Mass Effect Universe - Вселенная Масс Эффект

ФРПГ "Игра на выживание. Колония" - Страница 4 - Форум

Страница 4 из 5«12345»
Модератор форума: Роса, Vladimir_N7 
Форум » Форумная РПГ Mass Effect » Форумные ролевые игры Mass Effect » ФРПГ "Mass Effect Universe" » ФРПГ "Игра на выживание. Колония" (Предупреждение: NC-21 (18+))
ФРПГ "Игра на выживание. Колония"
Iskander
172
Offline
8354
2015-03-03 в 15:52 # 1




"Игра на выживание. Колония"


В ролях:

DV
- Изид Аравиз -
дреллка, специалист "по решению вопросов"

Mramont
- Эндрю Райт -
человек, агент ФСС

Ilostana
- Нэррин Павусс -
турианка, комендант колонии

Krolikmen
- Дилааран Никодим Шакир -
человек, криминальный элемент

Azura
- Лейдана Андера -
азари, руководитель туристической фирмы

Я-туман
- Горек Ил'Насс -
батарианец, журналист-законник

Роса
- Илли́ста Фа́лькрус -
турианка, медик

Maur
- Эдж -
человек, чистильщик

aleksiann
- Алексей Ранко -
человек, контрабандист

Volchitsa-Assassin
- Калина'Стар вас Балгок -
кварианка, инженер-исследователь




Мастер: DV Бета: Shelest | Свободных мест: 0 | Обсуждение ФРПГ "Игра на выживание. Колония" | Хронология
DV
145 0%
Offline
3033
2015-08-06 в 15:38 # 61
Рарзиста Тиалару родилась со страшной болезнью, её кости были хрупкими как хрусталь из Тесианской долины Мирозу. Первые сто лет своей жизни она прожила в лучших клиниках, её перевозили из колонии в колонию, изучали, обещая найти решение, но на деле она была подопытной зису. Сотни экспериментальных препаратов, полная изоляция, десятки тысяч опытов, надломили её психику. К своему двухсотлетнему юбилею единственным, отчаянным желанием была только смерть, но даже тут ей не удалось преуспеть. В 21 попытки самоубийства, она почти преуспела, и это почти сломило её окончательно. Она была прикована в силовом поле, облегчающем нагрузку на её кости. Несколько лет она парила в изолированном боксе, пока лучшие турианские инженеры не разработали для неё экзоскелет, на основе эффекта массы. Ещё пару лет её заставляли учиться ходит и обслуживать себя. Уникальная технология разрабатывалась для военных целей, проект был строго засекречен, даже совет не знал о том, что происходит в уединённой лаборатории в горах Гиетианы, оплота азарийской науки.
Не смотря на то, что она вполне научилась ходить и жить ущербной жизнью, азарийская профессура не оставляла попыток, нет не вылечить её, а создать из неё что-то новое, уникально. На протяжении долгих лет выяснилось, что у Рарзисты есть уникальная, компенсирующая хрупкость костей особенность, все её мягкие ткани регенерировали на порядок быстрее, клетки делились именно в тех местах, где возникали, порезы, ожоги и другие повреждения. Естественно, весть спектр повреждений анализировался исключительно экспериментальным путём, в результате её тело было практически всё покрыто шрамами и рубцами.
- Профессор Зуни, сегодня великий день! – поприветствовала синеглазая азари свою коллегу.
- Кто знает, кто знает…- Нибимира Зуни растерянно посмотрела на доктора Рун, и бросила напряжённый взгляд в сторону операционной.
- Всё получится. Её сердце выдержит, а ускоренная регенерация тканей поможет пройти реабилитации. В конце концов, она станет не просто полноценной, она станет искрой Богини, чем-то большим, чем-то совершенным.
- Совершенным, говорите, хмм… А вот ты хотела бы стать таким совершенством, Мисса?
- У меня нет ресурсов и особенностей организма. – Доктор потупила взгляд, пытаясь скрыть, отразившийся в груди холодом страх.
- То-то же. - Нибимира, грустно улыбнулась. - Меня беспокоит, не её сердце, а душа… Её психическое состояние, не то что нельзя назвать не стабильным, оно катастрофическое. Сколько раз она пыталась покончить собой?
- Попытки прекратились семь лет назад. Она хочет жить, это подтвердили психологические тесты. – Рун скрестила руки на груди и одарила профессора надменным взглядом.
- Это то да, я читала отчёты, вопрос в другом…
- И в чём же, позвольте поинтересоваться? На мой взгляд… – Доктор не унималась.
- На твой поверхностный взгляд, ты не смотришь в суть в глубину… Задайся вопросом, зачем она хочет жить. – Зуни пронзительно заглянула в глаза коллеги, и резко развернувшись, направилась в лабораторию, проверить последние результаты анализов.
Лоб азари исказили глубокие морщины напряжения, по телу пробежалась нежно голубая волна биотики. Она активировала инструментрон.
- Введите голосовой код, пожалуйста. - Приятный голос ВИ, разорвал напряжённую тишину.
- Кварцевая пыль пустошей судьбы, оседает на моих губах.
- Код принят. Введите генетический маркер, пожалуйста. – азари судорожно, на ходу стала что-то набирать в поле кода.
- Код принят, приятной беседы.
- Ага, приятной!
- Что? – отозвался, хрипловатый и жёсткий голос батарианца.
- Надо встретиться, у нас, похоже, назревают осложнения.
- У нас? А может у тебя? Ты, дала гарантии синдикату.
- Зинт! Зуни сомневается, а без неё у нас ничего не выйдет.
- Помниться мне ты говори, что она…
- Я помню, что я говорила – перебила она батарианца – но одной мне не справиться.
- Чего ты хочешь от меня? Чтобы я тебе ассистировал? – он разразился саркастическим смехом.
- Очень смешно! Я хочу, чтобы ты позаботился о мотивации матриарха, если вдруг её покинет желание закончить проект.
- Я понял тебя. Будь на связи.




Она как обычно стояла на веранде, укутанная в меховую накидку, устремив взгляд в сторону заката. Струящееся шёлковое платье цвета спелых плодов куразиса, бирюзовыми фалдами спадало на белоснежный мрамор ступеней. Нуви стояла неподвижно, словно изваяние самой боги. Лучи заходящего солнца нежно касались её, делая образ загадочным и чарующим. В глазах Зинта отразилась не просто прекрасная азари, в его глазах отражала любовь и безграничная тоска. Он боялся даже дышать, затаив дыхание он не хотел спугнуть это волшебное мгновении, и как можно прочнее закрепить его в своей памяти.
- Я много думала, и как это не парадоксально, ты оказался прав, она не просто проект, эксперимент всей моей жизни, она… она нечто большее… - она обернулась к нему и по её щекам заструился жидкий хрусть слёз. – Я так тоскую по ней, Зинт, так тоскую! – Она подошёл к ней и заключил в объятья.
Не плачь, жизнь моя. Я верну тебе её.- Он нежно поцеловал её гребни – она скоро будет с тобой.
- Скоро!- она резко отпихнула его - я это слышу каждый день с того момента как она сбежала! И что! Где она? Что-то я не наблюдаю её, только пустоту, пустоту в моём холодном сердце!
- Нуви… Я как раз пришёл доложить…
- Я слышу эти доклады каждый день! Пустые слова и больше ничего! – она вспыхнула биотикой – Что решил пожалеть своих людей приперется сам. О! Как самонадеянно! Думаешь, я не убью тебя?!
- Изид была на станции РТ54, и как беженка воспользовалась транспортом. С ней летел наш курьер, сегодня днём он вернулся, и за обедом рассказывал друзьям, что на борту была дрелка, я услышал это чисто случайно. Допросил его. – Зинт был совершенно спокоен.
- И что мне с этого! Транспорт с беженцами колесит по всему траверсу и ещё Богиня знает где, его маршрут зависит от того кто сколько дат на лапу пилоту! Она это хорошо знала, именно поэтому и воспользовалась такой перевозкой! Твои слова пусты, как моё сердце!
- Она на Хейлосе.
- Чччто? – голос дрогнул. Её немного качнуло, ноги подкосились, и она медленно осела на пол.
- Человек твоего спектра – лицо батарианца исказила гримаса отвращения – сейчас тоже на Хейлосе.
- Хейлос… Что-то знакомое… Хейлос, ну конечно. Феерия туриано-человеческой дружбы! – она ухмыльнулась – Ещё тот рассадник. Подожди, но, как же так, там же сейчас прозябает Томаг!
- Этот ублюдок ещё жив! Я ни когда тебя не прощу, что не дала отрезать ему яйца и вспороть брюхо! – Зит подошёл к Нуви, и помог ей встать.
- В нашем мире, а главное в нашей стезе, всё очень относительно, так что остынь.
- Он насиловал и истязал детей!
- Зит! Налей мне лучше батарианского, и обсудим план действий. - Она провела ладонью по его лицу, любуясь своим отражением в его глазах.
- Хм! – батарианец подошёл к столику, и налил в два бокала алкоголь.
- Думаю, для начала, нужно прижать Томага, эта мразь всегда боялась Изид, так что скорее она его запугала, и он с ней сотрудничает. Ищет ей работу, так по мелочи. – Она откинулась в кресле и сделала глоток.
- С чего такая уверенность?
- Хейлос – это особый мир, и я знаю, где обитают такие, как Томаг, так же это знает Изид. Или ты думаешь, что оно устроилась в цветочный магазин? – Азари широко улыбнулась.
- Я займусь им.
- Нет, ты убьёшь его, а он нам нужен.
- Неужели? И какая от него польза, это… исчадие ада, даже не сообщило нам об Изид!
- Ну, рассуди сам. Она рядом, она смертоносна и неудержима, и главное, она ненавидит его и он от неё в шаговой доступности. А мы, на другом конце галактики. Как бы ты поступил? – она заглянула ему в глаза, прочитав немой ответ – Ну вот, и он так же подумал. Собери все данные, я передам их нашему другу, а он своему человеку на Хейлосе.
- Твой спектр, мне не друг. И да, у меня ещё кое-что есть.
- Я слушаю.
- Несколько часов назад, со мной связалась Мисса, твоя старая подруга сомневается, она отложила операцию надвое суток, я проверил. Мисса просит помочь, замотивировать её, мои люди уже направились к её дочерям
- О! Эта сука мне много крови попортила, её убеждения стоили мне карьеры! Как же я хочу вырвать её сердце! – Резким движением, азари швырнула бокал с недопитым батарианским бренди, и он, издавая мелодичный звон, и разбиваясь на части, проскользил по мраморным ступеням веранды.
- Полегчало? – проследив за бокалом, спросил Зит.
- Не совсем . Значит так, на дочерей ей плевать, самое ценно в её жизни, это коллекция уникальных ДНК, вымерших видов, особенно гуманоидных. Она хранит её на Иллиуме в банке четырёх стихий. У нас там нет своих людей, так что, тебе карты в руки.
- Понял, тогда я отзываю своих ребят.
- Зачем пусть развлекутся, мелочь, а мне приятно. И Зит, проект должен быть завершён, миссия этого объекта невероятно важна.
- Я знаю, синдикат контролирует проект, ежеминутно.
- Я не хочу, чтобы ты недооценивал Нибимиру, она была десантницей, именно из армии она попала в науку, а потом в её голове произошёл сбой, и она решила, найти в ней искупление. – Она подошла к нему, и обняв, положила его голову себе на грудь. – Всё что касается регенерации, тканей, трансплантации и препаратов, у нас есть, а вот что касается механики экзо скелета, то у нас ровным счётом ничего нет, и у Нибимиру, к стати, тоже. Когда операция пройдёт, а тем более, когда она пройдёт успешно, всё будет утрачено.
- Ты же знаешь, что случилось с турианскими инженерами.- Поглаживая её бока, прошептал он.
- Да, досадное недоразумение вышло…– она тяжело вздохнула – В их команде, была консультант по медицине, не долго. Она консультировала по синоптическим связям и адаптациям тканей к скелету, она может знать. Турианка, имя и фамилия у неё, такие турианские… А! Кажется на «крус» заканчивается. Узнай кто она, и найди.

Бояться нужно не смерти, а пустой жизни.
Роса
118 0%
Offline
2188
2015-08-07 в 21:14 # 62
Совместно с Я-туман

Горек пришёл к дамбе раньше назначенного времени. Любуясь этим чудом инженерной мысли, он прошелся по гребню и перевел взгляд на водохранилище. И невольно залюбовался водной гладью, в которой отражался свет яркого светила и ясное небо с парящими в нём высокими облаками. Казалось, что рядом с такой красотой всё остальное было несущественно, но Ил'Насс знал что это не так. Красота еще никого не останавливала.



Она идёт сквозь перламутровый густой туман, за которым едва ли можно разглядеть очертания предметов, зданий, фигуры гуманоидов… Звуки тонут в вязкой, подобной патоке, пелене, и лишь отголоски их достигают сознания.
С каждым шагом становится всё холоднее. Она понимает, что идёт не туда, но не может найти в этом мареве тёплую тропу…
Неожиданно спину обдаёт ледяным порывом – ветра ли? Но ветра нет. Скорее похоже на прикосновение ледяной ладони. Сводит до боли спину. Через чуждое прикосновение начинает уходить в пустоту её собственное тепло. Она пытается защититься, оборонить себя, сбросить, сжечь, разорвать пожирающий силы контакт, но тот слишком изворотлив, слишком близок и норовит обступить её со всех сторон…
Она оборачивается и видит в мареве плотную фигуру, похожую на человеческую. Нет, это не та, что гнала её сегодня ночью, и которой она вогнала по самую рукоять клинок под правый бок. Она другая, она опаснее, стократ опаснее. И ближе…
Раненная, она, покачиваясь, делает шаг навстречу фигуре, затем ещё один, и ещё, и ещё… В груди нарастает клокотание гнева и правой ярости, вырывающееся наружу низким глухим рыком. Она готова принять бой, она принимала его всегда, ломая в себе страх и перебарывая бессилие. Когда с помощью извне, а когда и один на один, она брала верх почти всегда. И сейчас возьмёт. И берёт его, скидывая с себя ледяную руку. Вот только…
Её тело неожиланно пронзает копьё, по сравнению с которым ладонь могла показаться раскалённой до бела. От удара у неё подламывается одна нога, затем вторая – яростно рыча, она начинает оседать, пытаясь разглядеть нового противника, но не может различить его силует в сгущающемся мороке, а лишь сильнее проваливается вниз, темнота вокруг становится плотнее. Темнеет. Холод становится почти невыносимым. Она начинает падать в бездну, почти достигая её дна, как вдруг… По глазам полоснул яркий проблеск света, подобный всполоху зарницы или первому лучу звезды, что пробивает даже грозовые тучи, рождая радугу. Её ловят, ловит тёплая, почти горячая рука, крепкая и надёжная…
Иллиста проснулась, села на кровати, судорожно ловя ещё мелькавшие у края глаза обрывки сновидения. А потом, осознав тщетность своих усилий, устало откинулась на спинку кровати и с силой начала мять пальцами шею, глаза. Потом встала, подошла к окну и отвела занавеску – за окном уже давно было утро. Видимо, ей всё же удалось поспать несколько часов. Но отдохнувшей она себя не чувствовала. На душе было мерзко. И больше всего было мерзко не от совершённого убийства – здесь турианка не испытывала и тени раскаяния – а от осознания того, что всё это было спланированно: и само нападение, и подброшенные в её дом наркотики. Великие Духи, что же им было нужно от неё? Чем она заслужила подобное?..
Ответа не было – нутро и окружавший её мир молчали: она уже приняла решение, и теперь её предстояло за него держать ответ. И пока, до времени, новых советов ей никто не даст.
Сосредоточившись, Иллиста успокоила внутреннюю дрожь, возвращая мысли в текущий день, к его проблемам и задачам. И ахнула, вспомнив о двух вещах, одну из которых она не сделала ещё вчера, а о второй начисто позабыла из-за ночных событий. Посмотрела на время – оставалась всего пара часов до условленной встречи с Гореком, а до места встречи – городской дамбы – нужно было добираться не меньше часа. Снова она не успеет связаться с Кларой и рассказать… теперь уже не только про Амиру… «Ладно, - успокоила себя турианка, - сегодня только началось, и весь день у меня свободен. Успею.»
Она оделась, прошла через гостиную, где ещё спала Амира, в прихожую и далее – на кухню, наскоро приготовила завтрак ей, перекусила сама, накинула беловатую, в бежевых разводах вдоль швов кожаную куртку, привычным движением хлопнула рукой по полочке в прихожей... - сердце оборвалось... Турианка вспомнила, что её ножа у неё больше нет.
Сказать, что она была расстроена, означало не сказать ничего. Она предпочла бы потерять десяток, сотню омни, чем потерять свой нож. Это был подарок. Рукоять ручной работы, выполненная из настоящего рога, узкая стальня гарда, инкрустированная перламутром, мономолекулярное лезвие, в поперечном сечении являвшее собой вытянутый узкий ромб, толщиной в треть пальца, шириной в два и длиной в две турианские ладони. Сделанный на заказ специально для неё нож имел идеальный баланс, гармонично ложился в ладонь турианки, а по основанию клинка было выгравировано её имя. Но суть была даже не в самом ноже, а в том, кто подарил ей его...
Она словно потеряла частицу себя, на мгновенье почувствовав уязвимость, даже беззащитность. Но тут же отогнала прочь подобные мысли, подавив слабость и закрывая слабое место. Глубоко вздохнув, турианка шагнула за порог.



Дамба действительно являла собой грандиозное зрелище. Рёв воды заглушал сторонние звуки, а от белой громады, освещаемой лучами осенней Шедар, слепило глаза. Со стороны водохранилища, завораживавшего искрящейся серебром водной гладью, дул приятный лёгкий ветер, неся в себе запахи засыпающей осенней растительности.
Почти не оглядываясь по сторонам, Иллиста едва ли не бежала через южный мост на платину, чувствуя, что уже опаздывает. И остановилась, увидев почти посередине её высокую крепкую фигуру батарианца, облокотившегося на каменное ограждение дамбы.
Горек заметил её сразу. Турианка торопилась так, словно боялась, что батарианец уйдет. Он повернул голову в ее сторону и приветливо помахал рукой.
Чуть отдышавшись, Иллиста подошла ближе.
- Я опоздала, - виновато опустив глаза, сказала она. – Прости…
- Ничего страшного, - ответил Горек. - Я опасался, что ты вообще не придешь, - батарианец улыбнулся, но улыбка быстро сошла с его лица, когда он разглядел турианку повнимательнее. Выглядела Иллиста неважно: подклювье её было рассечено и, скорее всего, вчера сильно кровило, небольшая трещинка на левой скуловой пластине, ссадины на затылке, несколько рассеянный взгляд... - Что-то случилось, Иллиста?
Она посмотрела на него тревожно-оценивающе, размышляя стоит ли его нагружать своими неожиданно возникшими проблемами. С одной стороны, её лицо красноречиво говорило само за себя. С другой, можно было попробовать отделаться шуткой. Но от мысли о лжи ей стало ещё противнее.
- На меня напали сегодня ночью, - коротко выдала турианка.
- Оу, - вырвалось у батарианца. - Сильно тебе досталось, - Горек оглядел Иллисту - хорошо хоть было то, что осталась жива, цела и могла ходить, хотя в её движениях была заметна легкая заторможенность. "Неужели еще и сотрясение?" - подумал Горек. - Не хочешь рассказать?
Иллиста уже успела пожалеть о том, что сказала. Она не любила жаловаться, привыкнув решать свои проблемы самостоятельно. Однако обратной дороги уже не было. Но и говорить всего не следовало, иначе она рисковала подставить под удар Никодима ещё одного гуманоида. Почему-то от одной мысли о возможной угрозе для Горека все её внутренности сжались в комок.
- Я шла через нижний район, - начала она. – За мной погнался человек, ударил электрошокером, попытался ссильничать. Я очнулась, была драка, и… я убила его.
Она отвернулась, чтобы по её лицу батарианец не понял, что она пытается скрыть часть правды.
- Хм. Такое в нижнем районе не редкость, я там бывал пару раз. И всякий раз происходило нечто подобное. Но изнасиловать меня не пытались, - батарианец невесело усмехнулся и замер, как будто задумался, на несколько секунд. Иллиста не врала - Горек это сразу понял. Но в её словах чувствовалась недосказанность. Да и вряд ли убийство насильника так сильно могло выбить из колеи турианку. Но, если она не хочет говорить, значит, на то есть причины.
- Что же, хорошо, что ты, - Горек замешкался на мгновение, - серьезно не пострадала, Иллиста.
Горек посмотрела на турианку, и улыбнулся.
Но турианка прочла все в его глазах: он понял, что ему сказано не всё. Наступило неловкое молчание. Иллисту легко кольнул стыд. Хотя это и не была ложь, но от сознания того, что она пытается юлить и выкручиваться, внутри стало противно.
Турианка рассеянно кивнула на крайнюю фразу батарианца, стараясь не смотреть ему в глаза. Нужно было как-то переменить тему разговора. Задав себе вопрос, чем можно было бы переключить внимание Горека, она получила ответ. Постаравшись придать себе прежний непринуждённо-задорный вид, Иллиста спросила:
- Как твоя статья о заносчивой и высокомерной местной стерве?
- А, это. Я отправил её в редакцию, - батарианец странно улыбнулся и зачем-то уточнил: - На Иллиум. В следующем номере сможешь прочитать, если захочешь. Вроде, вышло неплохо. Но ей самой я отправил самый первый экземпляр, для ощущения праздника, так сказать. И в качестве благодарности, за, - тут Горек сделал знак воздушных кавычек, - "интервью".
- Думаешь, она была обрадована, прочитав её?
- Мне всё равно, что она почувствала, - лицо батарианца как-то ожесточилось, но лишь на секунду. Рука извлекла из куртки портсигар, а Горек повернулся к Иллисте и спросил: - Ты не против?
- Нет, - турианка покачала головой.
Взгляд её упал на кисть его правой руки, небрежно забинтованную и слегка распухшую. Она припомнила, что ещё вчера в парке увидела на повязку, но тогда особо не придала ей значения, тем более, что выглядела она в тот раз несравненно лучше, чем сейчас.
- Что это? – спросила она.
- Это я порезался на том вечере, - батарианец поднял руку. - Еще слегка побаливает, но ничего страшного, - Горек демонстративно пошевелил пальцами, а затем сжал и разжал кулак.
Но, его ответ явно не произвёл на турианку того впечатления, на которое он рассчитывал. Тем более, что, когда он напряг кисть, отёк в основании пальцев стал только заметнее.
- Я могу посмотреть? - моментально переменилась она тоном речи.
- Пожалуйста, - батарианец протянул руку в направление Иллисты, и, не преращая курить, смотрел на турианку, только старался выдыхать дым в другую сторону, поворачивая голову. Также Горек заметил несколько неуверенные движения её рук и повязки в основании второго и третьего пальцев на обеих кистях.
- А я себе жилье нашел, удивительно дешево и сердито. Сердито даже в большей степени.
- И где же?
Иллиста начала разматывать повязку, стараясь не обращать внимания на ноющую боль в пальцах, и на последнем туре уловила характерный тонкий, пока едва различимый чуть сладковатый запах. А, сняв бинт полностью и только глянув на рану, покрытую тонкой мокнущей буроватой корочкой, лишь получила подтверждение своему подозрению.
- Духи! Ты хоть чем-нибудь её обрабатывал?
- Перекисью, - оветил батарианец. - А жильё я нашел на границе между нижним и средним городом. Скорее снял в аренду бывший небольшой спорт зал.
Поджав жвала, Иллиста проворчала:
- Нужно было спросить тебя про неё ещё вчера, в парке. Не додумалась…
Собственные проблемы моментально отступили на второй план. Руку Горека требовалось срочно обработать, а ещё лучше – убедиться, что воспаление не пошло вглубь. Хотя, скорее всего, отёк на кисти только поверхностный, но перестраховаться было делом не лишним. Вот только где? К себе домой вести его Иллиста бы сейчас не рискнула: мало ли что могла сболтнуть лишнее про сегодняшнюю ночь её неожиданная постоялица. С другой стороны, до госпиталя было заметно ближе, чем до её дома, да и день сегодня в ЦГБ нерабочий – кроме дежурных докторов в больнице не было никого, а, раз так, лишних вопросов ни у кого не возникнет.
- Надо перевязать. Поедем со мной до моей работы – я быстро всё сделаю.
- А не боишься что нас могут заметить? Это может повредить твоей репутации, - но, заметив, что турианка настроена более чем решительно, спросил уже откровенно: - Что всё так серьёзно?
- Ничего дурного, в том, что я в нерабочее время приду с другом, у которого назревает на руке абсцесс, и обработаю ему рану нет. Впрочем, - многозначительно протянула Иллиста, - решать тебе, что важнее: мизерный риск засветиться, что я привожу пациента в обход дежурной бригады, и потом лишь выслушать назидание от заведующей или вполне реальная угроза потерять возможность что-либо делать правой рукой, как минимум, на три-четыре дня.
- Что же ты меня убедила, - батарианец улыбнулся. - Впрочем, я сам хотел немного прогулятся, - он затушил сигарету о перила, и засунул руки в карманы куртки. - Пошли, Иллиста.

Они уже сошли с дамбы, как батарианец вновь заговорил.
- А, кроме нападения, ничего интересного, заслуживающего моего внимания не произошло?
Иллиста вздрогнула и замедлила шаг. Потом бросила на батарианца украдкой печальный взгляд. Её надежды на то, что Горек забудет, с чего началась беседа, пошли прахом. Впрочем, на что она рассчитывала, заводя разговор с журналистом, да ещё и бывшим копом? Иллиста насмешливо хмыкнула, коря себя, и отвернулась. Врать она не хотела, да и не умела. Оставалось молчать.
- Не хочешь говорить? Мой отец поступал так же - он никогда не врал. Если он не хотел о чем-то говорить, то он просто молчал. - Горек еще раз взглянул на турианку, в голосе батарианца проскользнула какая-то теплота. - Ну, док, не будем же мы всю дорогу молчать?
Иллиста подавила вздох и чуть прикрыла веки, унимая вновь поднявшееся сердцебиение и словно прислушиваясь к чему-то очень тихому и далёкому.
- Расскажи мне о себе, Горек, - неожиданно попросила она.
- Вот как? - на лице батарианца мелькнуло, удивление, но ненадолго. - Хорошо. Только давай так - сыграем. Ты задаешь вопрос - я отвечаю, а потом я задаю вопрос, и ты отвечаешь. Тот, кто не захочет отвечать - тот проигрывает, - в глазах журналиста замелькали задорные искорки.
Сколь ни были сейчас мрачны размышления турианки, слова Горека заставили её улыбнуться.
- Ну, хорошо, - она хитро прищурилась, принимая его игру. - Тогда готовь ответы. - Тебе нравится твоя нынешняя работа? Как долго ты занимаешься журналистикой?
- Работа нравится. Кто не хочет так жить: путешествовать по галактике, знакомиться с интересными личностями, и, самое главное, оставаться живым и здоровым после таких встреч. Что ни день, так приключение. А занимаюсь я этим уже дольше десяти лет. - Ну, как? - Теперь моя очередь. Иллиста, почему ты ушла из войск Иерархии?
- Я не могу сказать, что вся моя служба проходила непосредственно в войсках. Было несколько боевых операций, в которых я участвовала военным врачом. Пару раз в атаку ходила, - по выражению глаз Иллисты было заметно, что воспоминания для неё хоть и не самые простые, но явно относятся к нехудшим в её жизни. - Многократно проходила переобучение, в том числе на территории Азарийской Республики, в Альянсе. Сопровождала смешанные экипажи, лечила пленных или, наоборот, освобождённых из плена и рабства. Потом перевели в гражданский широкопрофильный госпиталь, где я тоже лечила представителей разных рас. Так что, я не скажу, что прямо вот ушла из войск. Скорее, моё руководство просто решило, что так мои знания принесут больше пользы обществу. Я и теперь на службе, только она скорее похожа на командировку на дальний рубеж... - она задумалась, размышляя над следующим вопросом батарианцу. - Странно, никогда не думала, что полицейский может избрать себе в качестве нового пути путь журналиста... Эти профессии так не похожи ведь.
- Всё очень просто: полицейские сажают подонков за решетку, а я делаю так, чтобы полицейские отправили подонков за решетку. Просто все тайное делаю явным. Так что, по сути, я занимаюсь тем же самым, только меньше начальников. Итак, у тебя большая семья?
- Не особо: отец, мама, - голос Иллисты стал тёплым и мягким. – Они служат на Таэтрусе. Ещё есть дядя по отцу, и двоюродные сестра и два брата. А, у тебя много родных?
- Странно, но нет. Я знал только отца, и всё, - лицо батарианца приобрело странное выражение, будто он сам удивился сказанному.- Я давно о нём не думал.
- Почему?
- Что именно? - не понял Горек.
- Ты сказал, что не думал об отце. Вы в ссоре?
- Мы не в ссоре - он мертв. Странно, когда он был жив, я его не слушал, и вот после того, как он умер, мне стало его не хватать.Поэтому и покинул родную планету - меня там ничто не держало.
- Прости, - Иллиста сжала его ладонь рукой. - Я сожалею.
- Я тоже, - батарианец грустно улыбнулся. - Что-то я не понял, чья сейчас очередь задавать-отвечать?
- Если мне не изменяет память, - Иллиста притворно задумалась и щёлкнула мандибулами, - то очередь твоя.
- Оу, отлично, - голос Горека снова приобрел привычную интонацию, мелькавшая грусть исчезла без следа. - Иллиста, какие у тебя планы на будующее? - Неожиданно задал вопрос Горек и сам удивился: по сути он не знал что у неё спросить.
«Не оказаться на каторге», - хотела, было, отпустить о себе же невесёлую шутку турианка, но промолчала и вместо этого ответила:
- Хочу открыть маленькую бесплатную детскую клинику. Как появятся кредиты, начну подыскивать недорогое место, которое можно арендовать и обустроить под медицинские нужды. Один местный меценат согласился помочь и выделить деньги на обустройство, оборудование, медикаменты. Буду там работать по вечерам и в другое свободное время. - Кстати, ты что-нибудь слышал о Михаиле Гросснере? Что он за человек?
- Он был на вечере? - батарианец вспомнил слова Новы. - Он местный филантроп. Больше я о нём ничего не знаю. А про клинику - это так благородно. А я пытаюсь понять кому была выгодна смерть предыдущего коменданта.
- Турианца? – уточнила Иллиста, в свою очередь припоминая фотографии, которые ей показывала Клара. – Тело которого нашла полиция выпотрошенным и изрядно подранным кем-то из своих соотечественников?
- Соотечественика? - вот это уже довольно интересно.- Откуда такой вывод?
- Разве ты не знал? - Иллиста поняла, что, возможно, сболтнула Гореку то, чего он знать не должен был, и за что потом получит хороший дружеский подзагребник от Клариссы.
- Информацию о преступлеии никто прессе не раскрывал, ведь расследование еще не законченно.
- Значит, я стала первой... Хех! Клара мне башку оторвёт, - Иллиста рассмеялась, но её смех прозвучал как-то вымученно, без прежнего задора и серебристых зазвонистых высоких ноток.
- Не волнуйся, я тебя не сдам, - Горек усмехнулся. - Мне кажется, это убийство было случайностью, и разрушило равновесие на планете. Но теперь количество подозреваемых сократилось на половину. - Батарианец и турианка сами не заметили как дошли до монорелься.

