?] - уточнил он на родном языке.
- Вала крунт прандэнда рэдр э варрэн, [Эта женщина дикая как бешеный варрен] - хмыкнул Джарек. Троица довольно расхохоталась.
- Факад синка эн хэдха аласир? [Может закончим уже этот цирк?] - Спросила Элис, давая понять, что она прекрасно поняла о чем они только что говорили. Год на планете "NXP7-677" не прошёл даром даже в плане изучения языков, не говоря уже о выживании в таких джунглях среди таких дикарей, которые были готовы порвать любого за лишний глоток воды. Батарианский язык был приятен в звучании и выучить его было не так сложно. Хотя возможно, дело было в учителе, который, к слову, являлся батарианцем. Единственным адекватным батарианцем.
- Способная, - хохотнул тот, что пониже. - Дорого возьмут, если воспитаешь.
Батарианка в ответ лишь недовольно хмыкнула.
- Сначала нужно выбраться, - Джарек улыбался. - Я ничего не помню, братья. Вала э накуэ ррэн. [Женщина вспоминает местами].
- Так вы не в курсе? - Удивилась батарианка, после чего усмехнулась, - откуда выбираться? Это огромный мать его остров. Мы взаперти.
- Откуда такая информация? - Спросила Элис, смотря на них исподлобья.
- Птичка напела, - огрызнулся один.
- Придурки, - шикнула девушка, после чего махнула рукой и направилась в джунгли подальше от всех.
- Дарна ррамун, [легкого пути] - кивнул Джарек своим землякам.
- Он променяет...?! - злясь, взвизгнула батарианка.
- Пусть идёт, - ее спутник поднял руку, не позволяя двинуться батарианке вслед. - Он свободный гражданин.
Его спутники недовольно зарычали.
Будучи уже в лесу, Элис осмотрелась и проверила через инструментрон состав воздуха, который был абсолютно пригоден для дыхания. Это не могло не радовать, так как галлюциногенная атмосфера на той проклятой планете принесла в жизнь немало бед.
Сзади послышались шаги и девушка резко развернулась, держа наготове пистолет.
- Если ты намерен посадить меня на цепь, как подначивали твои дружки, то уходи пока не поздно, - она была зла, но спускать курок не особо желала. Всё-таки они с Джареком проделали немалый путь.
- Если бы хотел, то уже посадил бы, - спокойные нотки в его голосе почему-то говорили: да, посадил бы, да, смог бы. И ещё неизвестно, насколько бы ему сопротивлялись.
- Тогда почему ты не остался с ними? - Спросила Элис, не меняя своего положения.
- Я практичен, - ответил Джарек, внимательно глядя под ноги. - Убивать одну, а не трёх, когда придёт время, будет легче.
- Не обольщайся. Во мне воспитывали инстинкты убийцы годами. А вас учат как правильно пинать рабов. Биотика? Думаю ты в курсе, что щиты её блокируют, - спокойно размышляла разведчица. Она убрала оружие на магнит, после чего надменно хмыкнула и пошла дальше, выходя на рощу.
Джарек не ответил. Может, потому что его, как человеческая женщина и сказала, с детства учили пинать рабов. И он это умел. А ещё знал, что с рабами не разговаривают без нужды.
1. Вебир (бат.) - идиот.
Извините за опоздание, я заблудился на дороге под названием жизнь.
|