- Думаешь, это случайность? Подобное убийство не может быть случайностью. У того, кто это сделал, явно проблемы с мозгами.
- Я, о том, что оно никому не было выгодно. Просто этот убийца его явно не планировал, а совершил, так сказать, по зову сердца.Сердца чёрного и пропитанного удивительной жестокостью. И про мозги верно подметил, - батарианец невесело усмехнулся. - Это была импровизация.
- Жестокая вышла импровизация, - мрачно сказала Иллиста. – Хотя, похоже, в ней есть своя, пусть сумасшедшая, но логика и закономерность. Как и у любого маньяка.
Подошёл электропоезд, турианка и батарианец вошли в вагон и поехали к городу.
Пассажиров не было, казалось что в данный момент турианка и батарианец были единственными пассажирами монорельс. Горек сел на сиденье, Иллиста села рядом.Несколько минут ехали молча каждый думая о чём то своем. Горек смотрел на приближающийся город, погрязший в разврате и преступности, как кровоточащая рана у него на руке, только понять источник этой заразы он не мог.
- Мне кажется, этот убийца тоже пытается очистить Хейлос. Но я не скажу что его методы мне нравятся.
Иллиста снова и снова анализировала события последних пяти дней. И чем больше она размышляла, тем чётче складывалась картинка в её голове и тем спокойнее становилось у неё на душе. Знания Фалькрус в области права были скромными и, в основном, затрагивали сферу медицины, но даже их хватало, чтобы при более тщательной оценке произошедшего понять: то, что Никодим пытался представить ей как доказательства её вины, фактически, таковыми не являлись по одной простой причине: их выимка произошла при таких обстоятельствах, что суд их просто не примет. И уж тем более их не хватит, чтобы предъявить ей столь серьёзное обвинение. Но, всё же, стоило обговорить всё с Кларой, и теперь турианка обдумывала, что говорить старой подруге, а о чём лучше не упоминать. Слова Горека отвлекли её. Она рассеянно посмотрела на него, медленно вникая в сказанное.
- Пытаешься найти логику в поступках больного гуманоида, - спросила она.
-Насколько я знаю у таких людей как Хейлоский маньяк, все жертвы не случайны. Он ведь не просто убивает каждого встречного.Есть какой то принцип, по которому он отбирает своих жертв. Вот, если мы поймем этот принцип, найти его станет намного проще, если, конечно, он не заляжет на дно, - ответил батарианец. - Конечно, более подробная информация мне бы не помешала. Ты не сможешь мне в этом помочь? - Горек с надеждой взглянул на Иллисту.
- Смотря что ты подразумеваешь под помощью, - уклончиво сказала турианка. - Самая я мало что знаю. Или ты рассчитываешь через меня добраться до моей подруги?
Ехидно-озорные глаза пытливо уставились на батарианца.
- В таком контексе слово "добратся" звучит двусмысленно, - глаза батарианца тоже озорно блеснули. - Сомневаюсь, что она будет гореть желанием мне помочь.
- Не будет. Кстати... - Илилста вспомнила, что так и не рассказала Кларе про ночное проишествие, - можно, я воспользуюсь твоим омни на пару минут? Мой разбили вчера. Получив разрешение, она быстро накидала небольшое сообщение с коротким описание произошедшего и предложением встетиться в ЦГБ через час. Вернув инструментон Гореку турианка спросила: - Тогда какой помощи ты просишь у меня?
- Ну, что-то типа того, что ты мне сказала про следы от когтей. Различные дополнительные факты, которые не передавали прессе. А я, в свою очередь, обещаю тебе, что они ни в одну статью не попадут. Это будет нашей маленькой тайной, - Горек лукаво улыбнулся и подмигнул турианке.
- Про следы от когтей я случайно ляпнула, - в голосе Иллисты послышались язвительные нотки. - А, про маленькие тайны... - зрачки турианки коварно сузились. - По-моему, их становиться всё больше... Тебе так не кажется?
Она вопросительно уставилась на Горека, изо всех сил стараясь не засмеяться.
- Поверь мне, Иллиста, их станет еще больше, - в тон ей отозвался батарианец. - Но, разве у двух соратников не может быть своих секретов.
- Зависит от их характера... А то ведь секреты-то разные бывают.
- Может, хватит о секретах? Секреты на то и секреты, что бы о них помалкивать.
- В этом ты прав: секреты трёпа не любят... - турианка некоторое время молча смотрела на Горека. Ей вдруг показалось, что она знает его уже много-много лет, хотя на деле их знакомству шёл всего лишь третий день. Они беседовали уже должно быть часа два или три, но разговор не тяготил никого из них, а время словно шло мимо, не задерживаясь, не застревая.
- Расскажи мне о своей подруге, а, вернее, о том, как вы познакомились? - внезапно спросил батарианец.
- О! - глаза Иллисты заискрились улыбкой. - Это была очень забавная история. Забавная и опасная. 0Года четыре назад меня отрядили в госпиталь на Цитадели. А она там как раз в СБЦ пыталась устроиться, в отдел по борьбе с наркотиками. И как-то однажды, когда я была на одном из уровней Закера по... рабочему вопросу, ко мне подошли шестеро местных нариков. Откуда уж они узнали, что я доктор... - турианка развела руками. - Но они потребовали от меня наркоту. И не поверили, когда я сказала, что у меня её нет. В общем... не окажись там случаем Клара, неизвестно, чем бы всё закончилось. А вдвоём мы их раскидали и удрали оттуда. Я отделалась парой-другой синяков и ссадин. У Клары была распорота рука. Я отвела её к себе на работу, зашила. Как-то так и подружились. То я ей помогала, то она мне, - Иллиста задумалась, на лицо ей снова набежала тень. - Да-а... жаль что... её не было рядом со мной вчера...
Батарианец хотел поддержать Иллисту, но нужных слов не нашел, поэтому он решил поддержать турианку поступком, положив ей руку на плечо, как бы говоря: "Всё будет хорошо".
Она ответила ему также молча, накрыв его руку своей, с благодарностью посмотрела на батарианца и чуть повела жвалами.
- Такое хочется забыть, но не стоит. Такие вещи надо пережить и оставить позади, не оглядываясь, - ответил Горек. Иллиста была потрясена странной теплотой, что была в словах батарианца. - А, друзья помогут тебе пройти через это, ведь на что-то мы всё же сгодимся.
Иллиста хотела задать вопрос: "А мы с тобой уже друзья?" - но, заглянув в глаза Горека, поняла, что он прозвучит глупо. Сердце стукнуло сильнее, а мысли пришли в лёгкое смятение. Поглядев на свои эмоции со стороны, она бы наверняка скептически бы хмыкнула, но делать этого не захотелось. Зато она вдруг задумалась над словами Анфии и Никодима о "скорости дачи ответа" и последствиях, если он будет неправильный. И вдруг с ужасом осознала, что следующей точкой воздействия может оказаться не она, а то, что было для неё намного дороже - её друзья. При мысли, что Клара, а теперь и Горек могут пострадать из-за её разборок с местным подонком, у Иллисты помертвело внутри.
Батарианец заметил перемену в настроение Иллисты. Он еще на дамбе понял, что она что- то не договариаваит. Хочет рассказать, но не может, скорее не из-за того, что боится - не за себя, а за тех, кто постарается ей помочь.
- Всё хорошо, Иллиста. Хорошо... -пробормотал Горек.
- Нет, - взгляд турианки ожесточился, - вас этот кземн не тронет. Не посмеет...
Она поняла, что говорит это вслух, лишь тогда, когда увидела реакцию Горека.
Ил'Насс слегка отпрянул от турианки, но его замешательство длилось лишь мгновение.
- Конечно не тронет. К слову, нам пора, -роговорил батарианец, посмотрев в окно, за которым возвышалось внушающее уважение здание Центральной городской больницы. - Это и есть госпиталь двух Надежд? Впечатляет, - Горек с неподдельным интересом рассматривал больницу. - Я ожидал, что всё будет несколько попроще.
- Извини, - Иллиста схватила батарианца за руку, - я... мне не надо было говорить. Забудь. Я сама разберусь. Сама.
В какой-то момент Гореку показалось, что и без того зелёные глаза турианки стали ещё зеленее и ярче и словно посветлели от коснувшегося их глубин тёплого едва уловимого золотистого оттенка. Но, скорее всего, это просто поменялось освещение, когда они вышли из вагона под уже ставшие жаркими лучи Шедар.
- Иллиста, ты, наверное, понимаешь, что после всего, что ты мне сказала, я не смогу просто остаться в стороне, - батарианец посмотрел на небо, с видимым удовольствием чурясь от ярких шедарских лучей. - И, тем более, я не хочу, чтобы меня трогали какие-то там "кземны", без моего на то согласия. Так вот, я не забуду, - Горек повернулся к Иллисте, и его глаза странно блеснули. - Помогу с удовольствием, но если ты сама меня попросишь.
Фалькрус поняла, что немного утратила над собой контроль и постаралась успокоиться.
- Не придавай такого большого значения моим словам, - сказала она уже спокойным ровным тоном и перевела разговор в другое русло: - Нам сюда.

Иллиста повела Горека за собой к приёмному отделению.
Поздоровавшись с дежурным врачом "приёмника" и велев Гореку немного подождать её тут, она ушла и вскоре вернулась в наскоро накинутым повер одежды халате.
- Юля, - крикнула турианка дежурной, - я оккупирую на десять минут перевязочную: мне надо другу руку окультурить?
Получив утвердительный кивок, Иллиста провела батарианца за стеклянную дверь и закрыла её за собой.
- Присаживайся, - указала она ему на стул возле металлического столика, а сама принялась выкладывать на него всё, что ей могло понадобиться при перевязке.
- Как мило, - батарианец оглядел комнату, а затем на инструментарий, что выкладывала турианка. - Знаешь, посмотрев на всё это, у меня пропало желание. - Горек, не отрываясь, смотрел на одни особо вычурные ножницы.
- Какое желание? - не поняла женщина, поставив на столик странный прибор небольшого размера, больше всего напоминавший подставку под перо шириной в ладонь и толщиной пальца в три. Само "перо" торчало из середины подставки. Иллиста присела за столик, протянула к Гореку ладонь.
- Давай руку.
- Желание давать тебе руку, - батарианец смущенно улыбнулся, с явной неохотой протягивая руку. - Я прошу тебя: будь нежной.
Турианка с юмором посмотрела на заметно нервничавщего Горека.
- Ну, это уж как пойдёт... - пространно протянула она, принимая его руку и кладя её перед собой ладонью вверх на стерильную салфетку. - Особой нежности не обещаю, но и допрашивать с пристрастием тоже не буду...
Турианка угрожающе оскалилась и одела перчатки. Горек не вольно поразился произошедшей перемене в турианке. Еще недавно такая теплая и живая превратилась словно в сталь от своего ножа. Ножа-Батарианец не видел ножа при турианке, что было несколько странно.
Ещё раз внимательно осмотрев рану, Иллиста нанесла поверх неё гель, от которого ладонь приятно занемела, затем взяла "перо" и развернула над подставкой голографический экран. Едва касаясь кожи она провела широкой стороной "пера" по ладони, посмотрела на результаты сканирования и удовлетворённо кивнула.
- Воспаление поверхностное, мышечные футляры и клетчатка не затронуты. Быстро заживёт.
Отключив прибор, Иллиста осторожно развела тонким стальным зондом края раны, промыла её антисептиком, крошечной, толщиной в человеческий волос петлёй срезала по краям омертвевшую ткань, снова промыла, положила в рану ещё какое-то студенистое лекарство и наложила сверху аккуратную повязку. Вся процедура едва ли заняла десять минут.
- Всё, - сказала турианка, бросая хитрый взгляд на батарианца. - Ну, что? Больно было?
- Не особо, - Грек улыбнулся. - Спасибо, Иллиста, моя рука и сам я не забудут твою помощь. Но я не люблю оставаться в долгу. Ты чего-нибудь хочешь за помощь? - на турианку в упор уставились четыре глаза, ожидая, что же она попросит.
Хитрый взгляд перешёл в насмешливый, а в глубине ухких зрачков промелькнула тень обиды.
- Слова "спасибо" вполне достаточно, - ответила она и принялась убираться на столике. - Да, будет неплохо, если через день ты зайдёшь показать, как подживает.
- Тогда, спасибо, - Горек откинулся на спинку стула. Турианка была отличным врачом, и верным товарищем, и какая-то местная сволочь решила её обидеть. Горек не мог это оставить просто так, но и помочь не мог, так как обещал. А пока он просто наблюдал, как турианка убирает интрументы со стола. - Прости меня Иллиста если обидел. Кстати, а где твой нож?
Иллиста замерла, едва не выронив из рук лоток с интрументами. Потом молча поставила его в стерилизационный шкаф и, повернувшись к Гореку полубоком тихо ответила:
- Забрали…
Она поняла, что попалась. Известная всем турианская честность сыграла с ней злую шутку. Не желая того, Иллиста выдала батарианцу вторую часть ночной истории, которую турианка хотела бы скрыть.
- А кто, если не секрет, - глаза батарианца даже округлились от удивления. ”Чтобы турианец добровольно отдал кому-то свой нож - для этого должно было произойти нечто экстаординарное.
Секундная пауза, казалось, длилась час.
- Никодим. В первый раз он назвался этим именем. Настоящего я не знаю.
- Никодим? Он я, так понял, человек? - Горек странно, сощурился. - Ясно...
- Да. Он человек.
- Иллиста, как же ты теперь без ножа? Судя по последним событиям, он тебе не помешает.
Турианка пожала плечами.
- У меня есть ещё пара дома. Не таких... - Иллиста осеклась, едва не сказав "сильных". - В общем, замену найду, - улыбнулась она.
- Возьми мой, - тоном, нетерпящим отказа, произнес Горек. И, положив свой нож на стол, подвинул к турианке. - Он тебе нужнее, чем мне.
Турианка долго смотрела сначала на нож, потом на батарианца, потом отвела взгляд в сторону и проронила странную фразу:
- Но ведь он же твой. Ты уверен, что он захочет расстаться с тобой и перейти ко мне? Если он был подарен тебе, - она чуть покачала головой. - Не думаю, что это хорошая мысль.
- Да, тот еще подарок, - батарианец встал, и непонятно зачем начал расстегивать ремень на брюках. Иллиста даже удивится не успела, а Горек уже слегка спустил штаны, как раз так, чтобы турианка увидела шрам на бедре, старый и весьма длинный. - Мне, Илли, его в бедро всадили. Так что, думаю, пусть он лучше будет у тебя. Будешь обо мне вспоминать, почаще.
Иллиста фыркнула - не сдержалась и, немного смутившись, перевела взгляд в сторону.
- Да, теперь, пожалуй, точно не забуду, - озорные искорки заиграли в уголках её глаз, после чего вдруг резко её взгляд посерьёзнел, она вернулась к прежней теме: - Тем более, раз он перешёл к тебе в бою.
- Бою? - Батарианец едва не рассмеялся. - Нет, Иллиста, боем там и не пахло. Мы задержание проводили, а мой напарник не обыскал одного злодея. И у него оказался этот ножик, а потом он оказался у меня в ноге, - Горек оделся обратно. - Вот так.
Ещё какое-то время они молча смотрели друг на друга. Потом Иллиста подошла к столику, взяла нож в обе ладони. Немного закружилась голова - турианка ещё восстановила силы после вчерашней драки. Нож вначале ответил недоверием, понемногу перешедшим в сомнение, далее - в интерес... Наконец, клинок одобрительно согрелся в её руках, принимая новую владелицу. Иллиста улыбнулась:
- Бэнерисцисс, [1] - прошептала она скорее ножу, чем батарианцу, затем подняла глаза на Горека. - Благодарю, - повторила она уже громче, с чувством, и слегка наклонила голову. - Это хороший нож.
- Да, - у Горека улыбались одни глаза, руки батарианца легли на плечи турианки. - Пусть он хорошо тебе послужит.
Красоту момента нарушил голос Юли, раздавшийся по внутренней связи:
- Слушай, Илли, тебя там какая-то женщина разыскивает. Утверждает, что твоя подруга и что она из полиции. И... кажется, она не в духе.Она пошла к вам.
Иллиста хотела что-то спросить в ответ но не успела: стеклянная дверь открылась, в перевязочную вошла Клара и замерла, с ошарашенным видом уставивщись на побитую подругу в объятьях батарианца.

_____________
1. Бэнерисцисс - благодарю (тур.).
aleksiann
66 0%
Offline
2453
2015-08-10 в 22:34 # 63
Алексей сдержал данное себе обещание стать осторожнее и усилить защиту своего здоровья и бизнеса, поэтому начал заниматься этим на следующий же день. Новости об убийстве коменданта обеспокоили его, но не настолько, чтобы начать паниковать. Хотя в жизни еще не было случаев, чтобы Алексей Ранко запаниковал. Были случаи, которые вызывали у него здоровое беспокойство, случаи, которые нормальный человек, желающий выжить, просто не мог игнорировать. Но не до такой степени, чтобы собрать свои пожитки и удрать на другой край галактики.

Его обеспокоенность подпитывали слухи о пропадающих в колонии гуманоидах. Такое и раньше происходило, но теперь, когда к делам о пропаже гражданина колонии начали присматриваться с особой тщательностью, всё начало приобретать несколько иной вид. У знакомого торговца информацией Алексей узнал, что все похожие, нераскрытые дела поднимались из архивов и пересматривались, а затем отмечались все со сколько-нибудь похожими деталями. Это он узнал не по «официальному запросу» у инфо-брокера, а во время поиска иной, но не менее важной для Ранко информации, о которой контрабандист не хотел лишний раз задумываться, поскольку это касалось предполагаемой самой чрезвычайной ситуации в его жизни на Хейлосе.

От поставщика он также узнал и тот факт, что ситуацией с убийствами обеспокоен не он один. Очень многие криминальные элементы внезапно решили «подстраховаться» и узнать информацию, которая может помочь им сохранить свои шкуры. По словам брокера, почти все они считали, что убийство коменданта было заказным, а поскольку все знали, что его «прикармливали» кто-то из своих – это сразу было воспринято, как предупреждение и угроза остальным.

Ранко входил в число тех немногих, кто не считал это убийство заказным. Слишком много было неизвестных переменных в и без того скудной информации об этом громком преступлении. Страховка была на случай, если кто-то из законников капнет глубже, чем это может себе позволить чувство собственной безопасности Алексея.

После получения нужной информации у торговца, в планах у него была внеплановая инспекция «загородной собственности», которая располагалась далеко в прериях, и встреча с одним посредником в «мокрых» делишках, тоже ради информации.

Инспекция прошла как всегда гладко. На охране своих капиталовложений Алексей не экономил, поэтому в данному случае трудно было представить ситуацию, в которой инспекция могла выявить какие-либо серьезные нарушения в охранной системе его «объекта». Наемники, которым он платил за охрану склада, знали своё дело и были начеку круглые сутки.

Жаль, что последний пункт его плана не обещал принести ему такого же удовлетворения, как его сегодняшняя инспекция. Ему необходимо было встретиться с одним криминальным элементом, который является посредником в поиске исполнителей для различного рода заказных убийств и других противоправных действиях, носящих более деликатный характер, таких как шантаж или промышленный шпионаж. Посредника звали Томаг. Он был батарианцем, а также редкостной мразью, с которой Алексею приходилось сотрудничать по роду деятельности. Он нём ходило много слухов и все они были один отвратительнее другого. Если бы не занимаемое место в криминальной цепочке Хейлоса, и если слухи о его наклонностях не врут, что маловероятно, то Ранко самолично придушил бы ублюдка. Но факты остаются фактами – Томаг труднозаменимое «звено цепи» и с этим приходится считаться до поры, до времени.

Поскольку Алексей занимался контрабандой оружия, то ему приходилось частенько иметь дело с Томагом, т.к. тому нужно было «чистое» оружие для исполнителей, а регулярно поставлять такое на Хейлос мог не каждый. К тому же иногда заказы на оружие были весьма экзотическими и тут вступал в игру Ранко, который мог достать, если не всё, то многое.

В этот раз встреча была инициирована Алексеем, а не наоборот, как это обычно происходило. Нужно было разузнать всё, что можно об убийстве коменданта. Было ли это заказное убийство и стоит ли ему, Ранко, об этом беспокоиться или в окрестностях действительно завелся маньяк. В данном случае Томаг был наилучшим из возможных информаторов, поскольку он сам и занимался организацией таких делишек.

Ранко знал, что батарианец открыто не подтвердит и не опровергнет запрошенную им информацию, но может намекнуть Алексею таким образом, что даже посторонний наблюдатель не поймет скрытой сути намека. Это была, отработанная годами, практика общения в криминальной среде, где каждый норовит всадить нож в спину своему конкуренту, но вынужден общаться и идти на сделки с ними же. В этот раз Ранко попросит Томага «подставиться», чтобы узнать важную информацию. Во что ему это обойдется на этот раз, Алексей не знал наверняка…
"Чтобы ваши азарята были полностью здоровы - покупайте сингулёгурт от "Голубой Коровы". "Голубая Корова" - это регулярные поставки нулевого элемента для вашего азарёнка!" Наш девиз - "Не тормози! Сингулёгурт азарьни!!!" - Рекомендовано для беременных и кормящих азари, а также для детей-азари до 15 галактических лет!
Ilostana
100 0%
Offline
1036
2015-08-18 в 14:29 # 64
Совместно с Krolikman

Говорить "мы" было очень непривычно. Даже чересчур.
- Куда мы пойдем ужинать? - спрашивает Ник, и она опять дергается как ужаленная.
- Куда хочешь. Мы можем побыть вечером дома, - Нэррин отвечает и в который раз ежится от этого дурацкого местоимения. - Мне все равно.
И он кивает ей, расслабленно улыбнувшись, потягивается на белоснежных простынях как сытый варрен - очевидно ему очень нравится это глупое “мы”.

Три дня. Три очень счастливых дня. Три дня, которые можно считать самыми незабываемыми в ее жизни.
- Нэррин, сегодня три ходатайства и встреча с Сайданом Кров, он хочет выкупить участок со старым музеем. Нужно разрешение, - Дженни махнула рукой перед носом Неррин, небрежно разгоняя клубы дыма от сигарет и сваливая кучу датападов на стол. Павусс вздрогнула и очнулась - магическое число три. Три дня. Три ходатайства. Три миллиона ей нужно отмыть.
- Я... я не смогу, наверное. Не знаю.
Дженни щелкнула зажигалкой, очень безвкусной, к слову, украшенной парой дюжин сверкающих наинов (1).
- Дура, - спокойно выдохнула азари в лицо турианке. - Думаешь, можешь выйти сейчас, когда началась игра? Дура.
- Заткнись, - Нэррин зашипела она тихо, но очень отчетливо, как сдувающийся шарик или потревоженная в лесу змея. - Я просто… просто...
Азари очень обидно хмыкнула, презрительно поигрывая дьявольской зажигалкой и нагло ухмыляясь. Турианка поморщилась и нервно дернула на ворот пиджака - Дженни была права, она, Нэррин ужасно расклеилась, просто непозволительно.
- Мы отдадим этот участок другому предпринимателю, так что извинись перед Кровом, мне очень жаль, - Павусс скривила губы, почти ощущая себя такой же собранной и деловой, как и раньше. Почти.
Азари слегка приподняла нарисованные над глазами брови и даже забыла еще раз затянуться - сигарета так и осталась тлеть в ее ухоженных длинных пальцах.
- И кому же это? - она облизала накрашенные губы.
- Нику. Мы… - опять это маартешево “мы”. - Ник открывает игровую зону. Не думаю, что это плохая идея.
- Я думаю, что это плохая идея, - перебила ее Дженни упрямо. - Ты наведешь на нас беду со своим глупым увлечением. Игровой бизнес на Хейлосе! Ха!
Нэррин нахмурилась, пару раз постучав по столу ногтем.
- Я даже не стану это обсуждать. Мы отдаем участок Нику, а я пролоббирую проект. Подготовь документы и надави - нам нужны подписи...
Она немного помолчала, разглядывая как сворачиваются маленькие табачные листики в пепельницы от искр, и добавила:
- Хотя, мне кажется и давить-то не придется… Ник уже мог всех купить.
Азари закусила губу - осторожность, очень нужная сейчас, в этот этап игры, в тот самый миг, когда Павусс одной ногой стояла на верхушке Хейлоса, она влюбилась.
- Дура ты, Нэррин, умная, но дура, - Павусс хотела было возразить, но не смогла - не в ее правилах было лгать самой себе.
- Все будет великолепно. Просто… просто доверься мне.

Ник по второму кругу пролистал накладные. Лейдана Андера знала свое дело: денежные массы уже во всю спланировали благополучный исход дебатов по принятию нового законопроекта. Если Принцесса все сделает как нужно, то игровая зона возникнет в колонии словно по мановению волшебной палочки. Игровые автоматы, рулетки, столы для покера и другой инвентарь уже давно находились на Хейлосе, готовые к установке. Подготовленный персонал - крупье, официантки, охрана и другие - ожидали звонка о начале работы. И еще находящийся в среднем районе, отреставрированный после небольшого пожара, музей авангардного искусства, который уже несколько месяцев стоял в консервации, ожидая своего покупателя.

Осталось дождаться только принятия законопроекта. Кредиты, полученные от Лейданы, в большинстве своем ушли на взятки и подкуп. Ник решил не рассказывать Принцессе, что всячески способствовал правильному выбору большинства членов совета.

- Рада тебя видеть, - она вошла почти неслышно, в сопровождении тени-официанта, на ходу стягивая перчатки с пальцев. Ник чуть заметно махнул рукой, и тень послушно скрылась.
- И я тебя, - он поднялся, как-то неловко застыв на мгновение, но потом все же опомнился и поцеловал. Мягко, но настойчиво, заявляя о правах на нее. Пожалуй, ей это понравилось.
- Не увлекайся, здесь могут… - она отстранилась, самостоятельно отодвинула себе стул и села - вот так вот. Как будто голова у нее не кружится, как будто она не без ума от него. Как будто она все еще хозяйка и Хейлоса, и своего сердца.
- Не могут. Не увидят, не переживай, - он криво улыбнулся, расслабленно усевшись опять в свое кресло, хитро сощурился. - Переживаешь за свою репутацию?
Она недовольно щелкнула жвалами, педантично выложила на край стола перчатки и снова перевела на него взгляд, по-детски обиженный, к слову.
- Вот что ты меня дразнишь? Как будто одной мне это нужно.
- Да ладно тебе! Будет! Не злись, - он примирительно поднял руки и рассмеялся - на его щеках играли забавные ямочки. Нэррин не ответила, только потянулась к бокалу с янтарно-теплой выпивкой. От нее, в свете настенных бра капризными космозайками прыгали лучи. Немного помолчала.
- Ты в курсе, что увел участок господина Крова? - не самый ловкий способ перевести тему, но у нее получилось. Ник напрягся, а она, Нэррин, снова почувствовала себя в своей тарелке.
- Табачника? - он машинально перевел взгляд на портсигар. - Не свезло ему.
Павусс хмыкнула, но ничего не ответила - пусть сам решает, чем это грозит, и грозит ли.
- Скоро я буду на ровне с богатыми выскочками из Терсея, - Ник хищно улыбнулся. - И им придется со мной считаться.

Никодим полным вожделения взглядом скользил по шее Принцессы, пробежал по оголенной ключице скользнул ниже к её округлостям.

“Мда… Кто же думал, что так все обернется,” - подумал про себя Ник, представляя, как он набрасывается на турианку прямо здесь срывает с нее одежду и рычит, как зверь от переполняющего его возбуждения и страсти.

“Я здесь не для этого,” - сказал человек сам себе, отводя глаза от Нэррин, но марок не пропал.
Афера с игровым бизнесом к реализации которой он готовился несколько лет вот-вот должна перейти в заключительную фазу, и влюбится как мальчишка последнее, что ему было нужно в этот момент. Влюбится в ту, кого считал пешкой, разменной монетой на пути к богатству и влиянию. Ник всячески способствовал продвижению Нэррин по службе, до её назначения на пост коменданта оставалось примерно два года. Но как всегда вмешался случай, какой-то ненормальный прикончил Мразуса, и Принцесса заняла место коменданта раньше, чем он смог закончить все приготовления. Из-за чего пришлось идти на поклон к столь омерзительной личности как Лейдана Андера.

- Просто информирую тебя, в случае, если дело не заладиться. Знаешь, Кров, по-моему, жестокая личность, - она улыбнулась дерзко и нагло, словно бросила вызов, словно усомнилась в силе Ника. - Слыхал, как горели пожары в доках? Птичка шепнула, что это его рук дело.
- Похоже придется к нему наведаться, - скривился словно от зубной боли Ник, вспоминая сколько товара потерял в том пожаре. - Но не будем о противных табачниках. Скажи тебе известно, что ни будь насчет местного потрошителя?
Нэррин поморщилась как от зубной боли: час от часу не легче - то гребаные табачники, то местные мясники.
- Их два, я узнала, что их два, - она выдохнула это в бокал с бурбоном тихо и мрачно. - Духи бы побрали этих маартешевых выродков. СБ руки почесывает, гребет всех подряд, а толку - ноль. Только трупы, трупы и кровища по всей колонии.
Она устало откинулась на спинку удобного кресла. Удивительно, но стоило ей в очередной раз вспомнить про маньяков, как голова тут же начинала жутко болеть - словно по первому сигнальному рефлексу.
- И эти мрази убили моего друга, - мужчина ударил по столу рукой, черты лица человека ожесточились, на висках вздулись сосуды.
Повисла напряженная тишина.
- Или один из них, не важно, - уже спокойней проговорил Ник, жалея, что поддался эмоциям в присутствии Принцессы. - Когда я их найду, то… лучше тебе не знать. Прости, Принцесса, похоже, я испортил вечер. Хочешь, мы пойдем куда-нибудь еще?
И опять это “мы”.
- Поехали к тебе, или ко мне, - она потянулась за перчатками. - Знаешь, совет примет положительное решение по вопросу продажи участка. Уж не знаю, кто так усердно подсобил.
Она хитро улыбнулась, ощущая почти детскую радость от маленьких шпилек, которые старательно посылала Нику.
-Все-то ты знаешь и умеешь, - промурлыкал человек заключая турианку в объятия и нежно целуя в шею.
Глаза турианки снова остро блеснули.
- Но ведь ты сам должен знать, что я это делаю не ради тебя, Ник, - она выскользнула из его объятий и плавно прошла к выходу из чил-аута. - Секс сексом, а деньги я люблю больше, не забывай…
-Как и я, - прошептал Ник. - Как и я, Принцесса.
_____________________
(1) - азарийские самоцветы глубоко-синего цвета, достаточно редкие.
Azura
46 0%
Offline
872
2015-08-21 в 14:26 # 65
Было уже глубоко за полночь. Лейдана сидела, откинувшись в кресле. Рабочее освещение в кабинете было погашено. Горели только декоративные светильники, светился терминал. Если с вечера азари нервничала, то сейчас осталась только незамутнённая решимость. Так было в молодости в десанте, перед атакой. Она ждала, когда с Иллиума придут полные отчёты о денежных переводах для игорной зоны. В тех документах была полная цепочка, по которой на Хейлос пришли деньги. Формально Лейдана осталась в стороне. Мелодия и мигающий значок оповестили о сообщении.
-Ну. Посмотрим – азари слегка прикусила нижнюю губу.
По мере того, как она просматривала присланные ей файлы, на лице её всё чаще появлялась хищная улыбка – даже при самом плохом раскладе могли зацепить только нескольких номинальных директоров, с которыми у неё не было прямой связи. Даже если где-то и мелькнёт её имя, то доказательств не будет. На Иллиуме, Цитадели, Хейлосе, Тессии, Омеге и в других мирах на Лейдану работало множество разнокалиберных пройдох – от нечистых на руку полицейских до весьма значимых чиновников. И ни один из них не знал, в чьих интересах действует.
Досье Ника как она и ожидала, не содержало каких-то сенсаций – прятать концы он умел.
- Тут его не укусить – Лейдана сидела за столом, сцепив руки в замок – и на взаимовыгодное сотрудничество он не нацелен. Его планы, несомненно, максимально расширить влияние в колонии. Кроме всего прочего это означает влезть во все дела, которые тут ведутся. В пользу этого говорит тот факт, что он очень хотел моего непосредственного участи. «Испачкать» хотел? Он слишком уверен в успехе. А может, вообще, у него комплекс неполноценности и он стремится доказать свою значимость. Или я чего-то не знаю, или он, не задумываясь о последствиях, проглотил и пустил в оборот всё, что получил. Если это так…
Она вновь углубилась в чтение. И снова хищно улыбнулась – если Ник просчитается и потратит деньги впустую, то по его следу пойдёт не полиция, а совсем другие «оперативники», которым не нужно доказывать вину и соблюдать процессуальные формальности – они и задерживают и допрашивают, могут даже приговор вынести. Сама же Лейдана рассчитывала, что и тут останется в стороне.
- Это конечно неплохо. Но надо иметь резервный вариант. Необязательно потребуется убрать его, но регулярно ставить подножки таким «партнёрам» очень полезно. Жучок он мне попробовал подсунуть.
Подумав так, Лейдана решила начать методично отслеживать все криминальные и околокриминальные события колонии, рассчитывая, что на какой-нибудь мелочи Ник проколется.
- В конце концов, он, скорее всего, выходец из криминальной «пехоты», просто когда-то оказался более хитрым и везучим. Значит, бандитские методы в своём бизнесе господин Дилааран Никодим Шакир использует, но не попадается. И это хорошо. Он не боится. Не море топит, а лужа. Люди не лишены мудрости. В луже он и утонет. Если полезет, куда не звали.
Становясь океаном,
Сожалеют ли воды реки
О своих берегах?
Я-туман
52 0%
Offline
1457
2015-08-21 в 22:09 # 66
Совместно с Роса, Shelest

- Что это за хрень, Иллиста? – ничего не понимая, возмутилась Кларисса. Хотя «возмутилось», было еще мягко сказано. – Я думала тебя тут по кусочкам собирают… Примчалась прямо с места преступления, бросив работу… А ты тут сидишь в компании какого-то… батарианца, - женщина сердито уперлась руками в бока, ожидая объяснений. Мельком глянула на четырехглазого.

Первую секунду Иллиста слегка опешила от яростного напора подруги, резкость её слов больно резанула по мозгам. В голове пошёл лёгкий звон, уголки глаз турианки едва заметно прищурились от прострела в висках. Словно извиняясь за появление Клары, она бросила на Горека быстрый взгляд, мягко отстранила его от себя, пристегнула к поясу его подарок и шагнула ей навстречу.

- Подожди, но я же тебе написала, что цела. Извини, не знала, что ты на происшествии - отправила сообщение, как только смогла.
- Почему сразу не связалась? Что вообще произошло? И это кто? – Клара, поняв по уставшему взгляду турианки, что слишком давит, с сожалением взглянула на нее и обняла. – Чтоб тебя, Спика… Извини, ты заставила меня понервничать.
- Этого, к слову, зовут Горек, - встрял батарианец, изучающе оглядывая женщину. Слишком уж пристально.
- Я написала с омни Горека, - пояснила Иллиста и крепко обняла Клару. - Мой разбили вчера. Когда я ночью вернулась домой, у меня уже не было никаких сил тебе сообщить. Прости, что напугала.
- Мне кажется, я тут лишний. Девочкам надо поговорить по душам. Я пойду, Иллиста, - батарианец направился к выходу из перевязочной.
Внутри стало как-то неуютно. Неожиданно для себя Иллиста поняла, что не хочет, чтобы он уходил. Слова сорвались с языка сами собой:
- Горек, подожди... - турианка осеклась. - А, или... у тебя дела...
- Если хочешь, я могу остаться, - Горек остановился в дверях и посмотрел на неё.
Кларисса пристально взглянула на батарианца, осмотрев его с ног до головы.
- Погодите... Откуда он взялся, и как вы вообще встретились? – Ривес посмотрела на Иллисту.
- Мы на вечере познакомились, - Фалькрус слегка смутилась под пристальным взглядом Клары и торопливо заговорила: - Я уже уходила, когда объявили какой-то непонятный белый танец, и я совершенно не знала, что мне делать. Горек меня выручил. А, потом мы случайно в парке пересеклись, - она посмотрела на батарианца и проговорила: - Останься, прошу.
Кларисса заинтересовано приподняла бровь и вновь с подозрением взглянула на Горека.
- А кто вы вообще? Потому что ваше имя мне ни о чем не говорит.
- Как и ваше - мне, - батарианец улыбнулся. - Я друг Иллисты, собственно, как и вы.

Уловив своим тонким чутьём, что в воздухе вот-вот натянется до предела тугая струнка напряжённости, Иллиста встала между друзьями, не давая им сделать ни полшага ближе друг к другу. Её мысли смешались в бессвязный болезненный танец, в висках пульсировало всё сильнее и сильнее. Ощутив, как к горлу снова начинает подкатывать комок тошноты, Иллиста поджала жвала и медленно и глубоко вдохнула.

Понемногу в голове прояснилось. И перед турианкой снова встал вопрос, как быть дальше. Она понимала, с одной стороны, что, в первую очередь, Кларе должна рассказать обо всём, что произошло сегодня ночью, иначе та, если вдруг всё же возникнет такая необходимость, ничем не сможет ей помочь. С другой стороны, молчание означало спокойствие, относительное, но спокойствие её друзей. Знание же давало им возможность подготовиться к возможному удару... Иллиста заметалась перед выбором. И сделала его.

- Так, - начала она, переводя взгляд с Горека на Клару и обратно, - спокойно. Я подумала ещё раз и... всё же вы должны знать оба. Чтобы эта мразь не подобралась к вам со спины…

Клара одновременно скептично и обеспокоенно посмотрела на подругу. Добраться до нее? Должно быть, Иллиста шутит. Нашла за кого волноваться. Наверное, турианка забыла, что ее подруга - полицейская. Ситуация должна быть ровно обратной. Впрочем, Ривес ничего не стала говорить, а ожидающе посмотрела на Фалькрус. Глаза же батарианца вспыхнули интересом. Но уж, если Иллиста сама собралась все рассказать, что же послушаем. Горек скрестил руки на груди и посмотрел на турианку.

"Так будет лучше", - сказала турианка сама себе и уже вслух добавила: - Пойдёмте. Перевязочная может понадобиться кому-то ещё. А здесь, - она завела Клару и Горека в отдельную комнату для бесед с родственниками, - посторонних сегодня не предвидится.
Машинально потянувшись к тому месту на запястье, где обычно находилась панель запуска омни, она вполголоса выругалась, отдёрнула руку и окликнула местный ВИ:
- Ватсон, отключи, пожалуйста, всю фиксирующую аппаратуру в комнате.
- Ключевая фраза? - ответил турианке приятный бархатистый мужской голос.
- Стальное облако, проблеск сквозь туманность.
- Ваш уровень доступа подтверждён, госпожа Фалькрус.
- Не стоит это записывать, - пояснила Иллиста друзьям. - Присаживайтесь.

Она заперла за собой дверь и опустилась в кресло за врачебным столом. Немного поразмыслив, она наметила в голове схему и очерёдность "повествования" и, тщательно взвешивая каждое слово, начала говорить: о Нике, его предложении создать армию киборгов, "добрых рекомендациях" главного врача больницы, нападении, драке, убийстве, подставе и найденных в её доме наркотиках. Умолчала Иллиста только о том, кто извлёк заветный пакетик из вентиляции в её ванной комнате, и о дальнейшей судьбе пакетика. Отчасти из-за того, что плохо помнила, что именно происходило, отчасти потому, что боялась сейчас упомянуть об Амире.

Выслушав рассказ, Кларисса тяжело выдохнула и присела на стол, взгляд ее провалился куда-то в пустоту.
- Вот же мразь… - женщина нахмурилась. – Я вела дело против Никодима Шакира. Кто-то из продажных копов слил свидетеля… - она мрачно посмотрела на Иллисту. - В общем, этот человек не остановится ни перед чем, если захочет что-то заполучить. Он умен и очень опасен.
- Это я уже успела оценить, - с лёгким сарказмом хмыкнула турианка, - особенно в тот момент, когда у меня в вентиляции обнаружился традексмал, какой мы у себя используем. Да ещё и с больничной маркировкой. А, скрата! - взрыкнула Иллиста и отшвырнула от себя валявшееся на столе перо для планшета. - Знать бы, откуда он его взял. А, в прочем, я догадываюсь, откуда.

Голова болела всё сильнее. Не в силах уже терпеть боль, Иллиста принялась массировать кончиками пальцев основание шеи, потом на пару секунд сосредоточенно замерла и расслабилась. Её слегка помутневшие зрачки снова заблестели.

- Шакир, говорите, - батарианец задумался на мгновение. - У вас же было не одно дело против него, - он повернулся к Клариссе. - Одно было вообще стопроцентное, как я бы сказал железобетонные доказательства. И в ходе расследования остались лишь косвенные улики, и стопроцентное алиби. Да, умеют у вас люди из СБ дела расследовать.
- Дела? - переспросила Иллиста и тоже устремила на подругу внимательный взгляд. - Так вот, что ты имела ввиду, когда говорила мне не связываться с этим человеком.
- Всё не так страшно, Иллиста. Такие люди как Никодим, больше всего боятся, что об их коварных замыслах узнают раньше времени. А если узнают, то им придётся весьма туго, - батарианец усмехнулся. - Я даже боюсь представить, что с ними сделают.
- Вы бывший коп? – Клара прищурила глаза, глядя на Горека и сложила руки на груди. То-то он ей сразу показался каким-то знакомым. Тем, кого она видит каждый день. И вот ее домыслы стали подтверждаться. – А я думала, что мне причудилось.
- Скорее очень бывший, - ответил батарианец смерив детектива взглядом, и улыбнувшись. - У меня что на лбу написано?
- Для меня? Да, - ухмыльнулась женщина. – Как бы мне не хотелось выяснить причину вашей отставки... Это сейчас неважно, - она посмотрела на Иллисту. – Так как звали того полицейского, которого тебе пришлось убить?
- Чет, если я не ослышалась. Но точно я не помню. Я вообще не особо помню отдельные эпизоды этой ночи, - заметив, как омрачилось лицо Клары, она вздохнула и добавила: - Если что, я могу постараться восстановить. Но на это нужно время.
Детектив опустила взгляд.
- Не хотелось бы тебя об этом просить, но это нужно, - она подняла глаза на турианку. – Постарайся вспомнить как можно больше. Это поможет… Насчет Чета... у кое-кого из отдела внутренних расследований должок перед мной. Я постараюсь что-нибудь узнать и вывернуть ситуацию в нашу пользу.
- Если нет тела, то нет и дела, - вставил свое слово батарианец. - А вот нож, это проблема: подкинут его к какому-нибудь трупику, и всё - приехали. Это значит, что Иллиста должна быть под постоянным контролем, то есть кто-то из нас должен обеспечивать ей алиби. На время, пока не разберемся с ситуацией. Что скажешь, Клара?
- Как ты себе это представляешь? - хмыкнула Иллиста, с интересом уставившись на Горека.
- Ну, допустим, кто-то из нас должен тебя постоянно видеть, что бы доказать в суде, что ты не смогла кого-нибудь убить. Это могла бы сделать Клара, но она занята, так что, видимо, придется мне, - батарианец улыбнулся. - Надеюсь, я тебе не противен.
- А, ты собираешься стеречь меня круглые сутки? - ехидства в голосе турианки прибавилось.
- Видимо, - Горек грустно вздохнул. - Но, это ради высшей цели.
- А с какой стати тебе можно доверять? – Кларисса свела брови и покосилась на четырехглазого.
- Хочешь не доверяй, но решать не тебе, - Горек усмехнулся и посмотрел на Иллисту. - Я уверен, ты примешь верное решение.
Ривес лишь хмыкнула, не став ничего отвечать. Хоть она и не доверяла батарианцу, она доверяла Иллисте, и знала про ее «чутье».
- А вы оба точно уверены, что за мной необходимо... эм... присматривать? - спросила Иллиста с надеждой, что они ещё раз подумают.
- Да, - твердо сказал Клара. - Я оставила тебя на пять минут, и поглядите-ка, ты уже умудрилась влипнуть в историю, - женщина закатила глаза, и устало провела рукой по лицу. - Как обычно...
- Ну еще как альтернатива, тебя можно посадить под арест. Но мне такой способ не очень нравится, и, если у детектива есть идея лучше, я не против выслушать.
- Ей нельзя в тюрьму. Там мы точно не сможем ее защитить. Я сейчас попытаюсь сделать все, чтобы она туда не попала.
- Ну, тогда, Иллиста, только первый вариант, - Горек развел своими плечами.
Иллиста снова вздохнула. С одной стороны, в их предложении была своя логика, но с другой...
- А жить ты тоже собираешься у меня? - спросила турианка.
- Ну, можешь и ты у меня. У меня сейчас просторно, и целых пять душевых. Или почередно. Тут масса вариантов, - ответил батарианец.

После сказанного Гореком и Кларой Иллиста надолго задумалась, взвешивая все "за" и "против". Да, она уже почти согласилась, что так будет безопаснее для неё и спокойнее для них. Но переезд - это всегда переезд, пусть даже на время, пусть даже за четыре квартала от её нынешней квартиры. Проблема невеликая, учитывая её лёгкость на подъём, но всё же хлопотная. Вторым моментом была разница аминокислот и вытекавший из неё вопрос питания. И за полутора суток проживания с Амирой Иллиста успела оценить всю его сложность. Тем более, что ей, видимо, всё же придётся пропустить на работе несколько дней из-за "сотряса". А, значит, питаться на службе не получится - придётся готовить дома. И, самое главное, то-то теперь снова нужно было делать с Амирой... Учитывая обстоятельства их встречи и сегодняшний ночной разговор, оставлять её одну надолго было рисковано. Ровно, как и говорить сейчас про неё Кларе: уж слишком многое придётся объяснять. Но вот без участия Горека задачу было точно не решить. Ему нужно будет сказать. Только чуть позже…

- Идёт, - Иллиста небрежно повела рукой, мысленно посылая всё в глубокие недра турианской мифологии. - Больше одной душевой я не займу, потому особо обременительным моё присутствие не будет...
- Проклятье, - нервно выдохнула себе под нос Кларисса и напряженно взглянула на мерцающий в ладони маячок инструментрона.

Её работа была волком и могла «сбежать в лес». По сути, у полицейских не было выходных. Тебя могли сдернуть с места в любой момент, и неважно, где ты находился и чем занимался. То, что ты делал на этой работе, было намного важней. Впрочем, детектив отключила звук, чтобы ее не беспокоили. Слишком много навалилось: собственное расследование, помощь агенту, теперь еще и Иллиста. Хватило бы сил. При таком раскладе начинали расставлять приоритеты. Но Ривес была не из тех, кто спускал дела на тормозах и уж тем более не ставила их в ряд по значимости. Если она могла что-то сделать – она делала. Вздохнув, она взяла турианку за руку и посмотрела ей в глаза.

- Не волнуйся. Мы что-нибудь придумаем. Я сделаю все, чтобы тебя защитить, - женщина мельком глянула на Горека. – Ты точно… доверяешь ему?

Иллиста посмотрела на Клару, потом на Горека. Она знала его всего лишь три дня и не раз уже задавала себе тот же вопрос. И всегда тревожность и сомнения при попытке проникнуть в самую глубину её существа упирались в иррациональное, необъяснимое спокойствие и твёрдую уверенность в благополучии. И сейчас, глядя на батарианца, она испытывала то же самое: с ним было спокойно. Она ему доверяла.

- Да, - ответила она, снова взглянув на Клару.

Горек наблюдал за девушками, как все-таки все они похожи, не смотря на их расу и профессию. Хотя батарианец и мало знал турианку, но он не дал бы её в обиду. И ему было приятно, что она ему тоже доверяла. Всё же, его решение круглосуточно быть с ней было опрометчивым и необдуманным. Например, Горек совсем забыл о Нэнси, что зависла между молотом и наковальней. А также несравненная Нова, что тоже возлагала на батарианца какие-то нелепые надежды. Со всеми ними надо было что-то решать, но не таскать же на конспиративные встречи с Ненси еще и Иллисту. Ей надо будет об этом сказать, она поймёт.

Кивнув, Кларисса чуть отстранилась от Фалькрус.
- Хорошо. Тогда так. Я выясняю все, что могу и делаю с этим что-нибудь. А ты, - она взглянула на батарианца, - присматриваешь за ней. Но учти, если с ней что-нибудь случится. Хоть что-нибудь. Тебе будет очень плохо.
- Слово копа, Клара, - усмехнулся Горек. - Ни одна тварь не обидит Иллисту, пока я жив, - улыбка сошла с лица батарианца, словно её там и никогда не было. И странное дело, показалось что там, где совсем недавно стоял журналист средних лет, на мгновение появился суровый воин. Но миг прошел, и воин привычно скрылся за удобным, ничем непримечательным прикрытием.

Мимолётная перемена в Гореке не укрылась от глаз Иллисты. Не отрывая от него взгляда, она чуть склонила голову в бок и замерла на пару секунд. Показалось? Или... нет?..

Резкий щелчок со стороны, где сидела Клара, вырвал турианку из её полумедитатвного состояния.
- Ну, - протянула она, пытаясь изобразить на своём лице улыбку, - я всё же думаю, что все мы несколько преувеличиваем реальные масштабы угрозы.
Ох, если бы она знала в тот момент, что их стоит не преуменьшать, а преувеличивать...
- Здесь нет ничего веселого, Иллиста, - железно отрезала детектив, не понимая, что турианка всего лишь пыталась разрядить обстановку. Но с другой стороны, в этом и правда не было ничего веселого. – После всего, что с тобой случилось, ты еще не поняла? Что… - женщина почему-то резко замолчала и отвернулась.
Тёплая рука мягко легла ей на плечо. Иллиста подошла совершенно бесшумно и наклонилась к подруге.
- Я поняла, Клара. Но меня так просто не запугать. Ты знаешь, - тихий воркующий голос турианки действовал убаюкивающее. - Я не в таких передрягах бывала. Если придётся драться, я буду драться. Прошу... я знаю, как ты за меня переживаешь. Но у тебя и без меня... И тебе тоже надо отдыхать. А я справлюсь, Клара, - Иллиста улыбнулась, - правда. Думаешь, меня так легко взять? Пфф! Когти пообломает. Не переживай. Всё сложится…
- Я знаю, Спика, - мягко ответила детектив. – Но сейчас, ты без меня сама это решить не сможешь. Это не твоя игра и здесь другие правила, - уже спокойно произнесла она. Огонек омни опять засверкал.
- Кажется, тебе пора, - кивнула на огонёк Иллиста. - Хорошо, пусть игра не моя... не совсем... Правила?.. Да, я не знаю многих людских правил. Ну, извини - очень уж у вас их много, и все такие запутанные. Но... у меня ведь есть у кого спросить, - зрачки турианки лукаво сверкнули. - И я постараюсь впредь к твоим советам прислушиваться. По мере возможности, конечно...
- Это не «людские» правила. Они есть у всех рас. Горек подтвердит… - Клара слезла со стола. – Я к тому, что знаю больше в этой сфере, чем ты… Ладно. Мне и правда пора. Я сообщу, как только что-нибудь накопаю, - она легонько хлопнула Иллисту по плечу и кивнула Гореку в знак прощания, не забыв при этом косо посмотреть на него. Затем ушла.
- Славная у тебя подружка. Недоверчивая, но славная, - высказался батарианец, когда Кларисса скрылась за дверью. Я думал, встреча нового и старого друга пройдёт напряжённее, - лицо Горека приняло мечтательное выражение, это в его голове он представлял эту "напряженную встречу". – Иллиста, наши дальнейшие действия?
Турианка задумалась.
- Ты считаешь, что переезжать обязательно прямо сегодня? Может, дело пару дней потерпит?
- Тебе долго собираться? - в глазах батарианца заплясали лукавые искорки. – Иллиста, переезжать вообще не обязательно, просто я должен быть рядом. - Горек улыбнулся широко и открыто. - Правда, у меня тоже есть свои дела.
- Тем более. Зачем мне отнимать у тебя время и создавать лишние сложности? Кстати, даже большие, чем тебе сейчас кажется…
- Я не том, - ответил батарианец. - Что-то я проголодался. Давай перекусим?

Глянув на электронные часы под потолком, Иллиста увидела, что уже давно перевалило заполдень. Она не чувствовала себя голодной, но машинально кивнула в ответ на предложение Горека. Пока он будет есть, она дорасскажет ему то что не стала говорить при Кларе, и вдвоём они уже окончательно решат, как бы им дальше правильнее было бы поступить.
Убивает не падение, а резкая остановка в конце.
Maur
15 20%
Offline
110
2015-08-24 в 16:56 # 67
Из динамиков кара раздавалась адски раздражающая какофония, именуемая местным радио роком. Чертовы дилетанты. Дать бы по башке гитарой - и в утилизатор.
Эдж раздраженно выключил радио. Сегодняшнее происшествие ( 1 , 2 ) не лезло ни в какие рамки: первый раз за всю карьеру “подонка” и “лицедея” цель спасла ему жизнь. Ведь она не глупа. Она понимала, что он навряд ли был простым прохожим. Она могла дать ему умереть, но она спасла...
“Причем довольно-таки профессионально. Так точно знать интервалы введения составляющих препарата и вообще его состав - эта докторша куда интересней, чем кажется, - снова накатила усталость. Седативное введенное СЖО[1] не самым лучшим образом сказывалось на его состоянии. - И эта синяя красотка… Шрамы на ее теле могут носить какой-то ритуальный характер, но они не имеют какой-то системы.”
- Медиум? - разговор с самим собой хоть и был одним из признаков безумия, но помогал в размышлениях. - Старик как-то говорил, что в древности люди (черт его знает, что там с азарьками) и вправду могли видеть будущее. Правда под наркотой и 80 процентов их предсказаний были бредом, но оставшиеся 20…
“Амира? Кажется так… - такие скачки давно вошли в норму, - в общем-то вся тарабарщина сказанная ею и вправду была бессвязной бредятиной, но…”
Он почему-то верил в этот бред. Знал, что речь идет именно о Кане и это значило, что он двигается в правильном направлении.
- Боль? - вспомнив эту часть, он дотронулся до живота. - Похер! Если это поможет найти ее - я готов!
Тирада, которая со стороны выглядела как минимум глупо, была прервана сигналом омни. ДНК-датчики[2] успешно настроились на Иллисту - материала, оставленного на пальто и руках было предостаточно. Эти штучки хоть и были довольно дорогими и немного извращенскими, но только так он мог знать, что с ней все в порядке.
- Похоже, свою работу я выполнил, - создав стандартную форму о выполнении заказа, он отправил его на омни заказчику, данные которого он получил незадолго до обнаружения наркоты, вместе с тщательно подобранной инфой о Кане.

Кар мягко опустился на парковочную площадку на крыше дома. Голова, по ощущениям похожая на ватный шарик, на деле была горячая, как та цыпочка с Иллиума - неприятный побочный эффект от совмещения КЗ[3] и седативного. Остальное тело было в куда лучшем состоянии, но ноги еле слушались, и каждый шаг давался все труднее и труднее. Сознание совсем затуманилось, и он не помня себя побрел в ванную. Раздевшись, он с облегчением погрузился в ее теплые объятия. Горячая вода расслабляла и давала отдых усталому телу, так что вскоре парень начал засыпать. “Что же всякую хрень ко мне тянет?” - вяло “подумал” Эдж. Перед его взором встала сцена из прошлого сна. В то же время она слегка отличалась:

Темно. Очень темно. Надо идти. Шаг. Еще один. Почему так сложно шагать. Остановиться? Нет-нет. Надо идти. Свет? Жжет. Он. Она. Снова это повторяется.

- О, я убью тебя, не переживай, сучка. Но сначала узнаю, на кого работаешь.
Бум. Отрешенность и скованность движений медленно тают.
Он провел когтями по ее прекрасному личику, поиграл с ее волосами...
Бум. Злость, спавшая где-то внутри, заклокотала, переполняя Эджи.
...а потом указательным пальцем прошелся по ключице, вычерчивая линию вниз, к груди, опускаясь все ниже и ниже…
Бум...
Парень срывается с места устремившись к темному когтистому силуэту. Бум. Злость, переполнявшая чистильщика устремилась наружу. Бум. Силуэт отлетает к стене, разбрызгивая кровь. Парень смотрит на руки. Удивление. Почему злость синего цвета? Каркающий смех привлек внимание парня.
- Ты никогда не сможешь спасти свою шлюшку. Кха-кха-ха!
Злость. Нет, теперь уже гнев. Дикий необузданный гнев. Эджи хватает силуэт.
- Я тебя предупреждал, мудила, - процедив это сквозь зубы, чистильщик начал сдавливать ему шею.
- Пожалуйста…
- Что?!
-Пожалуйст-кха… - голос бывший до этого неприятно каркающим, вдруг стал жалобно тонким, - очхнись… Жень… кха..
Почему... Почему ему так знаком этот голос? Что-то мягкое прижимается к его руке.
- Не надо…, - серебристые глаза просяще смотрят на него и…

Морок развеивается. Через пару мгновений чистильщик осознает себя голым у стены коридора напротив ванной и сдавливающим чью-то тонкую шею. Сфокусировав взгляд, он ужасается. Разжав руку, Эджи подхватывает беззащитное, нежное тельце. Черные, как сама ночь, локоны прилипают к его рукам, а в уголках изумрудных глаз, виднеются капельки слез.
- Анюта… П-прости… Прости меня!, - он крепко обнимает девушку, сдерживая скупую слезу, - Прости, пожалуйста...
Грин, немного ошалев от такой перемены, прижалась к парню, не сразу вспомнив про его “наряд”. Когда же до нее дошло, она, взвизгнув, выпрыгнула из его объятий, отвесила Эджи оплеуху и выбежала в гостиную.

Спустя 5 минут, в гостиной.

Идиот. Имбицил. Дурак. Самые мягкие из тех выражений, который он услышал в свой адрес от слегка раскрасневшейся Грин. Она имела право и теперь во всю пользовалась им. Но Эджи почти все пропустил мимо ушей. Сейчас, он был просто рад, что не убил Анюту.
- Идиот!
- Было.
- Ну, знаешь ли! - щеки Грин вспыхнули и Эджи в голову устремилась статуэтка, стоявшая на столике у кресла. - Теперь буду знать, что тебя спящего лучше не трогать, - она рефлекторно потерла шею.
- Со мной это впервые... - статуэтка достигла бы своей цели, если бы парень не схвати ее прямо у своего носа. - И я же ведь извинился…
- Для такого дурака, как ты, извинений мало, - она гневно стрельнула глазками.
Чистильщик подошел к ней и крепко обнял.
- Прости, - почти прошептал он, - прошу прости меня - я буду повторять это пока ты меня не простишь.
- Хорошо, - спустя пару секунд прошептала она в ответ - он буквально почувствовал как она раскраснелась еще сильней.
Она отстранилась от него. Взглянув ему в глаза, Аня смутилась еще сильней (да куда сильней-то?!) и села в кресло. Сев напротив, он ожидал, пока она соберется с мыслями. Наконец, совладав со своими чувствами, она вперила в него свои изумрудные блюдца и серьёзным тоном заявила:
- У тебя серьезные проблемы.
- Да? И какие же?
- В общем, тебя на%@*ли.

___________
1. СЖО - система жизнеобеспечения
2. ДНК-датчики – экспериментальная технология Альянса, созданная для отслеживания изменений в состоянии организма цели. Это нанороботы, “липнущие” к любой поверхности. Дистанционно можно задать параметры цели и приоритет слежения. Реагируют на посторонние организмы как заведомо враждебные и отправляют запрос на омни владельцу/предупреждают владельца ДНК об опасности (если следящий не успевает прибыть вовремя)
3. КЗ (короткое замыкание) - сленговое название препарата стабилизирующего работу ЭНМПи*
*ЭНМПи - эндонейромодулятор с функцией писмейкера - т.е. как проводит слабый собственный импульс и преобразовывает его, так и при надобности может сгенерить собственный импульс, аналогичный природному.
TRICK OR THREAT
DV
145 0%
Offline
3033
2015-08-24 в 17:22 # 68
С востока надвигались тяжёлые сумерки, подгоняемые холодными ветрами с равнин. Они были первыми предвестниками надвигающейся зимы. Долгие холодные ночи, серые и однообразные дни. Зимы на Хейлосе были относительно тёплыми и совершенно бесснежными. Только высоко в горах, на рассвете, можно было увидеть, как крошечные снежинки, мерцая в первых лучах восходящего солнца, кружились в чарующем танце, а затем, медленно умирали, коснувшись тёплой земли и камней. Солнца было мало, его начинало не хватать уже с первых дней осени, а к середине зимы, о нем можно было просто забыть. Сыро, холодно, промозгло и депрессивно, так, в нескольких словах, можно было охарактеризовать четыре долгих, зимних месяца. Флейты равнинных ветров издавали надрывистый и дикий стон, который тонул в густом и клокочущем рёве воды.
Изид, свесив ноги, сидела на козырьке смотровой вышки дамбы, листая свою необычную коллекцию воспоминаний. Последнее, запечатлённое в её памяти, не давало покоя, оно казалось не полным, не завершённым. Тот путник, и его взгляд, словно он знает что-то, что-то про неё и про себя, какой-то ключ... который поможет ей понять, и двигаться дальше. Но что понять, и куда двигаться... «Мне нужно вернуться, найти его» - она одним решительным движением накинула капюшон.
Вода бурлила, в потоке было много опавшей листвы, мелких веток и лепестков поздних, осенних цветов. Природа менялась, изменяя что-то внутри неё, холодное прикосновение осени и пусть отдалённое, мёртвое дыхание зимы, сизой мглой окутывали её сердце и мысли. Изид смотрела на багряно-зелёную полоску заката, пытаясь найти, зацепиться краем сознания за малейшую эмоцию, но так и не смогла.
Она ловко, в несколько прыжков и перекатов, спустилась на смотровую площадку, а уже оттуда, перемахнув через ограждения спрыгнула вниз, точно приземлившись в седло своего стального коня. Двигатели заревели, рыжее облако пыли поднялось в воздух, застилая свет усталого светила.
И вот, когда она уже была готова лететь навстречу тому, что не отпускало её, раздался монотонный сигнал омнитула.
- Уитти Пуо Римастус – ханар – контрабандист. Своими делишками, мешает нормально вести бизнес, достойным гуманоидам. – раздался хрипловатый голос Томага.
- Хм... Достойным? – она заглушила двигатели.
- Из, не начинай! Все мои клиенты, достойные гуманоиды. Работа денежная, его сразу четверо заказали.
- А ты не боишься, что, со временем, они поймут, что ты их наебал?
- Когда они поймут, нас тут уже не будет! И не учи меня работать! Когда ты ещё говно в руках месила, я такие дела организовывал и ...
- Не стоит, о твоих развратных случках с суками варренов я наслышана. Скоро буду в «Вертикали».
- Нет! Стой!
- Что ещё?
- В «Вертикаль» нельзя, там кого-то грохнули, внутри и снаружи СБ-ешников херова куча, заебала вся эта хуета!
- А что произошло? Разборка пьяных геев в часах от Картье? – она хмыкнула, и разочарованно выдохнула.
- Да не... кажись, опять маньяк нарисовался...
- Пометил-таки, место разврата и лицемерия, а я всё ждала, когда он это сделает... Он или она... Вот украшение моей коллекции... – впервые, за последние три дня, лёгкая улыбка тронула её губы, а в глазах сверкнуло, что-то загадочное.
- Я всегда знал, что ты чокнутая! А хер с ним! Жду тебя в промышленной зоне, координаты вышлю, как только прибуду на место. И поторопись, твоя задница мне нужна через тридцать минут. Конец связи.

Промышленная зона Эдраса, представляла собой маленькое, скрытое от посторонних глаз государство, со своими законами, карателями и благодетелями. Рай контрабандистов, наркодиллеров и проституток. Дреллка припарковала аэробайк за старыми ремонтными мастерскими, на окраине зоны, и завалила его всяким промышленным мусором и хламом, в противном случаи, обратно ей пришлось бы идти пешком. Закончив с транспортом, она осмотрелась, и используя старые железобетонные конструкции, и свою природную пластику, забралась на верхнюю платформу элеватора. Это была не самая высокая точка, но весьма удобная для ведения наблюдения. С платформы открывался вид на шоссе, доки, склады, рабочий район и четыре улицы.

Спустя несколько минут, после её прибытия со стороны доков появился Томаг, он был не один, два здоровенных крогана сопровождали мерзкого ублюдка.
- Изид, я знаю, что ты где-то тут. Спускайся, обсудим детали. – батарианец и его кроганы задрали головы вверх и стали оглядывать местные крыши, в поиске дреллки.
- Я тут - тихо произнесла она, стоя позади ошарашенных кроганов.
- Погуляйте ребята, а мы с леди перетрём базарчик. – он дождался, когда кроганы отойдут на приличное расстояние, и только тогда начал. – Значит так, ханар... Он сейчас отдыхает в "Хейлос Плаза", отель в районе Терсей, снимает, специально оборудованный пентхаус, шикует медуза тухлая! - он сплюнул, кашлянул и ещё пару раз грязно выругался. - Его нужно грохнуть.
- Ну это и так ясно, гений. Сроки и сумма.
- Из, не больше трёх суток, а если сможешь быстрее, то получишь премию. – Он оскалился и все его четыре глаза сверкнули.
- Ты сказал, что номер специально оборудован, что ты имел ввиду?
- О! Ты не поверишь! Эта многопалая мразь, сделала из всего пентхауса бассейн! Плавает там с азарийскими шлюхами и ужирается алкоголем и наркотой! – Томаг откусил кончик сигары и закурил.
- Это очень осложняет процесс. – она нахмурилась и потёрла подбородок
- Стой, Из, ты лучшая, кроме тебя некому...
- Ты лукавишь Томаг, просто я единственная, кто тебе по карману. – она застегнула плащ и направилась в сторону старых ремонтных мастерских.
- Изид, ты не в том положении. Ты работаешь, и заметь не бесплатно, а я молчу. – он нахмурился и бросил сигару в лужу.
- Знаешь, тогда на G 14528, я посчитала, что поступаю правильно, что я не в праве устраивать самосуд, я не должна опускаться до такого низкого уровня, но теперь спустя годы, я понимаю, что чем ниже я упаду, тем выше смогу подняться.- она откинула капюшон и в глазах батарианца отразилась бездна.
- Жалеешь, что не грохнула меня тогда?! Ха! Тю-тю, милая! Экспресс улетел и не обещал вернуться!
- Хорошо, для такого дела, нужно специальное оборудование. У меня нет ни денег, ни связей чтобы его достать. – она продолжала стоять к нему спиной.
- Тааак... – батарианец, почесал подбородок и потёр череп – есть у меня один вариант... Тут недалеко, у меня, забита стрелка с одним бизнесменом, бар "Скиталец", думаю там, мы и решим наш вопрос.
Бояться нужно не смерти, а пустой жизни.
Роса
118 0%
Offline
2188
2015-09-19 в 15:44 # 69
Совместно с Я-туман, Ilostana


За две улицы от госпиталя была кафешка “Нексус”. Иллиста знала о ней от коллег, в первый же день порекомендовавших ей её, как вполне приличное и недорогое место, куда можно сходить после работы, чтобы не готовить дома, или где заказать еду с доставкой, что было удобно, особенно на суточных дежурствах.
Улыбнувшись, уже знавший турианку официант - тонкий, шустрый юноша-человек - поздоровался и осведомился о готовности сделать заказ.
- Мне травяной чай, с лонарой [1] и… - Иллиста задумалась, хочет она всё же есть или нет. - И фруктовый салат.
Чего-то мясного не хотелось, но перекусить всё же стоило.
Горек заказал снебе какие-то тушенные овощи с мясом и напиток. Пока официант бегал за заказом, батарианец взглянул на Иллисту своим хитрым взглядом.
- Это уже можно считать свиданием? - спросил он, выждав недолгую паузу.
Пребывая в какой-то невесёлой задумчивости, турианка ритмично постукивала по столешнице когтями и не сразу восприняла вопрос. Она посмотрела на батарианца, на его хитрые глаза, инстинктивно больше сосредотачиваясь на нижней паре и, несмотря на весь навалившийся на неё ворох проблем, ответила:
- Пожалуй… - она немного замялась, сбитая с толку. - Не знаю. Ты расцениваешь это как свидание?
- Не совсем. Это я к тому, что это уже не в первый раз. И уже прослеживается некая законномерность. Тебе так не кажется, Иллиста?
- Честно признаться, я уже не знаю, что закономерность, а что нет. С тех пор, как сюда прибыла… Странное место... коварное, вязкое, как болото. Давно я не видела столь гиблой колонии, очень давно… - её взгляд стал ещё более мрачным.
- О да... - протянул Горек, он тоже очень давно не видел ничего подобного. - Здесь произошла типичная подмена понятий. Поменяй правду на ложь, и получишь вот это, - батарианец обвел взглядом всё, что их окружало. А затем кивнул головой в сторону двух прохожих. - Посмотри на них - они так верят в эту ложь, что уже считают её правдой.
- Правда - очень горькое лекарство, не у каждого хватит воли, чтобы принять его. Ложь - словно сладкое вино: отвлекает разум, одновременно отравляя его, позволяет забыться на первых порах, но потом приносит горечь и боль разочарования… И если не остановиться вовремя - утягивает тебя в омут безумия и гибели.
- Хорошо скзано. Никогда не думала о карьере журналиста? Я могу замолвить за тебя словечко, - Горек улыбнулся и подмигнул Иллисте.
"Странно, что такая турианка до сих пор одна. Неужели не нашлось ни одного турианца, который ей бы понравился. Или может такая сильная личность отталкивает всех кавалеров?" - батарианец внимательно взглянул на Иллисту. - "Определенно, в ней что-то есть, что-то острое и режущее мужское сердце, как сталь ланцета." Горек никогда не думал о том, чтобы остепениться, осесть. Он вообще редко думал о будущем. Но с такой как Иллиста он бы смог остаться. Охранять её, как варен свою самку. Только одно мешало ему сделать это сейчас. Иллиста всё-таки была турианкой - представительницей не только другог вида, но и разной зеркальности аминокислот, и это было проблемой. "Хотя и не такой глобальной"- батарианец откинулся на спинку стула, полез в куртку за портсигаром и поймал на себе недоуменный взгляд турианки.
- М-м-м, видимо пауза затянулась? - Горек снова улыбнулся и закурил. - О, вот и наша еда.
Перед ней поставили на стол чайничек, от которого исходил тонкий мягкий аромат цветов и трав, но Иллиста всё продолжала смотреть на Горека, а потом весело хихикнула.
- Нет, не думала. Но, полагаю, не стоит: я уже давно выбрала свой путь. И, если я когда-нибудь и напишу что-то, то сомневаюсь, что это будет нечто большее, чем пара-тройка воспоминаний…
Взяв вилку, она проглотила несколько кусочков фруктов и налила себе в чашку чай.
- У тебя насыщенная жизнь, Иллиста. Взять хотя бы твое недавнее приключение, которое, впрочем, еще не оконченно. Уверен, что твои мемуары будут пользоваться популярностью, - батарианец еще раз затянулся и принялся за еду.
Она пялила на него глаза и всё никак не могла понять, говорит ли он это ей серьёзно или только шутит в попытке развеселить.
- По-моему, это не совсем то, о чём принято писать мемуары, - заметила она и мысленно добавила: “Да и вообще мало о каких событиях моей жизни можно писать мемуары”.
Череда всего случившегося вызвала в ней воспоминания произошедшего несколько лет назад: снова нейроимпланты, снова попытка подставить её, снова друзья пытаются вступиться, и снова… - здесь она оборвала поток воспоминаний, испугавшись невольно возникшей ассоциации…
Слишком быстро поднеся ко рту чашку и сделав глоток, она охнула, обжёгшись горячим чаем, поставила чашку обратно и прижала к пластинам вокруг рта руку.
Батарианец заметил странную перемену в лице Иллисты, а затем в некоторой степени судорожную попытку выпить горячего чая, что разумеется привело к тому, что турианка обожглась.
- Что то случилось? - Горек удивленно приподнял брови, смотря на турианку, и что бы не возникло двусмысленности добавил: - Я не о горячем чае, а о перемене в тебе.
Она отняла руку от лица и небрежно ею махнула.
- Со мной постоянно что-то случается, - Иллиста попыталась улыбнуться, и улыбка даже вышла естественной.
Нужно было менять тему разговора, иначе из неё снова начнут калёными щипцами тянуть по крупицам информацию, и тогда точно придётся молчать намертво. Потому что эти воспоминания принадлежали не только ей, потому что она когда-то расписалась не разглашать их ни при каких обстоятельствах.
- И сейчас я, правда, совершенно не знаю, что мне делать с переездом. Дело в том, что сейчас я живу у себя не одна.
- Неужели с женихом? - Горек решил занятся обедом и едва не поперхнулся, услышав слова турианки.
“Вот, фразы ты всегда умела подбирать... - мысленно “похвалила” себя Иллиста, - журналистка…”
- Нет, - она нервно мотнула головой. - Здесь другое… Возможно, я поступила опрометчиво, но... Пару дней назад я выловила из пруда азари. Она была в каком-то жутком, практически невменяемом состоянии, продрогшая, измученная. Я еле смогла дотащить её до дома, очень боялась, что она заболеет. Но, к счастью, обошлось. Не знаю причину, почему она решила... но её внешний вид был ужасен. Первое, о чём я подумала, что её где-то долго истязали и морили голодом. Я решила оставить её пока у себя. Конечно, можно было вызвать полицию, психиатрическую бригаду, но что-то меня остановило в тот момент. И позже я поняла причину. И решила сама её лечить. Если я перееду к тебе сейчас, Амира останется без присмотра - кто знает, что ещё ей придёт в голову. Не говоря уже о том, что, возможно, ей действительно удалось чудом сбежать откуда-то. В общем, не представляю, как мне лучше поступить, - она, словно извиняясь, посмотрела на Горека. - Может, ты передумаешь, пока ещё есть время? Мне совершенно не хочется тебя напрягать.
- Слушай, а эта азари случайно не любит рисовать и пророчествовать? - догадка внезапно обожгла разум батарианца. - И когда ты, говоришь, её встретила? - Горек даже от еды оторвался, и во все четыре глаза уставился на турианку.
Глаза Иллисты вспыхнули золотисто-изумрудным огнём. Такого поворота она уж точно не ожидала.
- Ты её знаешь? - она и не пыталась скрыть удивление. - Вечером на следующий день после нашей... - турианка запнулась, - нашего с тобой знакомства в парке.
Горек задумался, на пару секунд. "Так, этот шайтов бал уродов, выходит, она где-то целый день бродила.”
- Эту азари я впервые увидел в клубе “Вертикаль”, и принял её за танцовщицу. Румб сказал, что эта Амира - протеже Гардии - новой хозяйки. Румбик и сам к ней питал теплые чувства, если он на них способен, - батарианец достал очередную сигарету, но так и не зажег её. - Она мне наговорила всякой чуши, но и было видно, что она не в себе. И это еще мягко сказано, - батарианец невесело усмехнулся. - Потом я её видел на этом, - Горек сделал воздушные кавычки, - "Званом вечере”, вернее на его финале. Я вот что думаю, может, сказать Румбу, куда его синяя роза сбежала, да и Гардия тоже будет рада, если она вообще о ком-то или чём-то кроме себя и своего гнезда раврата волнуется?
- Гардия? Это та, что пела на вечере? - уточнила Иллиста. Ещё одна неожиданная подробность, которую она совершенно не ожидала услышать. - Но зачем же тогда Амира ушла от неё? От сильных покровителей так просто не сбегают, - она задумалась. - Не знаю, что всё это значит, но я бы пока не стала никому про неё говорить. Даже Кларе я о ней не сказала. Знаю, она бы не одобрила то, что я сделала, и судила бы произошедшее категорично и однозначно. Но здесь не тот случай. Поверь мне, Горек, я много навидалась за свою жизнь и психов, и наркоманов и понимаю, о чём говорю. Конечно, она странная, но… у неё есть на то свои причины, которые я сейчас пытаюсь понять. Чтобы помочь ей. Это можно сделать - я знаю…
- Вот и спроси у неё, почему она ушла. Мне кажется, у неё порой бывают прояснения, - Горек усмехнулся, но вновь как-то не весело. - Иллиста, учитывая новые факты, что ты решила с переездом?
Турианка проглотила последние несколько лиловых сладких кусочков, допила чай.
- Может, - неуверенно начала она, - немного повременим и отложим это дело на пару-тройку дней? Сильно сомневаюсь, что Шакир станет что-либо делать в ближайшее время. Он будет ждать ответа. Ему, насколько я успела понять, очень нужен специалист - просто так ему невыгодно меня подставлять. Он сделал ход, сильный ход, как ему показалось, раскинул сети и теперь понапрасну пугать жертву не станет. Время есть. Я пока буду дома по болезни - может, что-то проясню относительно Амиры. Как считаешь? - она лукаво улыбнулась. - Выпустишь меня из-под круглосуточного надзора на пару дней?
- Только из под круглосутчного, Илли. - И хотя внешне батарианец оставался абсолютно спокоен, глаза его задорно блестели. - И уж если ты будешь отлеживаться, я приглашаю тебя к себе в гости. А свою квартирантку можешь взять с собой, если она не буйная, - Горек подмигнул Иллисте, залпом допил напиток и вопросительно взглянул на турианку.
- Ну, раз уж ты меня приглашаешь, я к тебе загляну. Заодно осмотрюсь. А то вдруг действительно придётся переезжать, а я даже не знаю, куда именно, - она тихонько засмеялась. - И когда же ты меня ожидаешь в гости?
- Я сам к тебе приду, - ответил батарианец. - А чтобы я знал куда идти, ползволишь мне тебя проводить?
- Проводи, - позволила турианка.
Пешком идти до её дома было чуть менее часа, и Иллиста предложила прогуляться. Испытывая в глубине души угрызения совести, что отняла у него уже полдня, тем не менее она честно призналась себе, что рада, что он решил проводить её. Рядом с ним было тепло и спокойно. Она уже давно не думала о том, что сможет вновь испытать подобные чувства. И тем более она не думала, что испытает их к батарианцу. Внутри царил полный диссонанс между тем, что она видела и чувствовала в нём, к нему, и тем, что он не принадлежал к турианскому народу. В голове роились десятки вопросов, но Иллиста гнала их от себя, не желая терять хоть каплю той теплоты, покоя и радости, что переполняли её сейчас. Она успеет обо всём подумать потом, когда он уйдёт по своим делам, а сейчас... сейчас она хотела, чтобы они просто шли по улицам вдвоём, чтобы её согревала эта радостная теплота и... чтобы на пути до её дома вот прямо сейчас вдруг возникло ещё несколько улиц, а лучше - целый квартал.




Они распрощались у входа в дом. Пожалуй, никто из знакомых Иллисты не узнал бы её сейчас, когда она поднималась на свой этаж. Словно прибавилось ей в этот миг красоты и женственности - настолько переменилось выражение её глаз, снова засверкавших, как сверкают изумруды, когда сквозь них проходят лучи солнца. Тревоги и проблемы ещё не отвоевали обратно себе своё место в её душе, наполненной сейчас гармонией и счастьем, робким, неуверенным, осторожным, казалось, готовым упорхнуть подобно мотыльку в любой момент, но счастьем, которого не было много лет и которого ей так не хватало. Мимолётные увлечения, короткие проблески чувств - не более, и их было не стравнить с тем, что она испытывала теперь. А ещё она ввсё сильнее и сильнее ощущала, как что-то меняется в окружающей её реалии. Меняется ни хорошо, ни плохо, но вперёд и вверх по извилистой тропке, от одного взгляда на которую к сердцу подкатывало волнение, словно перед полётом.
Иллиста открыла дверь и тут же заметила более материальные признаки изменений в её жизни. Во-первых, она уловила в воздухе приятно ласкавшие обоняние запахи домашней еды. Во-вторых, уже переступив порог, турианка едва не наступила на валявшиеся на полу кусочки угольков, а затем увидела причину их появления здесь: уютно устроившись на полу гостинной, Амира что-то вырисовывала на листе… (Иллиста не поверила своим глазам) бумаги. “Рисует…” - пронеслось у неё в голове. Всё встало на свои места, и турианка окончательно убедилась, что именно о ней говорил Горек.
- Амира, - окликнула Иллиста азари, - доброго дня. Рада, что тебе уже лучше.
Азари дернулась в малодушном порыве спрятать измятые листы, засмущалась, а потом просто оставила все как есть.
- Здравствуй, Иллиста, - в руках Амиры снова затанцевал уголек и пластины нарисованной турианки засияли новым цветом. Очень уж знакомой Иллисте турианке - ту, что она видела каждый день в зеркало.
Подойдя ближе, Фалькрус с лёгким недоумением рассматривала свой портрет, а потом улыбнулась.
- Здорово это у тебя выходит. Но зачем?.. - она замолчала, не договорив: “Зачем ты нарисовала именно это?”
- Зачем нос такой большой? - Амира насупилась и тут же принялась затирать. - Я не хотела, просто так вышло… Я не художник, Иллиста.
И пальцы, так нелово выведшие нос почему-то с удивительным изяществом повторили линии сорванного цветка, что покоился на ладони бумажной турианки. Натоящая же просто стояла рядом и смотрела.
- Нет, - протянула Иллиста, покачав головой, - ты прекрасно рисуешь. И я спрашивала не про нос, - она хихикнула, едва слышно перещёлкнув жвалами. - С чего ты вдруг решила изобразить меня?
- Разве ты не достойна портрета? - не поднимая глаз от рисунка, улыбнулась азари. От усердия у нее слегка выпятилась нижняя губа, отчего она стала похожа на выброшенную на берег рыбу.
Иллиста рассеянно пожала плечами. Она никогда не задавалась вопросами подобного рода, просто лишь делая то, что считала нужным.
- Не знаю, - сказала она. - Но, спасибо. Портретов с меня пока что никто не писал, да ещё таких красивых, - мысли её плавно перекочевали к более приземлённым вещам. - Насколько тебе вообще уже лучше? Вчера вышло, что мне пришлось бросить тебя одну на целый день, но… - турианка печально поджала мандибулы, словно извиняясь за обстоятельства, которые были много выше неё.
Амира мягко улыбнулась и подняла голову с перемазанными щеками. И эта улыбка, вроде бы и добрая, и внимательная, все равно казалась отстраненной, приклеенной - словно сама азари была не уверена, что может улыбаться. Или должна.
- Ты несешь слишком большой груз вины на своих плечах. Не нужно, - Амира произнесла это так тихо, что Иллиста смогла прочитать слова скорее по губам, чем услышать.
В глубине души турианка согласилась со словами азари, но поделать с собой ничего не могла.
- Это не самый большой порок, - заметила она. - Гораздо хуже, когда есть вина, но ты не знаешь её горького привкуса, укрывшись за иссушающим любые виноватости равнодушием и надменностью.
- Твоей вины ни в моем одиночестве, ни в его смерти нет, - Амира чуть-чуть нахмурилась, рассматривая получившийся портрет: оригинал почти не отличался от своего бумажного двойника, так что выходило весьма недурно. - И ты это знаешь. Он спит в объятьях цветочного поля, ему хорошо, так зачем же страдать?
Иллисту словно обдало холодным ветром. Она поняла, почуяла, о ком говорит Амира. И вину для себя уже давно определила сама.
- Среди цветов должна почивать я, а не он.
Амира вдруг как-то сморщилась как запеченое яблоко и болезненно сложила на животе руки. Как знакомо это чувство…
- Знаешь, мы ропщем и ищем справедливости, и делаем вид, что сами знаем, по кому должна звучать отходная, - воспоминания нахлынывали внезапно, а та боль, которую испытала она сама, которую когда-то испытала Наина, закрыла ее с головой. - Но на все воля Богини.
Она помолчала недолго, прислушиваюсь к звукам улицы за окном. Где-то там, во дворе гоняли мяч дети, а какой-то парниша громко взывал к своему другу.
- Рудик, эй, Рудииик! Выходи!
Амира чуть улыбнулась, когда боль слегка отпустила. Наверное, только благодаря этим домашним звукам.
- Знаешь, Наина позвонила мне однажды, а я была в университете. Она была очень одухотворенной и эмоциональной маленькой азари, моя Наина, - Амира снова принялась водить угольком по листку, а Иллиста молчала, стараясь не спугнуть внезапную откровенность. - Моя милая сестричка очень хотела уйти в служение Атаме, но ведь ей было всего-то 12 лет… Она прочитала мне литанию, и это было последнее сообщение от Наины. Я запомнила ее слова навсегда. “Богиня, успокой, дай приют… Научи, если взропщет, ободри, если оробеет, дай силы, если упадет...”
Иллиста видела, как льётся из Амиры такой знакомый поток тёплой печали, отвечая в гармонии аналогичному в глубине сознания её самой и понимала недосказанное ею без слов. Тепло счастья, испытанное днём, и тепло печали схлестнулись в груди турианки, сдавив дыхание. Иллиста не заметила, как из её глаз потекли слёзы - две густые мутные дорожки стекли по скуловым пластинам вниз.
- Ну, выходиии же, Рудиик! - все так же нарушал тинишу квартиры громкий мальчишеский крик с улицы.
- Атаме забрала ее к себе, Иллиста, в этот же год, - спокойно продолжила Амира. - Наина спит на цветочном поле Богини по вине человека. Он отправился к своим праотцам, ведь я и не могла иначе поспорить с Атаме. Но иногда… сейчас… все время мне хочется просто уснуть вместе с ней.
Занятая собственными мыслями, Иллиста не придала значения словам Амиры, касавшимся "спора с Атаме". И лишь в душе поняла её желание уснуть вместе с сестрой и то, почему азари оказалась вечером у того злощастного пруда.
Слёзы солёными каплями попали в рот, Иллиста поняла, что плачет, и быстро смахнула с лица мутные дорожки. Это и осознание причины поступка Амиры заставили её снова вспомнить разговор с Гореком. Но сейчас она не решилась задать азари вопрос, откуда она пришла к тому пруду. Амира вытерла измазанные ладошки о коленки и энергично поднялась. Крики мальчишки не умолкали.
- Рудик, хулиган ты эдакий! - азари перегнулась через подоконник и махнула рукой. - Выйди уже во двор!
Испуганный приятель Рудика тут же затих и пропал, а Амира деловито поправила простецкие жалюзи и улыбнулась.
- Пошли поедим? Я голодна как бешеный молотильщик.
Глаза Иллисты удивлённо распахнулись.
- Ты приготовила обед на нас двоих?
- Ты же ешь протоцера [2] в рулете? - Амира снова смутилась и покосилась на свои босые ноги. - То есть, для тебя я приготовила протоцера, а себе заменитель...
И она снова потупилась, ощущая себя почти глупо.
Иллиста была тронута заботой Амиры. Она улыбнулась и, не желая обижать азари, пошла ужинать. Блюдо было приготовлено скорее на азарийский манер, но оказалось очень вкусным. Подкрепившись, турианка почувствовала себя лучше. И тут заметила на угловой кухонной тумбе, спрятанной за холодильником упаковку со штампом госпиталя, которую Эдж вчера достал из вентиляции и которую сегодня чудом не заметила Амира. Взяв упаковку, Иллиста высыпала её содержиое в унитаз и туда же следом отправила её саму. История с традексмалом была дополнительным доводом никуда не переезжать и не оставлять квартиру надолго без присмотра. Вздохнув, Иллиста отложила решение сего нелёгкого вопроса на завтра.
Амира не стала мешать турианке. Просто закрылась в гостинной, прикорнув на софе в ожидании сумерек. Пожалуй, на Хейлосе это было самым приятным временем дня - Шедар спускалася все ниже, ровняясь с крышами небоскребов, пока совсем не скрывался за горизонтом.
Амира захотела пить, но вставать и идти на кухню решительно не хотелось. Мысли такие ленивые неспеша ворочались в голове.
“Нужно возвращатьс на Тессию.”
“Иллисте может не нравиться пребывание в ее квартире чужой азари.”
“Гардия ищет новые цветы.”
И так бы было до бесконечности, если бы не вежливый, но твердый стук в дверь.
Иллиста бесшумно вошла в гостинную.
- Мешаю? - спросила она, глядя на уютно устроившуюся на диванчике Амиру.
- Не знаю. Кому? - азари пожала плечами.
Турианка улыбнулась, прошла к креслу и присела на краешек.
- Тебе. Смотрю, ты уже спать решила.
- Нет. И нет, - ответила Амира, чуть отодвигаясь. В заходящих лучах Шедара турианка выглядела еще более уставшей, чем была на самом деле.
Иллиста размышляла, стоит ли начинать выяснять обстоятельства крайних трёх дней жизни Амиры именно сейчас. И в итоге всё же задала вопрос:
- Амира, скажи, а как ты оказалась на берегу того пруда?
Азари слегка удивилась, то чего глаза ее и так большие, округлились еще сильнее.
- Ну… я шла, - предположила она.
Турианка поняла, что задача перед ней стоит не из лёгких и призвала на помощь всё своё терпение и умение разговаривать с гуманоидами.
- Шла просто так? Но откуда?
- С вечеринки. Помнишь, у меня было красивое платье, - улыбнулась Амира.
- Помню, - кивнула Иллиста. - У меня на том вечере тоже было красивое платье. Только я его разорвала потом случайно. Это ведь тот самый вечер, где было много гостей и пела красивая турианка в зелёном наряде?
Амира рассмеялась заливисто и с удовольствием, хлопая сеня ладошками по коленям.
- На этом вечере много дам осталось без платьев по всей видимости! Вечер при участии Гардии никак не мог по-другому закончиться!
И она опять рассмеялась.
Зрачки Иллисты сузились. Она не присутствовала на окончании вечера и лишь краем уха слышала от коллег, что там под утро творилось нечто.
- И как он закончился? - спросила турианка.
Азари испуганно охнула, оборвав смех, повисший в воздухе потерянным звуком, и крепко прижала ладошку к губам, боясь сказать что-то лишнее.
- Там были гуманойды…
Она замолчала.
Иллиста уловила натянувшееся, подобно струне, напряжение в воздухе. “Нельзя… сюда больше нельзя…” - промелькнула мысль у неё в голове. Она поняла, что здесь Амира ей сегодня больше ничего не скажет. Может быть, со временем… И задала последний на этот вечер вопрос, с другого бока:
- А ты ведь… жила у Гардии Кринт - верно?
- Да, не очень долго… С ней и с Румбом, - она произнесла это грустно, как будто и говорить об этом было сложно.
Ей было больно - впитывавшая сейчас её эмоции каждой клеточкой своего тела Иллиста отчётливо почувствовала это. “Что же там, всё-таки, произошло?” - подумала турианка, но любопытсво своё сдержала и больше ничего спрашивать не стала, почуяв, что на сегодня разговор стоит закончить.
- Похоже, я тебя утомила, - проговорила Иллиста. - Извини.
- Нет-нет, все хорошо, - помотала Амира головой. - Все хорошо…
Пожелав ей спокойной ночи, турианка вышла из комнаты.
Странный день... Долгий, тяжёлый и... счастливый. Иллиста чувствовала, как её подхватывает и увлекает за собой поток событий и времени и понимала насколько колоссальные силы могут потребоваться ей, чтобы не потонуть в этом потоке, чтобы оседлать его, взобраться к нему на гребень, чтобы он принёс её туда, куда она хотела. И мысли турианки невольно возвращались снова и снова к тому, чья глубинная сила и тепло могли помочь ей удержать равновесие в опасном пути по гребню. Ей было страшно, но страх этот только добавлял здоровой злости и уверенности пройти по узкой кромке и не сорваться.

_________________
1. Лонара - цветковое растение с Инвиктуса, обладающее мягким успокаивающим действием.
2. Протоцер - крупное травоядное животное Дигериса, обитающее на широких открытых равнинах и образующее стада до полумиллиона особей.
aleksiann
66 0%
Offline
2453
2015-09-24 в 22:31 # 70
Совместно с DV

Ранко сидел у себя в офисе, на втором этаже «Скитальца», когда охрана у входа в бар доложила о прибытии батарианца, с которым у него была назначена встреча. Алексей разумно предположил, что деловой визит лучше всего провести на своей территории, поскольку в последнее время творится много беспредела. В такой ситуации лучше подстраховаться, тем более, что информация, которая была нужна контрабандисту, весьма грязного содержания и не всякий торговец данными согласится такое искать, не говоря уже о том, чтобы предоставить в пользование посторонним. Да и такая информация такая будет стоить преступно дорого.
Следующие пару минут Ранко провел в ожидании четырехглазого визитёра и как-только двери офиса открылись изобразил на своем лице самую обаятельную и радушную улыбку, отточенную годами практики в проведении таких встреч.
- Томаг! – с хорошо имитируемой радостью воскликнул Ранко. – Рад тебя видеть мой пронырливый друг! Присаживайся и чувствуй себя как дома, - он учтиво указал на шикарное гостевое кресло перед своим столом, - ведь в ногах правды нет, как говорят на просторах моей исторической родины!
- И тебе не хворать, - Томаг выдавил из себя подобие улыбки и плюхнулся в кресло. – Я польщён, что такой уважаемый бизнесмен, пригласил меня выпить батарианского бренди и обсудить насущные проблемы. – Батарианец, хитро ухмыльнулся и с беспардонным намеком кивнул в сторону хозяйского мини-бара.
Незаметно, словно полупрозрачная тень, за спиной Томага возникла Изид.
Батарианец в мгновение ока прочёл всё по изменившемуся в лице Алексею Ранко, который очень быстро для бизнесмена потянулся к пистолету, висевшему в кобуре на бедре, и резко рванул в сторону от места, где только что сидел. Когда он обернулся, то рявкнул на незваную гостью со злостью и явным облегчением:
- Да етить твою налево Из, ну нельзя же так подкрадываться! Эта твоя привычка когда-нибудь сыграет с тобой злую шутку! Словишь пулю и вся делов. - затем, в более спокойном тоне, добавил, уже обращаясь к Ранко, который уже давно достал свой пистолет и взял Изид на мушку, но поняв, что двое гуманоидов перед ним знают друг друга, не спешил стрелять:
- Это моя новая телохранительница! Зовут Изид, она дреллка, что вы и сами, наверное, уже поняли. Она пришла со мной, но я оставил её в баре внизу, т.к. ей захотелось выпить, - тут батарианец театрально закатил глаза и затем продолжил, - Но я точно не собирался вот так слёту вас знакомить и хоть прибейте не помню, когда она усела войти в помещение!
После этой длинной и напряженной тирады батарианец умолк и с легкой нервозностью уселся обратно в кресло.
- Ну... - медленно протянул Ранко. - В таком случае я рад приветствовать вас мисс в моём скромном обиталище! - и с этими словами он жестом указал Изид на еще одно гостевое кресло, которое располагалось справа от того, в котором вальяжно развалился Томаг. - Желаете чего-нибудь выпить? - Алексей напрочь позабыл о наглом батарианце и его бренди, а вместо этого решил пообщаться с его спутницей.
Изид проигнорировала предложение Алексея, присесть, но решила, не отказываться от выпивки.
- Пожалуй, батарианский бренди, Ихрим, если у Вас таковой имеется.- она медленно откинула капюшон.
- Так, что дорогой друг, каков предмет нашей встречи? – Томагу не понравилось, что хозяин переключился на дреллку.
Ранко посмотрел на Томага, будто впервые того увидел, а потом, опомнившись, вернул разговор в деловое русло.
- Вы абсолютно правы, мой дорогой Томаг! Боюсь я слишком увлекся вашей необычной спутницей, что напрочь позабыл о первоначальной теме нашей встречи! - с неподдельной искренностью рассмеялся хозяин бара. - Итак, вернемся к делу, из-за которого я попросил вас о встрече. - уже в более официальной манере проговорил Алексей.
- В последнее время я начал беспокоиться о ситуации, которая сложилась у нас в колонии. Все эти жуткие, зверские убийства совершенно случайных граждан Хейлоса, а в особенности губернатора Мразусса, меня весьма и весьма огорчают. Когда меня что-либо огорчает, то я начинаю думать о сохранности своего здоровье и имущества. Вот и в этот раз произошло тоже самое. Только вот эти зверские убийства породили массу слухов как среди простых людей, так и среди бизнесменов "нашего круга". Видимо их настолько напугала перспектива стать следующими в этом списке, из-за случайного выбора жертв, что они начали сплетничать, как старые базарные бабки. Вот я и решил получить информацию у достоверного источника. При всём при том я прекрасно осознаю, что эта информация может оказаться весьма скудна, но я буду рад услышать, что это не были заказные убийства и что мне нет нужды волноваться об этом. По крайней мере пока! - тут Ранко хитро улыбнулся батарианцу, на что тот ответил ему такой же, если не более жуткой улыбкой.
После этого многозначительного обмена улыбками Ранко продолжил:
- Вот это и есть та причина, по которой я пригласил вас на эту конфиденциальную беседу. Не хочу прослыть параноиком, ибо это не так, но также я хочу обезопасить себя и свой бизнес от возможных посягательств со стороны моих конкурентов, которые захотят избавиться от меня и наймут для этого человека, который обставит всё в стиле "хейлосского маньяка".
- Хм... Вы правы. То, что в колонии появился маньяк, на руку многим и это отличное прикрытие. - батарианец пожевал кончик сигары и затянулся. - Что конкретно Алекс, Вы хотите от меня? Как говорят люди: "Время-деньги", а наше с Вами время - это большие деньги. - он ухмыльнулся и откинулся на высокую кожаную спинку кресла, за которой стояла Изид.
Дреллка, внимательно осмотрела помещение, и скривив физиономию, надменно фыркнула, что не могло ускользнуть, от внимания Ранко.
- Да, вы абсолютно правы Томаг. - в тон батарианцу ответил Алексей. - И беспокоящая меня ситуация отняла уже довольно много моего времени, ну и денег соответственно. К концу нашей встречи я хотел бы стать счастливым обладателем достоверной информации, в случае с чем я, также, буду рад расстаться с некоторой суммой, которая осчастливит вас, мой друг.
- Мистер Ранко, я могу уверить Вас, что не найдётся никого в этом секторе галактики, кто посетует на меня, или качество услуг, которые я оказываю, – он пожевал сигару и выпустив пару сизых колец дыма, аккуратно её затушил – так что, давайте конкретизируем, что Вас интересует? Информационные каналы, сеть, промышленный шпионаж, услуги серого посредника, устранение или обеспечение индивидуальной безопасности? – батарианец был максимально собран и серьёзен, тут пахло не просто большими деньгами, а большими возможностями, возможностями, которые позволят ему больше не оглядываться, и не видеть по ночам Нуви.
Изид бросила взгляд на громилу у двери, приоткрытое окошко, сломанную сетку вентиляции и снова ухмыльнулась. Её одновременно забавляло и восхищало, то, что хозяин до сих пор жив, она скользнула по нему взглядом, и одела капюшон.
- Для начала я бы хотел получить интересующие меня данные из ваших информационных каналов, - ответил Алексей. – Ну, а потом поглядим, что из этого выгорит. В зависимости от результата я буду решать нужен ли мне профессиональный телохранитель или нет.
- Как я уже говорил, обстановка напряжённая, многие молодые, и едва оперившиеся ОПГ, используют ситуацию с маньяком, для собственного подъёма и даже пытаются начать "большой передел" сфер влияния. - он встал и потирая подбородок стал прохаживаться по кабинету - СБХ сейчас не до... предприимчивых людей Хейлоса, офицер Ривес рвёт когти, капитан просиживает зад у коменданта, это даёт некую свободу, но в тоже время может создать критическую ситуацию, для ведения бизнеса. - он встал у окна спиной к Ранко - Имена и бизнес-планы, - батарианец хохотнул. - Ну Вы понимаете о чём я... Думаю, самое время обсудить сумму аванса.
- Я готов заплатить вам 50’000 кредитов сейчас и 70’000 кредитов после выполнения моего заказа. - ответил Ранко. – В зависимости от скорости выполнения, конечная сумма может приятно увеличиться. - на этих последних словах он сделал заметную паузу, чтобы батарианец смог представить себе солидную сумму кредитов, которые ему достанутся. - Также, - продолжил Алексей, - я могу предоставить, в качестве оплаты ваших услуг, некоторые свои услуги, если это вам интересно, Томаг.
- А Вы умеете торговаться, - батарианец хитро скривился - Но как говорится, я пре...
- И какого рода услуги Вы могли бы предложить, мистер Ранко? - перебила Томага дреллка. Изид сделала шаг вперёд, проявляясь из полумрака.
- Ввоз и вывоз контрабанды любого рода, а также могу организовать надежное временное укрытие, в случае крайней нужды, - ответил Ранко, а про себя слегка удивился такому интересу к его услугам со стороны дреллки. Её презрительную отстраненность он заметил еще в самом начале их с Томагом беседы и решил, что она и батарианец, почти наверняка, являются партнерами по бизнесу. Поэтому он с готовностью ответил на её вопрос и с легким нетерпением, которое присутствует при проворачивании такого рода сделок, стал ждать дальнейшего развития событий.
- Контрабанда, значит... любого рода... - она откинула капюшон - и гидро-система "Стилский туман", разработанная саларианским ГОР? Или, предположим подводный пистолет-пулемёт "Катран"? - она покосилась на недовольную физиономию Томага. Батарианец источал гнев, но сдерживал себя, стараясь не потерять лица.
- Чем сложнее достать товар, тем дольше придется ждать его доставки, но в целом это вполне реализуемо. - с легкой усмешкой на лице ответил Ранко. - К тому же некоторые редкие товары есть в наличии, так что если вам понадобится что-либо из имеющегося ассортимента - буду рад предоставить это... В качестве платы за ваши услуги.
- Кхе-кхе, вернемся к нашим брхатам*. - кашлянул батарианец, смотря с ухмылкой на человека,- Ваше предложение вполне интересное, но все же мне кажется, что такой суммы будет маловато для такого большого объема данных, вы не находите? Тем более, предоставляя вам информацию, есть определенные риски, что через вас могут выйти на меня, - Томаг пренебрежительно моргнул верхней парой глаз. Но интерес дреллки брал вверх, поэтому она положила руку на плечо батарианца, как бы пытаясь показать, что услуги человека могут быть полезными для их обоих.
- Скажите Томаг, а как вы смотрите на такое предложение? Я заплачу вам 70’000 кредитов, а также и предоставлю, на выбор, какую-либо услугу вашей спутнице? - деловым тоном поинтересовался Алексей.
- Мы согласны, условия вполне приемлемые. Но вышеуказанное оборудование нужно мне к середине следующей недели, в противном случае, вам придётся заплатить Томагу ещё 30’000 кредитов. Успеете раньше, получите бонус лично от меня. - она протянула человеку руку - Ну так что? Договорились?
- Договорились. - Алексей пожал протянутую руку. - Приятно иметь с Вами дело. Всего доброго и до скорой встречи!
- Надеюсь наша встреча состоится довольно скоро, поскольку это в наших общих интересах. - она улыбнулась и покосилась на Томага.
- Да, нам пора, работа не ждёт... Приятно иметь с Вами дело, мистер Ранко. - батарианец нервно улыбнулся и последовал за Изид.

Они вышли от Ранко и быстрым шагом направились в сторону складов.
- Тебе не кажется, что ты слишком много на себя берёшь, девочка?! - Томаг резко остановился и, схватив её за предплечье, притянул к себе. - Совсем страх потеряла!
- Страх… - она улыбнулась, - Страх я читаю на дне твоих глаз, каждый раз, когда ты пытаешься угрожать мне. Вот и сейчас, он сверкает в них, дрожит в твоём голосе, покалывает холодом на кончиках твоих пальцев. - она перехватила его руку и заломила за спину. Кроганы было дёрнулись, но остановились на полпути, застыв в замешательстве. - Ты хочешь денег и власти в этой захолустной человеко-турианской дыре, а я хочу забвения. Ты взял меня с собой не просто так. Если этот Ранко выполнит мои условия, я решу вопрос с ханаром, ты получишь деньги и авторитет, и никогда не встретишь Нуви. Да, Томаг, ты можешь лгать, профессионально, даже себе, но меня не обманешь. - она отпустила его, - Так что подотри сопли, проглоти ком гордыни, подступивший к горлу, и дай мне возможность заработать тебе денег.
Дреллка смерила его презрительным взглядом и в мгновение ока, скрылась из виду. Томаг ещё какое-то время стоял неподвижно, смотря в холодную темноту, где она растворилась, а затем, закурив последнюю сигару, направился в местный бордель.

*брхаты - съедобные звери, обитающие в батарианской гегемонии, несколько схожи с мелким рогатым скотом.
"Чтобы ваши азарята были полностью здоровы - покупайте сингулёгурт от "Голубой Коровы". "Голубая Корова" - это регулярные поставки нулевого элемента для вашего азарёнка!" Наш девиз - "Не тормози! Сингулёгурт азарьни!!!" - Рекомендовано для беременных и кормящих азари, а также для детей-азари до 15 галактических лет!
Ilostana
100 0%
Offline
1036
2015-09-26 в 17:58 # 71
Совместно с Я-Туман

Дженни прервала связь с Кровом: неловкий разговор, от которого азари разозлилась еще сильнее. И что он себе возомнил, монополист хренов? Да, пожелай она, Дженни, чтобы его компания разорилась, от него наверняка не осталось бы и мокрого места. Табачный король… Сигаретный мерзавец… Шут никотиновый!

Она нервно щелкнула все той же украшенной россыпью самоцветов зажигалкой и в который раз подумала, что Павусс права - эту штука точно безвкусная, если не сказать больше. Но тут уж никак против природы не попрешь - Дженни до умопомрачения любила блестящие, дорогие или очень дорогие камни.

Павусс… И эта тоже хороша - влюбилась как кошка и теперь решительно не замечает, что нужно быть куда как осмотрительной. Если пресса прознает, что она спуталась с контрабандистом, никакими благотворительными балами, тысячей сиротских приютов и ангельскими крыльями с нимбом над корявой ее головой не убедишь никого в добрых побуждениях коменданта. Дурашка даже не подозревает, что Ник не всегда тщательно подчищает следы - а Дженни видит все. Вот и наклевывается самый закономерный вопрос - кто на самом деле истинная королева этой колонии? Хейлос принадлежит по праву такой неприметной с виду синекожей женщине, а никак не этой беспечной дуре-турианке. Сигаретный дым плотным коконом окутывал задумчивую фигуру азари, стоящую у терминала связи.

C каждым днем рутина поглощала Нэнси все сильнее: ”Принеси, унеси, приди, пошла вон”. Девушка почти все время сидела за стойкой рессепшена, и в основном отфутболивала просителей, не заслуживающих внимания августейшей особы. Но этот день начинался прекрасно: Павусс не появлялась в офисе, и это была поистине чудесная новость. Конечно, тут еще была Дженни, но она всегда была занята. Появился курьер, принес целую пачку датападов и свалил. Девушка лениво просмотрела всех адресатов, выбрала несколько важных и пошла к начальству.

- Принесли почту, мэм, - Нэнси без стука вошла в кабинет азари, держа в руках стопку планшетов.

- Можешь положить их на стол, - Дженни затушила сигарету и тут же потянулась за новой. Девушка-помощница, всегда яркая, с блестящими русыми волосами сама по себе напоминала драгоценный кристалл. И Дженни это замечала.

- Мисс Дженнин, можно мне отлучится на пару часов после обеда во вторник? - промурлыкала Нэнси, одарив азари верноподданническим взглядом.

- Напишешь за свой счет… или отработаешь? - Дженни попыталась сохранить все то же отстранено-холодное выражение лица, но почему-то улыбнулась.

- Благодарю, - девушка счастливо улыбнулась, и тут же добавила: - Мэм, а можно задать вопрос?

- Да, разумеется, - азари немилосердно провела тлеющей сигаретой по дну пепельницы.

- А куда пропала комендант Павусс? - но заметив проявляющееся недовольство на лице Дженни, поспешно добавила. - А то люди спрашивают. Она заболела? - в голосе девушки проскользнули нотки любопытства.

- Это тебя не касается, можешь идти работать, - Дженни нахмурилась и села за стол. Шедар стоял в зените - дел было невпроворот, а языкастых и любопытных дурочек она никогда не любила.

Нэнси надулась, но молча пошла к выходу из кабинета, покачивая бедрами.

”Что же если коменданта сегодня не будет? Может, пошарить пока в её кабинете?” - подумала журналистка. Доступ в кабинет у неё был, а значит, вечером, когда персонал разойдется, можно будет поискать компромат, и никто и не заметит. Нэнси довольно усмехнулась: ”Вот Гореку будет радость. Если найду что нибудь интересное”.

- Хотя, постой, - у самой двери Нэнси окликнул властный голос азари. - Мы ведь так и не решили, как ты будешь отрабатывать отгул…

Злоба на придурка Крова, раздражение от вопросов секретарши и переживания по поводу глупости Павусс вдруг вылились в какое-то непонятное возбуждение, которого, к слову, азари уже давно не ощущала. Любовь ко всему блестящему и, наверное, то самое объясненное тысячами психологов влечение к гуманоидам, что так или иначе были похожи на твою первую любовь, сейчас заставило вспомнить белобрысую человеческую шлюшку, что благополучно одарила азари разбитым сердцем, а ее саму прозвищем Дженнин (что в итоге никак не могло не стать Дженни). И Нэнси вот просто идеально подходила на роль почетного катализатора страсти.

- Так что? - насмешливо протянула азари и снова щелкнула зажигалкой. Радужный блик от камешков скользнул по ее лицу.

- Ну, я готова выслушать ваши предложения, - откликнулась Нэнси, уже почти у самого выхода. Развернулась и посмотрела на азари с беззаботной улыбкой. Что-то во взгляде Дженни напоминало Сильвер: тоже готовая разгореться страсть, только абсолютно иного толка и градуса. Улыбка слетела с её губ, и девушка так и застыла с приоткрытым от удивления ртом.

- Можно поделиться со мной планами на этот вечер и, возможно, вписать туда меня, - мягко предложила Дженни. Не присущая ей, или, может, просто похороненная под столетиями строгих правил игривость теперь как-то прорывалась наружу, и азари это нравилось.

- Я даже не знаю, мэм, - опешила О’Нил от такого предложения: девушка поняла к чему эта азари клонит. - Видите ли, я не свободна.

- Вот как, - Дженни как-то сразу поскучнела и отвернулась обратно к окну. Возиться с отнекивающимся существом решительно расхотелось, а захотелось просто остаться одной. - Можешь идти. Отработаешь в выходной.

- Хорошо, - буркнула Нэнси и вышла из кабинета. “Похотливая синяя тварь!” - ругнулась она в своих мыслях.

Между тем рабочий день продолжился: Нэнси отвечала на звонки, разговаривала с посетителями, даже не запоминая лиц. Она видела только такую близкую и легко доступную дверь кабинета коменданта: все её помыслы были заняты находящими там документами, настоящей “журналисткой золотой жилой”, как говаривал Гор.

Скорый осенний вечер не заставил себя ждать, наступили сумерки, и работники комендатуры засобирались по домам. Нэнси не собиралась, а терпеливо выжидала, когда же она останется наедине с кабинетом Павусс. И вот уже уборщики, собрав с собой накопившийся за день мусор, покинули комендатуру, а Нэнси всё ждала, когда в кабинете Дженни погаснет свет, и азари отчалит домой в свою голубую лагуну. Ждать оставалось недолго: негромкий стук каблуков сапожек по полу, писк панели на замке кабинета и несгибаемая Дженни уже спускается к лифту.

- До завтра, мэм. Приятного вечера! - промурлыкала Нэнси из-за своей стойки.

Дженни кивнула, на ходу роясь в сумочке, и тут же сунула Нэнси в руки датапад.

- Это несколько писем и договора. Проверь и отправь завтра. Доброй ночи, - Дженни холодно улыбнулась и повернулась к дверям лифта.

Девушка пробежала глазами по тексту и, удивленно подняв бровь, взглянула своими зелеными глазами на азари.

- Скатертью дорожка, - проговорила О’Нил, как только двери лифта за азари закрылись.

Девушка небрежно бросила датапад на стойку, и подошла к кофейному автомату. По пути прислушиваясь к звукам: вот лифт спустился на первый этаж, вот двери открылись, и Дженни вышла из него. Нэнси облегченно вздохнула, поставила стаканчик с кофе на стойку, достала ключи от кабинета коменданта, и направилась к нему.

- Ну что, мой друг, вот мы с тобой и остались одни, - девушка мило улыбнулась, и тишина была ей ответом, лишь только электронный замок пискнул, пропуская журналистку в “логово” коменданта. Нэнси, затаив дыхание, посмотрела за дверь - то же самое что и везде: стол, компьютер, софа для посетителей, пара шкафов, и огромные окна. К ним девушка и подошла, а на улице она увидела Дженни, что шла к своей машине.

- Пока-пока, кикимора синяя, - девушка даже помахала рукой азари и отвернулась, осматривая комнату. - Начнём мы, пожалуй, с компьютера.

Новехонький аэрокар стоял в самом углу офисной парковки - самое мрачное место на свете. По крайней мере Дженни казалось именно так: гулкие ее шаги по монолитному полу, эхо и бесконечно ощущение собственного одиночества.

- Ах, шард[1]! - ругнулась она, вдруг вспомнив, что зажигалка так и осталась валяться на ее столе. Возвращаться было очень лень, но ведь… Дженни развернулась на каблуках. - Шард!

Компьютер не оправдал ожиданий журналистки, возможно интересные данные там и были, но всё было запароленно, а пароля Нэнси не знала: значит, можно попробовать узнать, либо раздобыть хорошую программу для взлома. Посидев немного в комендантском кресле, девушка решила не пытать удачу. В ящиках стола тоже ничего интересного не было: несколько пустых или сломанных датападов и сигареты - много сигарет. Нэнси разочарованно вздохнула и решила уже заняться шкафами, но тут услышала звук открывающихся дверей лифта. О’Нил аж подпрыгнула от испуга, а мысли испуганными кроликами пронеслись в голове.

”Кто, как, что?” - Нэнси крутанулась на месте и посмотрела в окно: кар Дженни всё еще стоял на парковке. “Блин горелый, - пронеслась мысль. - Это плохо, очень плохо.”

Прятаться в кабинете смысла не имело, да и где тут спрячешься. Нэнси еще раз осмотрела помещение. Тут ей вспомнился их утренний разговор, и у девушки родилась одна идея. Нэнси успокоилась, обошла стол и вальяжно присела на его краю, напротив входной двери.

Дженни поднялась наверх, створки лифта плавно раскрылись - но рессепшен встретил странной пустотой. Азари прошла к своему кабинету, как-то спокойно отмечая про себя, что её помощницы нигде не было видно. Она оглянулась: на стойке посетителей стояла кружка остывшего кофе, а дверь в кабинет коменданта была приоткрыта.

- Кто?... - Дженни распахнула дверь, а потом уже и рот от удивления. - Нэнси?

- А кого вы ожидали увидеть? - девушка мило улыбнулась и провела кончиками пальцев по своей левой ноге от колена к бедру, не сводя взгляда с азари. - Я знала, что вы вернетесь. Я ждала вас, - томно проговорила Нэнси.

Азари облокотилась о стену и холодно улыбнулась.

- Что ты здесь делаешь? - Дженни сощурилась и запихнула руки поглубже в карманы. Эта девчонка с каждым днем становилась все подозрительнее, и вот, пожалуйста, заместитель коменданта застукала ее в кабинете.

- Решила почувствовать себя главой колонии, - Нэнси встала со стола. И сделала пару шагов к азари. - Пока настоящий комендант отсутствует.

Азари скривила губы хищно и очень нехорошо - никак не могла понять, дура ли О’Нил или просто прикидывается.

- Ты шутишь? - в голосе Дженни прорезались нотки металла. - Думаю, нужно вызвать охрану - наверняка они даже не подозревают, что у нас новый комендант…

И азари неспешно прошлась по кабинету к своему столу - на первый взгляд все на месте, никаких изменений, и даже не сдвинуто ничего ни на миллиметр, только вот зажигалка уютно устроилась под монитором. Забавно, что Дженни помнила, как оставила ее валяться на датападе.

- Комендант на ночь, - ответила девушка, и улыбнулась. - Я тут вспомнила наш недавний разговор, - добавила Нэнси даже несколько смущенным тоном.

- Вот как? - деланно удивилась азари, быстро взглянув на чуть заметно взволнованную девчонку. Ситуация складывалась презабавной и жуть какой интересной - это азари чувствовала отменно. Нэнси темнила и пока что не слишком ловко справлялась со сложившейся головоломкой. Интуиция подсказывала, что О’Нил врет, но в чем именно… - И что же ты вспомнила?

- Я про планы на вечер. Я подумала, что ничего страшного, если мы вместе проведем время, не случится, - девушка медленно подошла к азари, походя проводя кончиками пальцев по столу. О’Нил не знала, что делать, и поэтому старалась гнуть одну линию, а именно - постараться соблазнить азари. При таком исходе, как и благоприятном, так и нет, результаты не очень разнились. Вопрос лишь заключался в том, получится ли. Хотя, впрочем, какое обвинение она ей может предъявить: то, что она без спроса вошла в кабинет?

- Как мило, - тонкие губы Дженни изогнулись неприятной волной - уходили и усталость, и раздражение. Теперь ей хотелось играть и, конечно же, выигрывать. Такого рода кошки-мышки (почти девственно невинные и смешные) жутко разнились от грязи политики, а отвлекаться, как известно, нужно всем. Она щелкнула зажигалкой. - Что ж… и есть предложения?

- В нашем суровом мире времени всегда не хватает, - О’Нил подходила всё ближе, глаза её загадочно поблескивали. - Может, пропустим лирическое вступление и перейдем сразу к делу?
Расстегнув верхние пуговицы на блузке, девушка подошла к азари так близко, что почувствовала запах её парфюма от Кьяран Акана, смешанный с сигаретным дымом.

”Сейчас всё решится, - со странной отрешенность подумала журналистка, - поведется эта синяя вобла на меня или нет, но большего я не смогу предложить. Можно, конечно, было бы огреть её по голове статуэткой и сбежать. Но, бегство - это не план, бежать надо тогда, когда все летит в тартарары. А сейчас это не тартарары. Пусть что-то довольно к ним близкое, но всё же не то...”

И Нэнси затаила дыхание, следя за реакцией Дженни.

Азари хмыкнула - почувствовать страх на самом деле можно почти физически: он окутывает сознание, делает глаза стеклянными, а во рту от него становится горько и сухо. К чести Нэнси, она держалась очень достойно - говорила страстно, дышала чуть сбивчиво и вообще демонстрировала яркий образчик опьяневшей от чувств молодой женщины. Очень похоже.

- Действительно, тратить время незачем, - согласилась Дженни и затянулась. Можно было махнуть на глупую девку рукой, вызвать охрану, а самой ехать в бар и выпить, но уж очень давно не было у этой азари-матриарха никаких веселых развлечений - только работа.
Она облокотилась о панорамное окно, сложив на груди руки и расслабленно улыбаясь. - Раздевайся тогда, что уж…

- Может, лучше там, - девушка указала на комендантский стол, и добавила с легким смешком. - Только представьте, на том столе решается судьба всей этой колонии.

- Дурочка ты, если так действительно думаешь, - хохотнула Дженни и затушила бычок в почти полную пепельницу. По шее Нэнси скользнул луч промелькнувшего за окном аэрокара.

Девушку нельзя было с бить с толку такими глупостями, она ждала, когда Дженни, наконец, докурит, а теперь подошла к ней и страстно, словно изголодавшись, поцеловала, повалив на стол.



Шедар едва занялся над горизонтом, но фонари начали уже гаснуть - пройдет ни много, ни мало минут пятнадцать, и колония заживет своей жизнью. Говорят, тьма сгущается перед рассветом.

Дженни аккуратно приподнялась, тихо сбросив с талии руку Нэнси, хотела было закурить, но передумала. Уж она знала, когда сгущается ее тьма - под утро, в момент бесконечных бессонниц, когда в голове кружит хоровод воспоминаний и определить даже трудно, какое из них ранит больнее. Тьма приходит из ниоткуда, в час одиночества.

Сейчас она была не одинока.

Вещи валялись бесформенными серыми свертками, и разобрать, где тут чей - было сложно. Но Дженни всегда собиралась быстро, особенно, если нужно было опять укрываться от своих внутренних демонов. В последний раз оглянувшись на мирно спящую девушку, азари покинула офис…

Нэнси приподнялась на локте и осмотрела комнату - кругом было тихо, и Дженни она нигде не увидела. Девушка с хитрой улыбкой мягко ступила на пол. Быстро собрав свою одежку, она направилась к компьютерам. Отсоединить жесткие диски было не так сложно. Собрав свою добычу и одевшись, девушка направилась к выходу, но заметила на полу зажигалку Дженни, усыпанную каменьями и от этого жутко безвкусную. Нэнси, воспользовавшись ножницами, выковырнула все камни и сложила их в кучку на столе азари. Туда же поставила стаканчик с кофе, и всё теми же ножницами нацарапала на столе Дженни короткую записку.

“Милейшая Дженни, надеюсь, тебе понравилось, потому что ЭТО больше не повториться. Отгул мне больше не нужен, так как я увольняюсь. В часть зарплаты я прихватила пару сувениров. Прощай и передавай привет Павусс!
Нэнси О’Нил”


_____________________________

1. Шард (азар.) - проклятье.
Volchitsa-Assassin
43 0%
Offline
1121
2015-10-09 в 16:58 # 72
В кабине пилота основным освещением служили многочисленные экраны, бросавшими свет на костюм кварианки..
Перед выходом на новое место, тайный агент Коллегии загрузила все имеющиеся имена, внешние черты, все зацепки по ее делу в инструментрон. Наркотики, работорговля, запрещенная медицина - весь известный набор преступлений. У каждого минимум два. Одно из них - убийство кварианцев.
- Никто не тронет мой народ без последующего наказания, - напоминала она себе, одевая поверх стандартных перчаток собственную разработку, уже попробовавшую кровь. В свете консолей блеснул металл пары перчаток, больше на пару размеров ее собственных рук.
Со стороны смотрелось немного странно - носить в век высоких технологий металлическую броню, совмещающее в себе оружие. Заостренные кончики второй защиты с алмазным напылением резали почти любой материал и были опасны для нее самой. Но Калина не была бы кварианкой, если не оснастила свое грозное оружие втяжными остриями и системой подключения к ИИ костюма.
Провода, идущие из-под самой большой пластины, нашли свои разъемы на костюме, писком извещая о подключении. Теперь ей хватит одной тихой голосовой команды и когти выйдут в боевой режим. Еще раз проверив скачанную информацию, бросила взгляд на приборы. До прибытия на отдаленную колонию оставалось около часа. Еще было время обдумать план действий.
- Мне будет непросто найти преступников. Одинокая кварианка вызовет подозрения. Нужно будет держаться образа исследователя. Обходить магазины техники, не стесняться заходить на свалки, - говорила она себе, включив автопилот и направившись к оружейному шкафчику рядом с каютой, проверить остальное снаряжение.
Два пистолета заняли свое место на бедрах. Винтовку Калина брать не стала - это оружие было слишком заметным. Косой ремень на грудь с подсумками - под любую найденную полезную мелочь. Например для нескольких кредиток. Сколько она тут будет пребывать - неизвестно, а чего-нибудь есть надо. Или подкупать.

В открытом бою у нее не было шансов справиться с угрозой. Но на такой вариант она даже не рассчитывала. Ее недруги скрываются и если и узнают о ней, то попытаются устранить тайно. Как она и планирует. Под видом хрупкой кварианки дать приблизиться к себе и в самый неожиданный момент нанести удар, как правило смертельный.
- Кто бы не встал на моем пути, они подписали себе смертный приговор, убив моих сородичей и...
Агент не нашла в себе силы произнести имя отца, самого близкого ей существа. Месть... главная причина, по которой она взялась за это задание. Другие агенты не пошли бы на такой риск. А она шагнула на этот самоубийственный путь.

Корабль медленно опускался в порт, пока его пилот, капитан и пассажир в одном лице разговаривала с диспетчерской и платила первые кредиты за стоянку. Покинув его, первым делом огляделась. Пост напоминал ей множество других, что она видела ранее. Куча народа, кто прилетел, кто только улетает. Все как обычно.
Но на стояние не было времени, у нее было задание. И первый пункт в нем - изучить место. Уверенным шагом кварианка направилась сначала к карте порта и прилежащих окресностей, потом уже покинула его и направилась к ближайшему магазину техники.
Непросто быть человеком, когда из тебя сделали зверя.
Белое не значит чистое, Черное не значит грязное
Maur
15 20%
Offline
110
2015-10-26 в 12:22 # 73
Эджи, потягивавший в этот момент предусмотрительно налитый виски, поперхнулся. Уж от кого от кого, а от Грин он таких слов услышать не ожидал - такая манера разговора не очень-то подходила живому ангельскому воплощению.
- Кхе-кхе… Кхм...- Сказано это было настолько в лоб, что парень слегка растерялся, - В смысле?!
- В прямом, - Аня не смогла сдержать смешок, - и не делай ты такие глаза - ничего серьезного. Просто произошло то, чего тебе и следовало ожидать - Такуя развел тебя на кредиты. Скажи: “Спасибо”, что гладиусы по крайней мере настоящие - ведь их поручили раздобыть мне, - девушка встала с кресла и шутовски поклонилась.“Еще одна решила поиграться с моим бедным сознанием… Ну и чертовка - как же ее потом за это не любить.” - парень улыбнулся свои мыслям.
- Кхм… Вот как значит. – теперь Эдж задумался - новости едва ли были хорошими, - Забей.
- Что?!, - теперь пришла очередь Грин удивляться
- Ты слышала - у меня совершенно нет времени разбирать с этим торгашом, - стакан опустел и Эдж поставил его на столешницу, - пускай он подавиться своими кредитами.
- Но… но как же Каночка, - лицо девушки побледнело, - Неужели ты…
- Конечно нет, - Эдж успокаивающе поднял руку, - о том, что Такуя меня «нае@#л», я знал еще до твоего прихода - все точки из которых "исходил" сигнал оказались пустышками, - Эджи ухмыльнулся, когда увидел, как вытягивается лицо Ани, - тем более я напал на более четкий след Каны – кажется она крупно влипла.
- Что… как…, - Аня никак не могла понять причину такого спокойствия чистильщика.
- Смотри, - Эджи провел несколько манипуляций с омни и развернул голоэкран, - это записи камер со всего города за последние полгода.
- Я ничего не вижу, - напряженное лицо девушки ясно давало понять, что это действительно так, - толпы людей, но нигде нет Каны.
- Смотри внимательней, - парень замедлил запись.

Пять минут Аня сосредоточено втыкала в голоэкран и вот наконец ее лицо удивленно вытянулось. Эджи улыбнулся – девчонка не дура, просто иногда надо подтолкнуть ее мысли в правильном направлении. Через пару мгновений Грин взяла себя в руки.
- Жук ты все-таки – фраза, ставшая уже притчей во языцех, на автомате вылетела изо рта девушки, - заставил бедную девушку думать. Но я думаю у тебя уже есть какая-то определенная теория.
- Конечно, моя королева, - Эджи развернул следующий экран, на котором был целый ворох непонятных непосвященному диаграмм, - из тех записей, как ты должна была заметить, вырезаны несколько секунд. Это навело меня на мысль, что кто-то что-то хотел скрыть от чужих глаз. Я не мог этого никак доказать, но, - Эджи наставнически поднял палец и слегка нараспев произнес, - “Ищи правду там, где ее никогда не могло быть”.
- Серьезно?!, - Грин недоверчиво взглянула на парня, - ты решил обратиться к Вику? Забыл, как он пытался грохнуть вас с Каной после того как вы вернулись живыми и почти невредимыми с его задания-ловушки?
- Нет, не забыл, - Эдж поморщился – воспоминания были не самыми приятными, - поэтому и решил подстраховаться – той инфы, что мы тогда нарыли на него, хватило бы чтоб засадить его и несколько десятков высокопоставленных хмырей из Альянса. К моему сожалению компромат остался только на Вика – Кана сказала у нее есть знакомые, которым эти хмыри серьезно попортили жизнь – ну и… как ты думаешь откуда у нас с ней квартиры на Иллиуме и Цитадели?
- Все с вами ясно спекулянты, - глаза Грин сияли легкой завистью, - но хватит выпендриваться, давай дальше.
- Так вот, вчера днем Вик прислал мне списки всех прибывших и отбывших с Хейлоса и как ты думаешь, что я нашел, - голоэкран сфокусировал нужную схему и выделил одну единственную строчку - Джил Тен’ран.
- Имя матери Каны… - приглушено пробормотала Аня. Сомнений не осталось - Кана прибыла на Хейлос.
- Вижу ты много знаешь, - Эдж развернул следующее “окно”, - судя по всему она прибыла в колонию за неделю до своего сообщения... Погоди минутку.

Экраны появлялись и исчезали. Мелькали схемы и диаграммы, записи с камер и, похоже, фото со слабо-защищенных омни. Грин была в легком ступоре - нарыть столько за пару дней, даже с помощью Вика, казалось ей нереальным. Возможно, она даже бы и не поверила, не будь это Эджи - нейроинтерфейс, который был ему вживлен еще в детстве и позже усовершенствован, обрабатывал данные с огромной скоростью. Девушка сфокусировала взгляд - по лицу чистильщика, скатывались редкие капельки пота, и она было уже хотела его остановить, но похоже он знал свой предел и не собирался терзать свое тело и мозг. “Ради Неё он бы и жизни не пожалел… А я? Я… , - чувство, начавшее съедать ее изнутри, внезапно отступило - на его место пришла твердая уверенность, - Точно. Ради него… Я готова сделать все ради него!”.

- Ээээй, - чистильщик бережно потряс Грин за плечо, - просыпайся красавица - принц уже здесь.
Аня открыла глаза и потянулась. Оглянувшись вокруг она поняла, что находится в гостевой комнате. Похоже пока Эджи работал (и работал он судя по всему не “минутку”), она задремала и он перенес ее сюда. Судя по всему уже было утро - лучик солнца, пробившийся сквозь жалюзи, приятно согревал кожу. Потянувшись еще раз Грин одним слитным кошачьим движением спрыгнула с кровати. Спустя "пять" минут она снова сидела в гостиной и сверлила нетерпеливым взглядом чистильщика.
- Давай рассказывай! - не вытерпела Грин, - я ж вижу по твоей хитрой морде, что ты что-то нашел.
- А ты во мне сомневалась? - Эджи лучился самодовольством.
- Жень!!!
- Хорошо-хорошо, - лицо парня растянулось в улыбке, - но думаю сперва нам стоит прогуляться.
TRICK OR THREAT
Mramont
23 0%
Offline
318
2015-10-27 в 20:16 # 74
Перед взором Райта покачивалась одна краснота. Тупая, давящая боль и полопавшиеся сосуды в глазах окрашивали все мутно красным оттенком, сквозь который виднелась громадная лужа его собственной крови уже начавшей загустевать. Подошедший неизвестный, один из пяти, ткнул его ножом в спину, заставив покачнуться, потом рванул им вниз, в который раз разрывая мышцы спины агента. Эндрю уже почти притерпелся к боли, так что теперь каждый удар или издевательство вызывало лишь естественное дерганье, если палачи задевали нервные узлы. Сколько он так висит уже головой вниз? Сутки? Неделю? Полторы? Полторы чего?...
- Однако… интересно, что же у тебя такое внутри? – Произнес турианский голос, и перед глазами человека появились его сапоги. – Мы тебя всего изрезали, крови натекло на троих, а ты все ещё живой. Крепкий, уважаю.
Другой голос хохотнул:
- Вот расколется, тогда и дадим тебе его рассмотреть док! А пока, давай-ка вытащим ему второй глазик!
- Да нафига? – Возмутился третий. – А как мы тогда узнаем, если ему будет нужно показать конкретное место?
- Ниче, по памяти определит. А мы простимулируем… Ибо даже усиленных средств на этого парня явно не хватает.
Судя по тонам голосов, этот диалог был для них привычным спором, как обычно спорят старые знакомые. В этот момент запахло паленым мясом, и Райт понял, что от него отрезают очередной кусок мяса, судя по тупой, отдалившейся боли, откуда-то с левой ноги. Перед ним присел человек в маске, и Эндрю прикрыл глаза, готовясь к очередной боли.
- Ээээй…. Красавицааа… - Протянул голос, схватив его за волосы и грубо дернув голову вверх. – Пора вставааать… Открывай глаза, или я сам их тебе открою…
А потом произошло то, от чего вздрогнул сам федерал, заставив турианца, возившегося с ногой удивленно покоситься. Человек с трудом, но открыл глаза. Оба. Палач несколько секунд удивленно таращился на это, потом тоже вздрогнул и отскочил с воплем:
- БЛЯ!!!! КАКОГО ХУЯ, МАТЬ ВАШУ?!!!
- Что такое?
- Испугался собственно работы? – Рассмеялся кто-то. – Неужели настолько страшно?
- Да пошли вы придурки! Это твоя шутка Че… Четыре?! Это ты запихнул ему в глазницу сраный имплант?!
- Чего?! Да пошел ты! Не я это, вон пусть тройка отвечает, он у нас самый главный шутник!
- Не-не-не! Не гоните, ничего я не делал! Да что там вообще такое?
Его снова болезненно рванули за волосы и приподняли.
- Глядите-ка, и вправду… Так, а ну колитесь, чья шутка?
- Не я.
- И не я.
- Не фиг на меня смотреть!
- Первый?
- У тебя мозгов совсем нет?
Несколько секунд они молчали, переваривая информацию.
- Пятак, не ты же? Если так, то отличная у тебя комедия получилась.
- Пошли вы!
- Но не сам же он вырос?
- Именно что сам.
Новый голос: низкий и чистый, расколол помещение. Палачи дернулись и начали разворачиваться на источник, но делали это слишком медленно. В следующую секунду раздался влажный хруст разрываемой плоти, а потом дикий, раздирающий уши крик. Спустя мгновение в висящего федерала врезался один из палачей, подброшенный со страшной силой. Покачнувшись на цепи, Райт почувствовал, как его желудок запросился наружу, а свалившийся под него турианец, судорожно пополз куда-то в сторону. Потом раздался звук выстрела – всего одного, а вслед за ним удар и ещё один вопль, резко оборвавшийся характерным хрустом ломающейся шеи. Тихий свист и едва ощутимое дуновение ветра – всхлип и бухнувшееся на колени, потом на живот, тело. Последний попытался ударить неизвестного, но очередной полет окончился во все той же луже крови. Маска слетела с него, это был батарианец, он попытался поползти, но кто схватил его за ногу и дернул назад. Потом в поле зрения возник тяжелый бок турианского экзоскелета средней категории, и бронированный сапог размозжил голову палача. Финалом этого все стала звенящая тишина, которая начала сразу засасывать Эндрю. Но ему не дали провалиться в спасительное забвение. Хрустнул механизм, и он полетел вниз, больно ударившись об пол. Черт, агент никогда не думал, что вот так обрадуется обычному удару… Неизвестный несколькими движениями освободил его от цепей и перевернул на спину.
- Жив?
Изуродованные «хирургическими» инструментами губы и рот слушались с трудом, и турианцу пришлось переспросить:
- Живой?
- Да, - едва слышно просипел человек, потом чуть громче выдавил, - да!
- Хорошо. Приходи в себя. Срочно.
Райт едва почувствовал уколы, но когда через пять минут он начал постепенно возвращать контроль над изломанным телом, то понял, что его явно накачали мощной комбинацией стимуляторов. Рука невольно коснулась груди, Эндрю почувствовал густую вязкость и, подавляя липкий страх, поднес руку почти вплотную к глазам. К его огромному облегчению, это оказалась лишь его кровь, в которой он измазался, когда упал. Попытавшись пошевелить челюстью, он почувствовал кровь и на лице, и в бороде и, похоже, в волосах. Федерал с трудом сел, приложив руку к груди. Он чувствовал, как внутри него шевелится паразит, причиняя боль, но и восстанавливая его. Только благодаря ему он пережил это и сумел не расколоться. Рука невольно потянулось к лицу и коснулась восстановившегося глаза. Сколько же прошло времени? Его обкачивали какой-то химией, и он потерял чувство реальности. Тяжело вдохнув, он попытался сесть, но стоило ему немного приподняться, как человек закашлялся, и его вырвало кровью, вперемешку с черной слизью. Откинувшись назад, Райт с трудом перекатился в сторону от расползающейся лужицы биоматериала и повторил попытку сесть, на этот раз удачно. Вся комната шаталась, едва ли не танцуя. Лишь через четверть часа агент сумел сфокусировать зрение и разглядеть своего спасителя, который методично проверял все что мог, и подготавливал к уничтожению. Райт закашлялся и сплюнув на пол очередную партию крови, прохрипел:
- Здравствуйте… Шеф.
Это был он. Его настоящий начальник. Спектр, детектив и одна из самых главных мразей в галактике, которая преследовала только свои цели. Пускай у него и были свои принципы, но вот методы… Турианец подошел к человеку.
- Можешь встать?
- Сейчас…
Райт с трудом поднялся, его повело и если бы не турианец в экзоскелете, то он бы упал обратно на пол. Выведя его из комнаты, спектр оставил его опираться на стену. Где то позади раздался треск, потом резко запахло дымом от химического топлива. Эндрю почувствовал, что проваливается, реальность покачнулась и полетела прочь от него как экран, который начал заваливаться от него и назад. Человек судорожно попытался ухватиться за стену, но она была лишь чуть шершавой и руки скользили по ней, сдирая едва зажившую корочку на ранениях. Он медленно полетел вниз…

Зверь вздрогнул всем телом. Зрачки резко расширились, крылья носа затрепетали, втягивая запахи. Он был слаб, очень слаб. Его били и истязали, что-то от него хотели. Неважно. Нужна пища. Много. Нужно залечь, зализать раны. Зверь был уже готов сделать первый шаг, когда на левое плечо легла тяжелая металлическая ладонь. Он рванулся, стремясь развернуться и ударить правой рукой, но неизвестный турианец в черной броне легко перехватил его руку.
- Успокойся.
Зверь рванулся, но ослабленное тело плохо его слушалось, и противник стремительно схватил его за горло. Приподняв над полом, он с силой ударил его о стену.
- Слушай. Меня. – Спокойный низкий голос, от которого по спине побежали противные мурашки.
- Вспоминай. Ты – Джеймс Хартман. Старший лейтенант Альянса, группа Минотавр. Подопытный проекта МК-Х Ультра. Рейдер Колдун. Ты – Джон Хартман. Вспоминай. Профессор Лейта. Доктор Черае.
Зверь рванулся, чувствуя, как теряет контроль. Что-то проснулось у него в голове, рывками подавляя инстинкты…
- Я… тут… Шеф. – Прохрипел Хартман.
Турианец отпустил его, и дал согнуться в очередном приступе кашля.
- Вспомнил?
- Да. – Джеймс-Эндрю с трудом кивнул.
- Пошли, тебе нужна помощь.
- Нельзя… фаза… пиковая.
- Я знаю. Доктор Черае здесь. Едем к нему.
Человек мог лишь кивнуть. Да и этого не требовалось. Спектр просто ставил в его известность и не более того. Его слова не обсуждались, если он этого не хотел. А сейчас он этого не хотел. Агент давно научился понимать своё «начальство».

Свет со страшной силой ударил Эндрю по глазам… Но он не Эндрю… Он Джеймс. Но Джеймс мертв, умер тогда же когда он остался один… Мысли в голове человека путались со страшной силой. Кто он? Подопытный проекта, имя – 45.06.223. Нннеет!! Он Колдун, он свободный! Независимый ре… рей… ре… Нет… нет, нет, нет… Он… он… кто же он?...

Чья-то сильная рука, направила его, федерал врезался во что-то металлическое, раздался щелчок, с которым открывается дверь кара, и его подтолкнули. Слепо шаря руками, рейдер нащупал ткань сиденья, ударившись ногой, а потом и головой, он сумел забраться на длинное, широкое сиденье, скорей всего заднего ряда. Эндрю сел, слепо щурясь, и водя руками. Снова звук двери, на этот раз, кажется, со стороны водителя. Потом она закрылась, и тишина снова смягчила боль, отрезав уличный шум. На приборной панели, кажется, стояла какая-то фигурка, Хартман не мог рассмотреть её сквозь решетку… Решетку? Руки потянулись вперед, и наткнулись на металлические ячейки. Точно, решетка… Это полицейский кар? Его везут в полицию? Но звук двигателя не похож на полицейские машины этой планеты? А на какой он планете? Райт сморщился, пытаясь вспомнить, где он, но мозг мог лишь рассматривать фигурку, которая покачивалась на поворотах. Кажется, это кроган… У него тоже был когда-то кроган. На приборной панели, а не… Точно такая же… А где она у него была? Джеймс тупо посмотрел вниз? У него была машина? Не… нахрена машина там, где лазят рейдеры? Его размышления прервал властный голос:
- Ляг и поспи. Постарайся расслабиться.
Человек тупо послушался. Ему ничего не хотелось. Он уже привык к боли. Не страшно, если ещё и голова откажет… Только бы его оставили в покое.

Свет. Яркий, но мягкий. Кажется, специальная лампа. Такие бывают в больницах, что бы не раздражать пациентов с чувствительными глазами. Откуда он это знает? Над ним склонился саларианец. Он был сух, крепок и один его глаз заменял имплант, который явно имел несколько функций, помимо обычного восстановления зрения. Откуда он и это знает? Тихие голоса?
- Все серьезно?
- Да. Но по чисто медицинским причинам. Симбионт крайне ослаб, когда поддерживал его в жизнеспособном состоянии и трезвом уме.
- То есть, есть вероятность…
- Нет. Его нельзя удалять. Это убьет Хартмана.
- Понятно. А сам он?
- Крайняя степень истощения. Физического, морального и психологического. Судя по твоему описанию, он должен был быть уже мертв, когда ты его нашел. Я не удивлюсь, если Джеймс уже «умер», психологически.
- Как тогда?
- Нет. Здесь другое. Он подготовленный боец. Полагаю, его учили, что нужно скорее умереть, нежели раскрыть рот. Думаю, после всего этого он мог «убить» себя сам. Попытаться забить как можно глубже, а то и уничтожить свою личность.
- Это возможно?
- Да. Но сейчас невозможно сказать точно. Необходимо время. Хотя бы сутки, что бы подействовала вся группа лекарств.
- Действуй.
Над ним склонилась темная фигура. Сквозь мутное очертание внезапно четко проступило лицо. Это было немного узкое, темно-серое, с резко очерченными линиями лицо турианца. Он мной недоволен. Он недоволен, что я так глупо попался на дамбе. И он хочет, что бы я немедленно возвращался. А это он откуда знает?! Он что, мысли читать умеет?! В этот момент звуки стали глуше, все очертания расплылись и он провалился в небытие.

Райт очнулся рывком. Тело бешено зудело: лицо, ноги, руки, даже пониже пояса. Эндрю дернулся и почувствовал, что его закрепили на постели. Вместе с этим внезапно пришли и не самые приятные ощущения – Ноги прострелило болью, горло, казалось, за одно мгновение пересохло, губы присохли к чему-то, а пониже пояса, кажется, стоял катетер… Человек снова пошевелился и попытался разлепить губы.
- Спокойно. Сейчас.
Голос был знакомый. Подошедший саларианец осторожно сказал:
- Расслабься и по команде выдохни. И… начали.
Из горла федерала, обдирая его как песком, вынули трубку.
- Теперь, как скажу, не дыши. Сейчас.
И снова то же самое. Наконец Райт смог судорожно вдохнуть. Ребра отдали адской болью, и он закашлялся, перемешивая кашель со смехом. Он жив. Он, черт побери, выжил. Чудом, лишь по прихоти его начальника, которому он зачем-то ещё нужен… Судьба в очередной раз поманила его окончанием всего этого, вечным покоем, ради которого снова потребовала высокую цену, а потом опять решила расторгнуть сделку…
- Спокойно, спокойно. Просто дыши.
И он дышал. Солдат, подопытный кролик, мародер и бандит на службе закона, просто дышал, пока Черае освобождал его от пут.
Честно говоря, Эндрю ожидал, что будет гораздо хуже. Но нет. Он даже сумел самостоятельно сесть. Врач методично и внимательно осмотрел его.
- Ну что же, большинство ранений ещё не затянулись, но выглядят гораздо лучше. Какие бы проблемы не доставлял тебе этот симбионт, он активно восстанавливает твое тело – своего носителя. Посему можно сказать… Что? - Саларианец наклонился к его рту. - Что-что?
- Пить… - чуть слышно просипел Райт.
- Погоди.
Врач провел ещё несколько процедур, дабы убедиться, что внутренние органы тоже почти восстановились и банальная вода уже не убьет его пациента. Только после этого, он принес с кухни графин с водой и налил человеку стакан. Эндрю выпил его и почувствовал приступ боли – симбионт жадно хватался за любой источник необходимого, тоже стремясь восстановиться. Схватив графин, Райт кашляя, вздрагивая и отхаркивая, когда вода попадала не туда, судорожно пил, проливая воду на себя и постель.
- Тише, тише. Все в порядке, Хартман. Ты выбрался. Нда, видимо обезвоживание у тебя сильнее, чем я думал. Давай-ка отведем тебя в душ.
Опираясь на доктора, агент неуверенно шагал, чувствуя себя степной былинкой на ветру. Наконец он со стоном уселся на теплый кафель и Черае включил воду. После чего подтянул к себе стул из коридора и уселся рядом, наблюдая за тем, как человек вздрагивает из-за потоков воды и жадно ловит струи ртом. Райт не ощущал такого очень давно… Пожалуй с того самого дня, когда вот так же очнулся на койке того же самого врача. Когда сумел вернуться из дикого кошмара, длившего несколько лет…

Спустя шесть часов, в течении которых врач регулярно заставлял вылезать его из под воды и обсыхать, дабы избежать серьезных последствий, они сумели насытить симбионта и организм Эндрю водой. После этого, федерал почувствовал себя на порядок лучше. Он даже сумел самостоятельно встать и посмотреться в зеркало. Да… Все его лицо было покрыто разнокалиберной сеткой красно-мясистых тонких шрамов. Но если верить доку, то даже от них следа не останется – симбионту просто нужны ресурсы для восстановления, то есть еда. Человек провел пальцем по зубам – он помнил, что ему их рвали в той комнате, осторожно коснулся глаза – вот что, пожалуй, его действительно очень пугало, так это глаз. Восстановить такой орган… Он и раньше знал, что симбионт может позволить ему такое, но пережить это в действительности… По словам дока, именно на глаз симбионт потратил большую часть своих сил, так как в остальном он просто сращивал ткани и кости. Ещё саларианцу пришлось заново «сломать» несколько костей, что бы срастить их заново. Выйдя из ванной, Райт принялся медленно одеваться. Все казалось… несколько нереальным. Может быть, это так действовали лекарства, которые до сих пор давал ему Черае, а может его сознание ещё не до конца приняло тот факт, что он выжил. Ведь ещё «вчера» он висел вниз головой, чувствуя, как по нему стекает его собственная кровь…

Эндрю осторожно вышел в гостиную, а оттуда на балкон. Что за… Он схватился за перила, чтобы не упасть. Они… они находятся в верхнем городе? Да ещё в одной из высоток? Как… откуда…
- Это одна из конспиративных квартир. Её купили задолго до того, как она понадобилась.
Федерал ошеломленно кивнул на автомате, ему ещё не верилось, что он оказался здесь. Честно говоря, этого он ожидал меньше всего. Аккуратный частный дом в среднем секторе, или хорошо оборудованная и тщательно замаскированная хибара в нижнем… Но здесь? Хех, сюда бы его даже на порог не пустили… Мотнув головой, Райт вернулся к насущному.
- Шеф?...
- Велел сказать тебе, что бы ты работал. У тебя есть знакомая, Кларисса Ривес, правильно? Вот пусть она тебя и введет в курс дела.
Shelest
108 0%
Offline
5782
2015-10-31 в 22:59 # 75
Совместно с Mramont

Райт, морщась, передвигался по комнате, раскладывая и перечитывая датпады с информацией. Он проверял последние полицейские сводки, надеясь понять, что он мог упустить за эти дни. Нужно было срочно возвращаться. Его не раскололи, но те, кто стоял за похитителями, не теряли времени гарантированно. Как ни неприятно (с профессиональной точки) это было признавать, ему нужна была Кларисса, которая все это время держала руку на пульсе. С другой стороны, Эндрю, кажется, даже волновался, как она отреагирует на его внешность. Странно… Неужели?... А, впрочем, сейчас не до этого. Федерал снова поморщился и встал. Прихрамывая, он вышел на балкон. Если его расчёты верны, то детектив должна подъезжать к району, в котором расположено здание. Пришлось немного слукавить, и дать следок, мол, некий «аноним» располагает информацией о серийном маньяке и не хочет светиться, и тем более, попасть в новости. Человек поморщился, когда в груди снова немного закололо: неужели опять симбионт? Да вроде бы нет. Не такая боль…

Кларисса почему-то нервничала, сама не понимала из-за чего. Возможно из-за того, что наконец то в ее делах появилась действительно нужная ниточка, за которую она могла потянуть и распутать этот чертов клубок. А возможно, что этот звонок от анонима был ловушкой и сейчас она шла прямо в нее, как бабочка на свет, которая в итоге попадала в паутину. Можно было осторожно все прощупать, приглядеться, но она слепо летела.

Встреча была назначена в одной из высоток, которые стояли на берегу озера Арахлей и отражались в водной глади словно серые монолиты. Консьерж без лишних вопросов пустил Клару в холл, когда она помотала перед его носом полицейским значком. И вот, поднявшись наверх, она очутилась перед дверью нужной квартиры. Нажала на интерактивную панель. Рука инстинктивно легла на рукоять пистолета, спрятанного под пазухой и прикрытого курткой.

Прихрамывая, Райт направился к двери, когда раздался звонок, на ходу дожевывая бутерброд с мясом. Левая нога болезненно ныла и не хотела сгибаться - симбионт восстанавливал пострадавшие мышцы. Когда он открыл дверь, на лице Ривес отобразилась, кажется, целая гамма чувств. Впрочем, сказать точно каких, Эндрю не брался, он сейчас был не в лучшей форме, и умственной тоже. Сам же он почувствовал некую... опору что ли? Все-таки есть плюсы, когда работаешь не один. Он сдвинулся в бок и, улыбнувшись уголками губ, пробурчал через сэндвич:
- Заходи.

Кларисса машинально шагнула через порог. Она набрала в легкие воздух, но ее рот лишь слегка приоткрылся. Женщина не могла вымолвить ни слова. Просто опешила. Так, значит, это было обманкой и никакого информатора – очень плохо и обидно. Это не ловушка - уже хорошо. Всего лишь способ связаться и встретится. Вот уж кого она не ожидала увидеть… До этого не было никаких весточек, а лишь мертвая тишина. У нее даже начало закрадывается подозрение, что она делала все зря, при этом очень сильно рискуя. Тем более это странное чувство… Кажется она действительно волновалась, что с этим человеком могло что-то случится. Клара нахмурилась.

- Эндрю. Вот скажи мне… - детектив начала тихо, втягивая воздух через нос, - какого хрена?! – она чуть ли не зарычала. - Ты куда-то пропал. Ни слуху, ни духу. Ничего!
- Да, извини. Все это время я висел под потолком, а меня разделывали как свиную тушу. – Поморщившись, агент захромал обратно в центр гостиной, на ходу взяв новый бутерброд и бутылку воды. – Я вляпался, если серьезно. Есть хочешь?
Гнев женщины тут же улетучился, словно его и не было. Она оглядела агента с ног до головы. И как не заметила сразу? На лице детектива отразилось сожаление. Ей стало стыдно за то, что она на него накричала.
- А… Нет. Не хочу… Спасибо, - чуть слышно произнесла Клара и побрела вслед за мужчиной. – Что… Что случилось? – обеспокоено спросила она, слегка коснувшись его плеча, словно извиняясь.
Райт пожал плечами.
- Попался как лох. Вот и все. – Он уселся на диван, сметя часть датпадов, и устроил больную ногу поудобнее. – Помнишь, я сказала, что у меня есть ещё зацепки?
В этот момент из соседней комнаты вышел Черае. Вежливо кивнув Клариссе, он сказал, обернувшись к федералу:
- Мне необходимо осмотреть тебя и снять показания. Пройдем в другую комнату?
Эндрю пожал плечами, взглядом переадресовав вопрос Ривес. Ему в целом, было все равно, и если ей это тоже не помешает, то он не видел причин прерывать их разговор.
Кларисса перевела взгляд на саларианца, затем вновь на Райта. Слегка помотала головой:
- Если хотите, - ответила она, дав понять, что не против. Тем более, ей хотелось узнать, что скажет док.
Неловко встав, Райт стянул с себя рубашку и штаны, оставшись в борцовках. Доктор уложил его на диван и принялся осматривать шрам за шрамом, особо уделив внимание его ноге. Одновременно с этим он повесил на человека несколько дистанционных датчиков и включил запись. Заметив, что девушка до сих пор стоит на ногах, саларианец указал ей на кресло, заваленное всякой всячиной:
- Просто сбрось с него все.
Детектив молча подчинилась, скинув какую-то мишуру с кресла, осторожно опустилась в него. Пару минут она следила за работой врача. Беспокойство и сожаление так и не покинуло ее лица.
- Ты… говорил про зацепку. Я помню. Как… это случилось?
- Я отправился к дамбе…

Оставив автомобиль в одной из рощ, чтобы его не нашли, Райт достал из кузова свой дробовик – Эспадон, бронежилет и прочее снаряжение. В дополнение к этому всему он надел фильтрующую полумаску и очки. Черт его знает, кого он может встретить, поэтому пусть уж лучше его не опознают. Ему предстояло обыскать немаленькое пространство вокруг этой дамбы и озера. Единственное, что вселяло надежду – так это то, что Днор обозначил небольшую территорию на той стороне озера, и можно было начать с чего-то конкретного. Как оказалось, обыск можно было отменить. Тщательно прочесав кусты, федерал обнаружил замаскированный люк, под которым были ступени вниз. Стоило ему начать спускаться, как Эндрю сразу понял, что он здесь далеко не первый посетитель – не было ровного слоя пыли, как будто кто-то его регулярно взбаламучивает. Ступая бесшумно, федерал осторожно двинулся по коридору, в котором было слышно лишь мерное капанье. Он проверял помещение за помещением, когда интуиция внезапно подала знак. Крыска в его голове медленно водила носом тщась что-то почуять… Агент присел на корточки и, проверив окружающую среду, осторожно стянул маску. Ничего. Но он – опытный рейдер, знал, что в таких ситуациях не нужно спешить. Он просидел так целых полчаса, прежде чем, наконец, начал различать запахи. Подгоревшая изоляция, механическое масло, спертый воздух… Тут есть что-то рабочее. Какой-то механизм. Ну что же посмотрим. Райт продолжил свой спуск. Искомое обнаружилось на одном из нижних уровней это неизвестного объекта. Забросив оружие за спину, он принялся за взлом запертой двери. Пришлось попотеть и потратить на замок целый час, но скорей всего за этой дверью были ответы, а даже если и нет, то ему было нужно убедиться в этом. Вжавшись в стену, справа от двери, федерал распахнул её и затаился. Ничего. Он осторожно выглянул: вперед уходил тускло освещенный коридор, в его стенах были двери в другие помещения. С оружием наизготовку, Райт принялся осматривать их один за другим. Это была небольшая лаборатория. Логично – если что не так, взрывай заряды наверху и вода сметет все следы. Другой вопрос, чем здесь занимались? С одной стороны, если предполагалось затопление, то возможно, ничем серьезным, с другой, затопление могло быть просто вариантом ликвидации лаборатории, когда она уже закончила свою работу. Выяснять это Эндрю не хотелось… Он осторожно вошел в очередное помещение: похоже, это было что-то вроде компьютерного центра лаборатории. Вроде бы все тихо, лаборатория пустует, возможно, её вывезли, когда узнали, что он прибывает сюда. Но тогда почему его не отпускает ощущение, что он тут не один? Убедившись, что прямой угрозы нет, человек снова убрал оружие и попробовал оживить компьютеры. Открылся интерфейс, Эндрю попытался открыть один файл, но вместо этого на экране неожиданно начало проигрываться видео-сообщение.

- Я не знаю, кто вы и как сюда попали. Я лишь молюсь, что вы услышите это и останетесь живы. Я… меня зовут… Но это неважно. Важно, что я сделала. Когда я покинула Флот и увидела, как живут другие расы, я разозлилась. Я хотела вернуть нам наш политический вес. Что бы с нами считались. И самый быстрый путь для этого – оружие. Я столкнулась с теми, кто… кто… Они согласились помочь мне. Их требованием было то, что я предоставлю им это оружие, якобы, чтобы сбалансировать возможные выступления со стороны моей расы. Я согласилась: мне показалось это разумным… Я работала с ними, тайно конечно, но потом… Потом они не сдержали слово. Они использовали мои разработки для… для… - Кварианка на экране всхлипнула и тихо заплакала. – Кила, я создала такое… позволила им создать такое оружие… Я предательница… Это оружие… оно может уничтожить нас… Всех нас… Весь флот. – Девушка на экране с силой сжала стол руками. – Я должна его уничтожить. И уничтожить всех, кто про это оружие знает. Даже если это будет стоить мне жизни. Я отправлю это сообщение на все терминалы, с которыми работала и спрячу его. Если вы слышите это, убирайтесь скорее! И пожалуйста, если вы можете, расскажите об этом Флоту. Если нет – то бегите как можно дальше! Эти люди… они найдут вас и убьют. Ки…

Райт рухнул на пол, а экран разнесла очередь из оружия с глушителем. Вскинув дробовик, человек выстрелил в ответ из лежачего положения.
Мощный, точный и с приличным десятизарядным магазином, если стрелять быстро и не давать оружию охладиться. Проблема только в том, что он стреляет не дробью, а жаканом или другими «пулевыми» патронами. Выстрелив трижды, человек услышал, как за порогом рухнуло тело, и он ужом скользнул к стене возле двери. Спасибо тебе, крыска-интуиция! Если бы не её отчаянный «вопль-писк» лежать бы ему сейчас с простреленной головой. Замерев, агент прислушался. Потом вскинул дробовик и пять раз выстрелил в стену у следующей двери. По мощности выстрела и пробивной способности Эспадон можно было сравнить с лучшими моделями крупнокалиберных снайперских винтовок, вроде «Вдовы». Конечно, их дистанцию дробовик даже близко не покрывал, но вот в ближнем бою он показывал себя превосходно. В проеме двери показался маленький ручеек голубоватой крови - азари? Возможно. Эндрю аккуратно выглянул и бегло осмотрел тело противника, которого убил первым: а это у нас либо человек, либо батарианец, из-за маски не видно. Видимо смешанная группа. Агент снял с пояса две гранаты – светошумовую и осколочную. После второго взрыва, он вырвался в коридор и с ходу швырнул дымовую гранату в сторону выхода. Добив лежащих на земле врагов, количеством четыре штуки, федерал рванулся в облако дыма, на ходу ведя огонь. Когда он почти преодолел задымление, перед глазами полыхнуло фиолетовым, а в грудь ударили с такой силой, что наверняка сломали несколько ребер. Райт пролетел обратно весь путь, что продела ногами и болезненно приземлился на спину. Стоило ему попытаться вскочить, как его с силой ударило о потолок, разбив им плафон с лампами. Коснуться пола ему тоже не позволили, отправив в новый полет в конец коридора. На этот раз это было не далеко, но от этого не менее болезненно. Внезапно, давление ослабло, и человек попытался нашарить свой дробовик - не получилось. Тогда он взялся за пистолет и хотел было резко развернувшись выстрелить из положения сидя, но в этот момент очередной поток биотики пригвоздил его к углу. Нападавший не ослаблял давления и спокойно продолжал подходить к своей цели. Эндрю с трудом сумел раскрыть глаза, которые слезились, как будто он смотрел против сильного ветра. Когда враг подошел вплотную, то наклонился, чтобы посмотреть в лицо федерала. Райт знал, что он так сделает. Он просто хотел убедиться, что то, что сказал ему сегодня Луо правда. Что он сам не ошибся, когда вспомнил, кого описал мелкий барыга. И он не ошибся.


- ...В итоге, этот нападавший меня вырубил. Я так и не смог рассмотреть его или хоть как-то опознать. Потом я пришел в себя уже подвешенный под потолок.
Кларисса опустила голову и коснулась ладонью лба, разминая виски подушечками пальцев и переваривая услышанное. В груди почему-то защемило.
- Ты знал, что это будет очень опасно? – говорила она тихо и сдавленно. Затем подняла взгляд, уставившись прямо на Райта. Казалось, ее глаза блестели в слабом свете. – Почему ты пошел один? Вслепую. Хотя бы оставил предупреждение. Или… Кто тебя вытащил?
- Я.

Эндрю лишь перевел взгляд в направлении, откуда раздался голос, а вот девушка чуть не подпрыгнула. Оно и понятно: голос был низким, чистым и глубоким. А ещё в нем было столько силы и власти, что казалось, таким голосом может говорить сама Бездна. Шеф умел пугать людей и давить на них, добиваясь своего даже без применения физической силы. На этот раз турианец был в темной мешковатой одежде, которая затрудняла определение его телесных параметров, и глубоком капюшоне. Пройдя мимо них, он остановился неподалеку от балкона. Райт негромко кашлянул:
- Детектив Ривес, это…
- Его настоящий начальник. – Турианец говорил, чуть повернув голову, но его было прекрасно слышно. – Этого пока достаточно детективу. Без обид.
Клариссе понадобилось с пол минуты, чтобы вернуть самообладание. Новое «лицо», так неожиданно появившееся в комнате, заставило ее напрячься. Присутствие турианца словно сдавливало атмосферу... Так. Она слышала кое-что об Агентах Федеральной Службы Совета. Значит этот гуманоид… Но что он здесь сделает, на Хейлосе? Значит, федерал не соврал, говоря, что все очень серьезно. Женщина покосилась на Эндрю.
- Никаких обид, - ровно ответила она, нацепив на лицо свою привычную маску спокойствия.
- Хорошо. Тогда я полагаю, вы не будете злиться, что я разнес вашу квартиру. Там вас ждали шестеро наемников, видимо, с той же целью: захватить и допросить. Мне удалось ликвидировать всех, но я нашумел. Я не оставил следов, но буду благодарен, если вы урезоните своих коллег, если они вдруг по каким-либо… причинам, заинтересуются им. Понятно?
Турианец не спрашивал… Он констатировал. Райт понимал, что Кларе может не понравится такое обращение, к которому он попросту привык.
- Он прав, – негромко добавил федерал. – Мы оба взяты на мушку, и, если кто-то ещё сунется в это, он тоже окажется на линии огня.

Женщине захотелось встать и уйти. Молча. Теперь ей еще и нельзя возвращаться домой. Да и осталось ли что-нибудь от ее маленькой уютной квартирки? Она стиснула одну из рук в кулак. Ногти больно впились в ладонь. При этом выражение лица Клары не изменилось. Не слишком ли много событий для одной недели? Еще ее привел в ужас тот факт, что ее ждали. У нее дома. Значит, она тоже где-то облажалась. Только повезло, что у нее нет привычки каждый день возвращаться домой. И во что же ты влезла, девочка? Впрочем, она прекрасно понимала, во что.

- Не волнуйтесь. Я найду, что сказать своим коллегам. Никто не будет задавать лишних и неудобных вопросов… - Она исподлобья взглянула на турианца. – И никто не пострадает.
В этот момент доктор закончил с осмотром и позволил Эндрю встать и натянуть верхнюю одежду.
- Ривес, поверь, это лучший вариант из возможных. Те, кто меня брал и те, кто пытал, были профессионалами, и тебе точно не захотелось бы оказаться в их руках. То, что я выжил – чудо.
Отчасти ему хотелось сказать: «я же предупреждал», но Райт понимал, что это сейчас лишь добьет девушку. Он подошел к ней и положил руку на плечо.
- Мы поможем тебе с жильем. Подберем приличную тихую квартирку. Так ведь?
Турианец все так же, не оборачиваясь, кивнул. Потом снова заговорил и опять тоном, который не терпит обсуждений.
- Я покину эту планету. Вам нужно будет найти тех, кто направлял этих наемников.
Райт кивнул.
- Верно. Это не местные дельцы, это очень хорошие бойцы, с серьезным ценником. Таких не наймешь по сети. А значит, есть вероятность, что кто-то из местных сориентировал их, кто им нужен. Клара, нам нужно зацепить и найти Гравица. Ты нашла что-нибудь на него?
Она посмотрела на бледное лицо Эндрю. На ее же промелькнуло беспокойство. Затем она слегка нахмурилась.
- Ничего. - Детектив встала. – Ничего не скажу, пока агент Райт не поправится.
Турианец чуть повернул голову. Эндрю поморщился.
- Слушай, у нас нет на это времени. На нас охотятся, и охотятся профессионалы. И чем больше времени мы им дадим, тем больше шансов, что нас обоих заткнут. Навсегда. Не думай сейчас обо мне, дело гораздо важнее. Да и что со мной будет? Я уже завтра буду полностью в норме. Хочешь, поспорим?
Клара заколебалась, затем все-таки согласно закивала.
- Помнишь, ты показывал мне схему «обратной реки»? Так вот я проверила финансовые потоки среднего района и обнаружила несколько странных счетов. Один из них принадлежит некому Джоуи Хайлу. И это имя, конечно, не настоящее. Пришлось изрядно покопаться, чтобы все это выяснить… - она недовольно сморщила нос. – Настоящее имя владельца этого счета Николай Ташкович – наркоторговец. Он сейчас сидит в местной тюрьме. За убийство. На то, чтобы обвинить его в торговле наркотой улик не хватило. Но это неважно… Тем не менее, от того, что он там «отдыхает», его грязненький бизнес не загнулся. От местных банд я узнала, что якобы вести ему дела помогает его помощница - азари Амелия C’Лайло. Она редко светится на публике. Но бывает появляется. И у нее скоро встреча с дилерами.
- И не факт, что допрос наркоторговца окажется эффективнее… Помощница может быть источником гораздо большей информации, так как все это время держала руку на пульсе и отчитывалась своему боссу…
Турианец негромко сказал:
- Ударим по двум точкам.
- Думаете, получится?
В этот момент недовольный Черае ткнул тарелкой с громадными мясными бутербродами в плечо Райта:
- Жри давай! – Когда тот взял будерброд, протянул тарелку гостье. – Хотите один?
Кларисса отмахнулась:
- Нет, спасибо… Что-то аппетита нет. – Она посмотрела сначала на турианца, потом на агента. – Не знаю… Можно поговорить с Ташковичем в тюрьме. Но это без меня. А то потом у меня проблемы и с коллегами будут... Этот тип, конечно, пошлет тебя нахрен и откажется говорить. Сделку ты ему предложить не сможешь. Ты не коп. Но даже если и сможешь, он откажется, испугавшись за свою шкурку, учитывая все обстоятельства. Трясти тебе его никто не даст. Вариант получше – это азари. Дождемся, пока кончится встреча, и после можем ее перехватить и допросить. Я даже знаю, как ее прижать. Без лишних рук, - на последней фразе женщина сделала акцент, адресовав это Эндрю. - Тем более теперь она орудует всеми делами своего босса и ей видней.
- Тогда так и поступим. – Турианец обернулся: агент помнил, что таким образом Шеф заканчивает разговоры. – Я и детектив поговорим с госпожой Амелией. А Райт возьмет на себя Ташковича.
- Шеф? Вы же вроде хотели…
- Передумал. Останусь ещё ненадолго. Все равно не заметят. Черае покинет планету, как только ты окончательно встанешь на ноги, то есть завтра.
- Есть.
- Детектив Ривес, мне необходимо ознакомиться со всей информацией об этой азари, который вы сейчас располагаете. Оставьте её здесь.
И снова это спокойная, но холодная властность. Турианец умел четко показать, кто есть, кто. И с кем не стоит спорить.
Кларисса достала флешку и положила ее на столик.
- Здесь все на Амелию C’Лайло. Было нелегко достать…
- Спасибо.
Шеф коротко кивнул и двинулся на выход.
«Do not go gentle into that good night,
Old age should burn and rave at close of day,
Rage, rage against the dying of the light»
Mramont
23 0%
Offline
318
2015-10-31 в 22:59 # 76
Совместно с Shelest

Когда за ним закрылась дверь, Эндрю подошел к другому креслу скинул с него вещи и бухнулся в него.
- Допрыгалась? – Ворчливо сказал он. – Говорил же тебе, забудь об этом. Так нет же, полезла…
В его голосе смешались неудовольствие и беспокойство. Чего греха таить, нравилась ему Клара. Как детектив – точно. Мало кто так работает, да ещё и «за идею», а не за зарплату. Как человек… он ещё не до конца в себе разобрался.
- Но Шефу ты глянулась. Раз уж он с тобой решил поговорить – жди интересного.
Кларисса повернулась и обошла «свое» кресло, оказавшись спиной к агенту. Покачнувшись, она оперлась рукой на спинку мебели.
- Вот уж радость… - дрожащим голосом выдавила она. – Где тут ванная?
- Третья дверь по коридору слева, не доходя до лестницы на второй этаж, – просветил её саларианец.
Дойдя до ванной, Клара дождалась пока закроется дверь, и тут же кинулась к раковине, вцепившись в края. Ее трясло. Она часто задышала, временами всхлипывая, когда жадно хватала воздух.
- Твою то мать…
Детектив включила воду. Взгляд провалился куда-то в пустоту. Да девочка, ты слишком много на себя взяла. Или слишком много на тебя свалилось? В голове зазвучал стальной голос отца, порицающий ее за каждый шаг с того момента, как она поступила в полицейскую академию. Он постоянно ей твердил, что она не справится с этой работой, что пропадет и сгинет на ней. Что ей нужно было сдаться и оставить эту затею. Кларисса не понимала, почему он не хотел, чтобы она стала полицейским. Сам ведь учил, что нужно помогать людям и твердо стоять на земле. Ривес набрала воду в ладошки и ополоснула лицо. И сейчас не понимает, почему он так переменился… А она просто устала и нужно было отдохнуть. Слишком много дел, а с делами лучше разбираться на «свежую» голову. Вспомнив про Иллисту, в груди Клары опять защемило. Но как? От нее столько зависело, в том числе и жизни других... Внезапно она почувствовала укол одиночества. А мокрые щеки так удачно маскировали признаки слабости.

Негромко вздохнув, Райт последовал за девушкой. Осторожно войдя в ванную, он встал рядом, вежливо не замечая её состояния, и не мешая приводить себя в порядок. Немного помолчав, он заговорил:
- Знаешь, давным-давно, я служил в армии. В корпусе Рейнджеров. Мы ходили гоголями: считали себя элитой, черт, да нас действительно воспринимали как элиту. Нас готовили прыгать с высоты прямо на поле боя, десантируюсь в тыл противника. Я был «отличником»: лучше всех стрелял, бегал, прыгал… И вот первая боевая операция. Мы загрузились в транспортники и приготовились к высадке. Все шутят, ждут боя с нетерпеньем. Встаем, открывается люк для прыжка, и все бегут… Стоит мне оторваться от рампы, как следующий за нами транспортник ловит снаряд - его разносит к чертям. ШАРАХ!!! И мне прямо в лицо летит голова пилота в жуткой кровище. Черт, знаешь, что я сделал? Я описался. – Эндрю хмыкнул. – А когда понял, что вдобавок весь прыжок летит к черту, то ещё и обосрался. Я серьезно. Я до сих пор не могу вспомнить, как я тогда приземлился. Помню только, что судорожно снимаю шлем, чтобы не захлебнуться в собственной блевотине.
Он мягко положил руку на её плечо.
- К чему это я? Мы все иногда сталкиваемся с тем, что наше сознание не способно переварить. И переварит это оно далеко не сразу, поверь. Особенно когда мы сталкиваемся с силой, которая значительно сильнее нас, извини за тавтологию. Это нормально. Не нужно винить себя за это.
- Дело не в силе… а в ответственности. Но спасибо, - Клара вытерла лицо и повернулась. Ее качнуло чуть назад, от того, что Эндрю стоял слишком близко. Она уперлась обеими руками на раковину. А его рука так и осталась лежать на ее плече. – Это немного помогло, - она устало улыбнулась и подняла взгляд.
- Ответственность – та же сила. Только окрас у неё другой. А и то, и то – нагрузка. На нашу волю.

Райт невольно начал рассматривать её, склонив голову немного на бок. Он видел её суровым копом, свободной и сильной Леди, но сейчас… сейчас перед ним была просто живая Клара. Шмыгающая носом и трущая глаз, который зачесался. И вот это белобрысая девчонка – гроза всего Хейлоса? Эндрю невольно улыбнулся одной стороной рта. Кларисса почувствовала какую-то невидимую опору и тепло. Живое тепло, исходившее от мужчины, от его улыбки, которое было ей знакомо, но давно забыто. Она машинально подалась обратно вперед, поближе к его источнику. Глаза гуляли по лицу Эндрю. И вот он строил из себя крутого и нелюдимого, а сейчас стоял и заботливо успокаивал ее. Забавное чувство, когда начинаешь узнавать другие стороны человека. Она тоже заулыбалась в ответ.

- Ты говорил… - начала бормотать Клара, и поняла, что проваливается. Нет, не куда-то в черную бездну, а во что-то другое. Что так манило своим теплом. Она тут же отвела взгляд в сторону, скинув себя наваждение. – Ты говорил, что поправишься до завтра. На что спорим, Бозли?
- Я не Бозли… - рефлекторно ответил человек. Ну не нравилась ему эта кличка… Он спохватился. – На что спорим? А давай на обед или ужин в Молоте? Кто проиграет – тот и оплачивает, заодно и выбирает время. Идет?
- Идет. Но мне есть сейчас хочется. Я бы, наверное, целую собаку съела… - усмехнулась Кларисса. – Или волка, - она странно посмотрела на Райта.
- Хех, тогда могу предложить широкий ассортимент бутербродов от нашего шеф-повара-саларианца. – Райт снова улыбнулся. – Давай закончим с работой, а потом закажем еды как следует, и весь вечер проведем так, как нам хочется?
Он немного отступил, позволяя Ривес пройти, но так, чтобы ей пришлось или подвинуть его, или протиснуться.
- Договорились. – Клара мягко положила руку на грудь мужчины, заставляя его отодвинутся и дать ей дорогу.
Пропустив девушку, он вернулся следом за ней в гостиную. На ходу подцепив бутылку с водой, федерал залпом выпил всю и метко запустил её в урну.
- Итак, что нам известно об этой парочке?
Детектив остановилась возле дивана и сложила руки на груди. Немного подумав, ответила:
- Ну, Николай Ташкович крупный наркоторговец. Полиция давно пыталась сцапать его. Треть оборота наркотиков на Хейлосе и других планетах его рук дело. И чтобы выглядеть хорошо, и отвести лишние взгляды, Ташкович вовсю занимался благотворительностью. Прилично вложился в малую промышленность в Эдрасе, те счета в банках и подставные фирмы - так он отмывал деньги. Он как русский Пабло Эскобар, если помнишь из старой истории кто это. Умный, обаятельный, но чересчур самоуверенный и амбициозный. И еще очень жестокий. Даже смешно, что он так глупо попался. Его самоуверенность его же и подвела. Он считал, что с ним никто не будет связываться, учитывая его репутацию. Собственно, с ним никто и не связывался. Несколько полицейских были убиты, пытаясь выстроить против него дело, - женщина поежилась, почувствовав сквозняк из открытого балкона. – Он так же полагал, что ему никто не сможет бросить вызов и покусится на его бизнес. Вот тут начинается самое интересное. Из того, что мне удалось узнать, его подставила собственная помощница, та азари. Только она вывернула все так, что предателем оказался другой. А она стала выглядеть для Ташковича как собачка, верная и преданная… Они кстати были любовниками... Поэтому он не стал выяснять подробности. Просто приказал разобраться с тем, кто якобы его подставил и на этом успокоился. Когда его посадили, он полностью доверил ей свои дела. Вот так женщина способна обвести вокруг пальца влюбленного мужика, - Клара хмыкнула. - Не удивлюсь, если в тюрьме его случайно кто-нибудь пырнет заточкой… В общем, у меня есть факты, подтверждающие её предательство, - она на секунду замолчала и задумалась. Наверное, именно тогда она облажалась и ее заметили. Дороговато обошлись ей эти сведения. – Так что с помощью этого ей можно будет манипулировать. Если упрется, то у нее есть две дочери. Младшая здесь, совсем девчонка. Старшая кажется где-то на Иллиуме… Это все, что я о них знаю.
- Значит, стоит подловить этого Ташковича, что он на самом деле ничего не контролирует, то им можно будет легко манипулировать? Мне подходит. Нужно будет подготовиться, а заодно изучить все что связано с этим "предательством". Что касается этой азари... Теперь я понимаю, почему Шеф решил пойти с тобой. Уверена, что справишься? Если надо, я могу убедить Его поменять нас местами.
- Я-то справлюсь. Знаю, как надо разговаривать с такими личностями, - говорила детектив ровно и спокойно. – Если по-хорошему, то мне нужно поговорить с ними обоими. По старой службе привыкла иметь дело с наркобарыгами. Но мне нельзя к Ташковичу, я и так вляпалась по самое не балуй. – Кажется, сейчас она впала в некую апатию. Эти слова давались ей легко. - Нельзя, чтобы и на работе начали ножом в спину тыкать… Если хочешь, можешь поменяться со своим Шефом местами. Мне все ровно. Лишь бы вы не сделали ничего лишнего и ненужного.

Райт встал и коснулся плеча, заглянув ей в лицо.
- Эй, ты как?

Помимо того, что он беспокоился за неё, Эндрю беспокоился и о деле. А когда начинается такая апатия: труби тревогу, что-то наверняка пойдет наперекосяк, это он точно знал.

Женщина смотрела словно сквозь него. Но когда Ривес ощутила легкое прикосновение мужчины, это словно выдернуло ее из забытья. Она сфокусировала взгляд на лице Эндрю. Весь в ссадинах и почему-то успевших уже затянутся шрамах. Что же с ним там сделали…? Она жалобно свела брови. Рука невольно потянулась к его лицу.

- Я буду в норме. Подумаешь, нервишки разыгрались, - Клара слабо улыбнулась. – Это ты как? После такого…
- Бывало и хуже. – Агент коснулся глаза. – А это… На мне быстро все заживает, не волнуйся. В скором времени и следа не останется.

Под её жалобным взглядом Райт чувствовал себя странно: ему было несколько неловко и вместе с тем приятно. Он смущенно кашлянул и попытался сделать шаг, но нога подвела его, и он чуть не упал на Ривес, схватившись за неё и невольно прижавшись к ней, лицом к лицу.

Кларисса обомлела. Широко открытыми глазами она уставилась на Эндрю, чувствуя, как его теплое дыхание касается ее кожи. Взгляд затуманился, и она со вдохом потянулась к нему, впившись в поцелуе в его губы. Аут… Да, давненько его вот так сходу не выносили. Пару секунд мозг ещё пытался анализировать, но потом Райт послал все к черту и ответил на поцелуй. Осторожно обняв Ривес, он прижал её к себе и позволил просто наслаждаться поцелуем, которому примешивался мягкий цветочный запах. Все стало неважно. Абсолютно. Только сердце почему-то хотело выпрыгнуть из груди от переизбытка и смешения эмоций. Клара мягко провела руками по плечам мужчины, остановившись на его груди и чувствуя, как его сильные руки заскользили по ее спине. Это тепло обволокло ее, она хотела утонуть в нем.

- Кхем… Я вам тут не мешаю? – раздался высокий голос доктора Черае.
Клара резко отстранилась от Эндрю, словно холодной водой облили, и смущенно отвернула голову.
- Вообще-то да, – немного ворчливо, но с улыбкой ответил Райт.
- Хм. В таком случае, прекращаю это делать. – Саларианец направился к лестнице. - Но напоминаю, что тебя вечером ждет ещё один осмотр. Я наверху, если что – кричи.
- Разумеется. И что бы я без тебя делал? – Не удержавшись подковырнул его человек.
- Сдох бы. От триппера.
Его ответ прозвучал уже с лестницы, и когда док скрылся, Эндрю посмотрел на Клару и немного виновато пожал плечами.
- Знаешь, у нас ведь толком не осталось работы. Я, к сожалению, сейчас не ахти как передвигаюсь, но мы можем заказать еды и провести время так, как нам хочется.
Детектив облизала губы и посмотрела на Райта.
- Можно… - женщина улыбнулась, но в глаза почему-то промелькнула грусть. - Но это у «нас» не осталось работы. А у меня осталась.

Она мягко надавила на грудь мужчины, и сделала шаг назад, пытаясь высвободится из его объятий. Райт не собирался настаивать, но ему так не хотелось отпускать Клару, нужно было хотя бы отблагодарить её… Он сам не понял, кой черт его дернул, но он снова мягко качнулся и поцеловал девушку. Долго и чувственно, чуть прикусив её нежную губу. Когда он, наконец, нашел в себе силы оторваться, то только и сумел тихо сказать:
- Я не хочу тебя удерживать против тебя, но ты позволишь хотя бы угостить тебя ужином?
- Вы зовете меня на свидание, агент Райт? – с игривыми нотками спросила Кларисса.
- В любое заведение этой колонии, где имеется доставка на дом. А даже если и нет, то это всегда можно устроить, – улыбнулся в ответ Эндрю.

Инструментрон Клариссы замерцал у нее в ладошке. Она выругалась про себя за испорченный момент, виновато взглянула на Эндрю. Отошла в сторону, приняв звонок. Прижала пальцы к уху. В наушнике раздался обеспокоенный голос ее напарника.
- Подожди, Сайлас... Не мельтеши. Кого нашли? – Услышав ответ, лицо женщины напряженно исказилось, и она закрыла его рукой. – Боже… - прошептала она. – Почему ты со мной сразу не связался? – Клара замолчала, слушая ответ турианца. - Ладно… Остальное потом расскажешь. Оставайся там, вместе все осмотрим. Скоро буду.
Она отключила связь и с сожалением посмотрела на Райта.
- Прости…
Эндрю подошел к ней и осторожно коснулся руки. Битый жизнью, он всегда чувствовал, когда случается что-то. И если он не сможет помочь, то хотя бы поддержит её.
- Твой напарник Сайлас? Что случилось?
- Он отправился поговорить со свидетелем, - Клара провела рукой по лицу. - Пришел в лабораторию, где свидетель работал, и тот там под потолком болтается. А в лаборатории все перевернуто вверх дном. В общем, он сомневается, что это самоубийство… Загвоздка в том, что эта лаборатория принадлежала последней жертве по моему расследованию.
- Мда... – федерал покачал головой. – Я могу чем-то помочь? Я пока изучал, что у вас тут в целом творится, перерыл кучу дел. Может смогу что сделать? Погоди, - он нахмурился, - ты сказала «последней». Были ещё жертвы?
- Включи новостную сеть, там все расскажут в «красочных» подробностях, - Кларисса махнула рукой куда-то в сторону и поморщилась. – Чертовы журналисты… Да, жертв было много. На самом деле я веду два дела и там полная глухота. Начальство начало трясти нас с напарником, когда о преступлениях стало известно общественности. – Она усмехнулась. - Знаешь, что забавно? Дела, на подобии твоих, я щелкаю как орешки. А тут… В этих расследованиях совсем все под другому... – она посмотрела на Эндрю. – В общем, не забивай себе голову. Я уже раскрывала такие преступления. Сделаю это еще раз. Просто нужно больше времени.
Райт кивнул.
- Тебе виднее. Но если что ты всегда можешь обратиться ко мне. – Он положил руку ей на плечо. - По любому вопросу.
Он улыбнулся уголками губ. Откровенно говоря, его не интересовали подобные дела. Но вот помочь Кларе было нужно. Эндрю уже четко понимал, что неравнодушен к ней. Во что это выльется, он не знал, предпочитая не загадывать далеко. И кто знает: Шеф никогда и ничего не делает просто так. Раз он обратил внимание на Клару, значит, в ней действительно есть что-то особенное и возможно его команда скоро пополнится новым членом. И это будет всяко лучше, чем она будет закапывать свой талант в местах вроде Хейлоса.
- Спасибо, - Клара улыбнулась и мягко провела ладонью по щеке мужчины. – Ладно. Мне нужно идти. Завтра посмотрим, кто выиграл спор, Бозли.
Не хотела она уходить, но было нужно. Детектив направилась к выходу и замерла, когда дверь открылась. Задумалась о том, что ей некуда будет возвращаться. Обернулась и посмотрела на Эндрю. А возможно есть куда. Потеряв, она что-то обрела. Во всяком случае, ей казалось, что у нее появился близкий человек. (К)

Райт проводил её теплой улыбкой. Когда за ней закрылась дверь, он ещё несколько минут стоял и просто улыбался. Но потом он кое-что вспомнил, и улыбка сползла с его лица. Пройдя к балкону, он активировал инструментрон и открыл фотографию. Тот самый третий… Когда они с Кларой разошлись в разные стороны, то прежде, чем ехать на дамбу, он навестил Джимми Луо, чтобы передать его тем, кто заберет его с планеты…

Убежище Луо. 20-е число.

- За тобой уже едут. Но если хочешь попасть на корабль, то ты должен рассказать мне про этого третьего.
- Ладно, слушай… Я не знаю, кто он, но он был странным. Такое ощущение, что это псих какой-то, который себя еле сдерживает.
- Да? С чего ты это взял?
- Хех, чел, да не понять невозможно было! Башку держит наклоненной постоянно, движения головы как у змеи, а взгляда такой, как будто он всех в помещении презирает и на месте выпотрошить хочет.
- Ясно. Опиши-ка его подробнее.
- Белый парень, кажется с этими, как их… латиноаме… латиноафри… ну бля, с корешками такими…
- Латиноамериканскими?
- Во точно, именно так. С латиноамериканскими корнями. На голове ирокез, короткий, как у армейцев, покрашен красный, но в такой, как у старой мебели. В носе серьга в правом ухе их три, белая синяя и красная, сверху вниз если. Левое…
- Левое оторвана начисто, не его месте ожог, как от напалма, на лице длинный и широкий шрам, как будто провели чем-то и содрали кожу вместе с мясом, идет через правый глаз, пересекает нос и опускается по центру рта, глаза голубые, но выцветшие, носит а-ля капитанскую бороду без усов, блондинистого цвета?
- Как ты?...
- Неважно. Я знаю кто это. Считай, заслужил свое спасение.
После того, как он сдал наркоторговца хмурым ребятам из шаттла, то ещё целых полчаса стоял рядом с машиной и курил, прокручивая в голове варианты. Эрик Фессер…

- Лейтенант Ширакузе?
- Я.
- Младший лейтенант Фессер?
- Здесь.
- Старший лейтенант Хартман?
- Здесь.
- Хорошо, все здесь. – Азари закрыла список на своем инструментроне. – Всем идти за мной.
Люди внимательно оглядывались: в этом закрытом азарийском центре им предстояло провести немало времени…


Райт стоял на балконе и курил, стряхивая пепел вниз. Негромко закашлявшись, он чертыхнулся и тихо сказал:
- Что, не отпускает прошлое, Лейтенант Хартман?
Роса
118 0%
Offline
2188
2015-11-06 в 0:37 # 77
Совместно с Я-Туман

Амира уснула быстро, но к Иллисте сон ещё долго не шёл. Лёжа в постели, она смотрела в тёмный потолок, временами переводя взгляд на окно, где сквозь щель в плотных шторах в комнату проникал тусклый свет, и был виден кусочек лилово-чёрного неба.
Пожалуй, каждому знакомо состояние, когда степень усталости пересекает ту грань, за которой все усилия уснуть тщетны, несмотря на дикое, невозможное желание погрузить кипящий от дневных забот мозг в столь сладостную прохладу и тишину сонной неги. Поток мыслей превращается в густую, единообразную патоку и начинает жить своей жизнью, всё больше и больше напоминая грёзу наяву.
И в этой грёзе из глубин памяти турианки поднимались образы того времени, когда она была счастлива и в том безмятежном счастье созерцала мир вокруг и внутри себя. Когда рядом был друг, когда меж ними разгоралась древняя, но вечно юная звезда, когда обронённая звездой искорка занялась робким лепестком огня у неё под сердцем.
Нерастраченные чувства, украденные слишком рано - прежде, чем она успела им порадоваться, словно пробудились вновь, потревоженные чувствами совсем новыми, устремившимися подобно потокам воды в опустевший сосуд внутри турианки.
Вина? Недовольно бурчание совести? Прагматичный, беспристрастный шёпот здравого смысла? Горечь за потерянное - потерянное из-за отказа пойти против совести, против законов, созданных живущими, и законов первозданных, за жажду справедливости и суда над преступниками?..
Иллиста не могла объяснить себе, почему защемило сердце. Или это нервы, уже столько лет являвшие собой канаты, по крепости не уступавшие “лапам”, удерживающим в доках корабли, начинали сдавать и молить пощадить их. А ведь завтра…
По животу и в груди расползлось тепло при мысли о Гореке. Иллиста не могла понять себя… Что-то случилось тем вечером, когда стечение случайных обстоятельств привело её к белому танцу и к выбору, который она сделала и вынужденно, и… по своей воле… Впрочем, случайных ли?.. Турианка слишком хорошо знала, что у всего в этом мире есть свои причины, порой явные и очевидные, а порой настолько сокрытые и потаённые, что увидеть их не дано никому, кроме Духов. Но причины есть всегда…
А тепло… Тепло манило и обволакивало успокаивающей пеленою, обещая гармонию и счастье, долгожданные, сладкие и желанные...

***


Шедар только начал лениво подниматься из-за горизонта, а Горек был уже на ногах. Закончив вчерашнюю уборку, батарианец сделал утреннюю гимнастику, куда входило только подтягивание, принял душ, и засобирался в гости. Горек был так взбудоражен, словно в преддверии какого-то события, что изменит всю вселенную навеки, что сам себе удивлялся. Убедившись, что квартира в более или менее нормальном состоянии, а Нэнси мирно спит в его кровати, батарианец отправился на улицу, накинув новую кожанку.
Утро было по-осеннему свежим. За долгие годы странствий по галактике Иллиста побывала на многих планетах, где слова “осень” и “зима” означали не смену сезонов дождей и засухи, а перемену тепла и света на холод и темноту. Она подошла к окну, открыла его - в лицо повеяло холодом, слегка остудившим горячие лицо, шею, руки.
Сегодня она проснулась раньше времени. Проснулась после вчерашнего сложного длинного дня отдохнувшей. Турианка вдохнула прохладный воздух, наполненный запахами осени - тяжёлыми и сонными. Но от запахов сердце забилось ещё быстрее, разгоняя по телу телоту. Иллиста взглянула на только-только показавшуюся над крышами оранжево-красную звезду, пылавшую ровно так же, как сейчас пылала она сама.
“Словно девчонка…” - подумала она и добро усмехнулась своим мыслям. Она не верила, боялась поверить тому, что ощущала.
Позади Иллисты раздался шуршащий звук и расслабленный полувздох. Она оглянулась - Амира, не просыпаясь, перевернулась на другой бок и продолжила спать. Кажется, впервые за все эти дни Иллиста увидела на её лице выражение такого спокойствия и безмятежности, какие играли на нём сейчас. Она вспомнила, что творилось с азари вчера, хмуро и печально сузила веки, подошла к Амире и поправила на её плече одеяло. Спит - и пускай спит. Беспокойства и ломоты не будет, когда она проснётся - настойка сделает своё дело. Да… большая ей предстоит работа, очень большая. Но что-то Иллисте подсказывало, что она будет не напрасной.

Времени оставалось не так много, и турианка ушла в ванную. Запах мокрого песка был слегка перемешан с тонкими ненавязчивыми ароматами трав и цветов. Распарив под горячей водой пластины, женщина зачерпнула небольшую горсточку и нанесла его на пластины.
Одевшись, она вышла из душа, завернула на кухню и начала готовить завтрак.
Горек, не торопясь, шёл по городу. Конечно, он говорил Иллисте что придёт к ней в гости, но вряд ли она думала, что это произойдет утром. Но, после вчерашних событий батарианцу надоело ждать и тянуть. Журналист чувствовал какую-то острую грань, как лезвие ножа, до которой он дошёл, а вот за ней уже и начиналась опасность. А за этой гранью чудовища пострашнее Виктории Минтз. В то же время когда Горек вспоминал об Иллисте, он словно окунался в теплый поток, рядом с ней было хорошо и приятно, и чувствовалось нечто большее… Батарианец махнул головой и нервно закурил, предстояло многое обдумать, а путь предстоял неблизкий, что, впрочем, было нелишним.
Травяной чай с почти неуловимой терпкой кисловатой ноткой согревал. Из приоткрытого окна тянуло холодом, создавая приятный контраст ощущений и настраивая на созерцательно-умиротворённый лад. Мысли вяло пихали и теснили друг друга. Много дел... Слишком много дел... И все надо решать сейчас, не откладывая. Но как же хотелось отрешиться от всего этого! Просто забыть, задвинуть в глубокий уголок памяти хотя бы на несколько дней, передохнуть и вдумчиво разобраться с каждой проблемой по очереди, без суеты. А ещё хотелось времени, очень много времени, чтобы побыть наедине с миром, собой и…
Мысли оказались прерваны звонком в дверь.Иллиста вздрогнула от неожиданности и словно проснулась. Турианка отставила в сторону кружку, прошла в прихожую, включила монитор посмотреть, кто пожаловал - и сердце выдало её ей же самой, забившись так, что внутри заныло. Она открыла дверь - на пороге стоял Горек.

- Доброе утро, Иллиста, - поприветствовал батарианец и улыбнулся. - Извини, что так рано. Готова к прогулке?
- Здравствуй, - волна эмоций ударила ей в голову. Она на секунду застыла, а потом быстро ответила: - Почти. Заходи, я сейчас.
Горек прошёл, осмотрелся.
- А где твоя синяя подружка?
- Спит, - ответила Иллиста и, помявшись, добавила: - Вчера немного... приболела. Я дала ей лекарство, она уснула.
Иллиста скрылась за дверью комнаты в дальнем конце прихожей. Горек постоял мгновение будто в нерешительности и двинулся следом.
- Слушай, Иллиста, у твоей знакомой полицейши нет случайно специалиста по взлому компьютеров? - проговорил батарианец на ходу.
- Не знаю, - откликнулась турианка из-за двери. - Зачем тебе? Могу спросить у неё.
- Скажем так, у меня появились ценные данные, хотя скорее возможно ценные данные, - проговорил батарианец, стоя за дверью. - Ты переодеваешься?
Через пару секунд дверь открылась, Иллиста выступила вперёд, одетая в утеплённые штаны и плотную обтягивающую рубашку.
- Уже переоделась, - она улыбнулась и достала из шкафа в прихожей светлую кожаную куртку. - Я спрошу про кракера.
Заглянув в гостиную и убедившись, что Амира продолжает спать, Иллиста накинула куртку.
- Я готова, - она весело посмотрела на Горека.
- Тогда пошли, - в тон ей отозвался батарианец.

- Нам далеко идти? - спросила Иллиста, выйдя на улицу.
- Я дошел до сюда за час, - Горек вытащил из кармана портсигар и зажигалку, подаренную Нэнси и покрытую небольшими ямками. - Но можно и общественным транспортом, - добавил Горек, закуривая.
- Пойдём пешком. Веди.
Горек кивнул. Ухмыльнулся и, взяв Иллисту под руку, повел. Сначала они шли через однообразные спальные кварталы Среднего района, наслаждаясь осенней прохладой, молчанием и обществом друг друга. Но все это вскоре закончилось.
- Иллиста, есть какие нибудь новости? А то мне невыносимо молчание, - батарианец виновато улыбнулся. На самом деле Горека донимали странные, противоречивые, но приятные чувства, а причина этих чувств шагала рядом.
- Смотря что ты подразумеваешь под новостями, - пожала плечами турианка, размышляя, говорить журналисту, чем она занималась вчера или нет. Раскрывать тайны следствия было нехорошо, в первую очередь, по отношению к Кларе. Да и подписку она давала. Не то, чтобы Иллиста боялась юридических последствий - скорее просто не хотелось подставлять подругу. А чего ещё было новым, о чём никто не запрещал ей говорить?.. Не зная, что ответить, Иллиста предпочла молчать, уже зная, что её молчание скажет не сильно меньше, чем откровенные слова.
Горек выжидательно смотрел на Иллисту, которая просто молчала. “Ясно, не хочешь отвечать или врать - просто молчи.”

- Слушай, Иллиста, может, и мне в полицию на работу устроится. Тряхнуть стариной, так сказать? Как думаешь?
- Мне показалось, что тебе больше нравится жизнь, которой ты живёшь сейчас. Или я ошибаюсь?
- Ну, разнообразие все же нужно, - Горек улыбнулся. - Хотя с таким резюме, как у меня, долго со мной говорить не будут. Сразу выгонят.
Иллиста не стала продолжать тему, неприятную для него, да и для неё самой тоже.
Ветер усиливался, стало холоднее. Иллиста зябко поёжилась.
- Интересно, какие здесь зимы?
- Не уверен, но наверное тут выпадает снег, -ответил Горек. - Впрочем, Клара знает наверняка. Ты заметила, Иллиста?
- Что именно? - спросила турианка.
- Мы завалим Клару вопросами, про кракера, про зимы. И, уверен, появится еще очень много новых. У меня на планете было очень холодно, - неожиданно сменил тему Горек. - Наверное, моя родная планета была бы чудным местом, если бы хотя бы иногда оттаивала.
- На моей родной планете тепло, иногда даже очень тепло. А под лучи Требии не турианцу нельзя выйти без защитного костюма. Но… мне бы хотелось… - она не договорила. Сердце вздрогнуло, когда с её языка чуть было не сорвались слова, которые мало бы кто понял из числа рождённых на территории Иерархии.
- Каждому своё, мы такие разные но вместе. Все таки судьба забавная штука, но мы отвлеклись. Иллиста, так что вы с Кларой думаете об этом “Хейлоском звере”?
- Ты уже придумал ему название? Звучит грозно. Но, думаю, пока что-либо говорить рано, - уклончиво сказала Иллиста. Здесь она ступала на узкую грань между холодной, жёсткой, прагматичной логикой Клары и иррациональными словами Амиры. - Хитрый он. Хитрый и очень умный. И жестокий.
- Они все такие, Иллиста. Я имею в виду маньяки. Живут в своих собственных мирах, и режут всех, кто им не нравится, или кто нравится.
- Не совсем. Каждый шаг маньяка имеет свою срогую логику. Извращённую, больную, но логику. Он двигается по стандартному набору схем, и даже небольшое отклонение в сторону может заставить его не совершить очередное убийство. Если найти эту логику, найти, что его провоцирует, понять, что могло послужить отправной точкой формирования его личности, треть, если не половина пути к его поимке будет пройдена.

В глазах её промелькнула тень охотничьего азарта. Перед ней была поставлена задача, интересная задача, и турианке хотелось её решить, доискаться до ответа.
- Иллиста, маньяки мне безинтересны. Мой профиль - коррупционеры, мерзавцы и подонки всех мастей и калибров. Маньяки - это хобби, тем более, я хочу вам помочь. И у меня есть необходимые ресурсы.
- Ох... Сомневаюсь я, что Клара обрадуется.
- Думаешь, она откажется от помощи? - Горек поморщился. - Впрочем, это ее право, - батарианец оглядел улочку - аккуратные домики по обеим сторонам становились все более обветшалыми, а улица - все пыльней. - Половину пути мы уже прошли. - Всё же мне интересно, что связывало всех этих трёх гуманоидов. Их ведь трое?
- Если судить по внешнему виду жертв и мест, где они были обнаружены - да, - Иллиста сделала вид, что не обратила внимания на вопрос относительно сходства. Ведь относительно него единственное, что она знала, были слова Амиры - "жертвы возмездия”.
- Комендант-турианец, кроган-грабитель и человек ...хм, он то кстати кем был? - спросил Горек и двинулся в дальнейший путь.
- Не знаю, - пожала плечами турианка. - Но, думаю, раз уж это просочилось в СМИ, скоро мы это узнаем.
- Мне кажется, этот “зверь” как будто собирает коллекцию. Остались азари, батарианцы и, возможно, саларианцы. Просто ханаров и элкоров тут найти сложно.
- Три жертвы - слишком мало для коллекции. Либо, маньяк здесь совсем недавно... Б-рр-архр... Не хочу даже об этом думать.
- Именно. Поэтому я связался с редакцией и попросил предоставить мне сведения обо всех похожих случаях за последний год. И если вы сузите круг подозреваемых, мы сможем узнать, кто именно маньяк.

Иллиста задумалась. Идея была неплохой, очень неплохой. Это могло бы помочь Кларе, сняв с неё необходимость поднимать архивы старых дел, не только на Хейлосе, но и, возможно, ещё в нескольких секторах Галактики.
- Можно попробовать, - кивнула она. - Очень хочется помочь. Хотя я пока не совсем поняла, как.
- Если ваш круг подозреваемых уменьшится, скажем, до десяти личностей, можно будет узнать, были ли они в местах, где произошли убийства. И ты сказала хорошую мысль, - Горек приобнял Иллисту за плечи и развернул к себе лицом, взглянув в её зеленые глаза. - ”Возможно, он прибыл недавно”. Это существенно сужает круг подозреваемых. Соберём все вместе: первое, он здесь недавно, второе, он немного не в себе. Это, конечно, немного, но всё же лучше, чем вообще ничего. - Горек улыбнулся. Ему не хотелось выпускать Иллисту из своих объятий. - Осталось лишь найти связующее звено между жертвами - и дело в шляпе, - батарианец стушевался. - Ну, так говорят люди.
- Связующее звено может быть не одно, - мягко подбавила скепсиса Иллиста, лукаво поглядывая на Горека. Внутри неё всё дрожало, хоть она и старалась не терять над собой контроля. Почти машинально она согнула руки, кладя ладони ему на спину и чуть поджав пальцы. Ей казалось, она может простоять так целую вечность.
- Необязательно, но возможно, - Горек смотрел на Иллисту с теплотой и нежностью, и еще ему было приятно стоять вот так, заключив друг друга в объятьях. Но, все таки, стоять посреди какой-никакой, а оживленной улицы было не лучшей идеей. - Илли, может, пойдем дальше? - мягко предложил он.
Отпускать его не хотелось, но Горек был прав - им следовало идти: на сегодня предстояло ещё много дел. Иллиста разжала руки, они пошли дальше, постепенно приближаясь к границе с нижним районом города. Пройдя еще немного они остановились.

- Вот оно - моё логово, - произнёс Горек, указывая на очередное здание. Двухэтажный небольшой спортзал, выглядел немного опрятней других домишек, и это даже несмотря на выцветшую вывеску, с изображением какого то атлета-человека, и названием “Чемпион”, - батарианец посмотрел на Иллисту и добавил: - Изнутри он выглядит получше.
- Ого! - с интересом оглядывая здание, турианка прищёлкнула мандибулами. - Действительно похоже на логово. И ты один здесь живёшь?
- Кстати, я давно хотел сказать. У меня появилась небольшая проблема, - Горек взял турианку за руку и повел за собой. - Нам на второй этаж.
- Какая проблема? - спросила та, следуя за батарианцем.
Они вошли внутрь, в нос ударил слабый, ненавязчивый сырой запах старого здания. Было заметно, что оно достаточно давно не используется по прямому назначению, но не покинуто полностью. Горек повёл наверх, и они поднялись на второй этаж, где было чище, чем на первом, и даже почти не пахло сыростью. И еще из-за закрытой двери тренерской раздавались какие то звуки.
- Скоро ты всё сама увидишь, - как-то невесело посулил батарианец. Он тоже услышал звуки. Подошел к двери и открыл её - прямо напротив, на диване развалилась русоволосая человеческая девушка, в мешковатых брюках и футболке. Но смотрела она куда-то в сторону, что-то жуя.

Как дверь открылась, она перевела свой вгляд на Иллисту, и с равнодушным лицом надула пузырь из жвачки и лопнула его.
- Вот и проблема, - вполголоса добавил Горек и даже голову опустил. - Нэнси познакомься: это Иллиста, теперь она будет жить с нами. - Это было сказано уже с привычной громкостью голоса, но девушка даже головы не повернула.
Вот чего-чего, а такого Иллиста увидеть не ожидала. В первый момент она даже не нашлась, что ответить, и только молча созерцала нескладное чудо на диване. То, что Горек никогда не упоминал, что с ним проживает ещё кто-то, придавало ситуации несколько двоякий оттенок. Впрочем, он сам предложил ей перебраться к нему. Обстоятельства, которых она не знала, могли оказаться любыми, а первые суждения - ошибочными. Турианка вопросительно посмотрела на Горека и попробовала повисшее неловкое молчание разрядить шуткой.
- Ты не говорил, что на твоей жилплощади есть кто-то ещё.
- Мне он тоже не говорил, - прозвучало с дивана.
- Спасибо за комментарий, Нэнси, - ответил Горек. - Илли, давай поговорим на кухне. Я тебе всё объясню.
Видеть его таким смущённо-обескураженным было забавно, но Иллиста удержала едкий смешок, чуя, что он придётся не к месту, ответив более мягко:
- Ну, попробуй.
- Пошли, - они прошли через комнату мимо девушки, что вальяжно развалившись на диване, смотрела головизор. И зашли в помещение, отгороженное от тренерской занавеской. Тут было окно на улицу, было светло, и не очень просторно. Но здесь же стоял стол, плита, холодильник, пара стульев и шкафов.
- Гор, сделаешь мне чай! - донеслось из комнаты.
- Я тебе не бармен, - резковато ответил Горек. - Это моя помощница, - сокрушенно ответил батарианец. - Она выполняла одно задание с риском для жизни, и теперь скрывается тут. Вот, - батарианец виновато улыбнулся.
- Да я смотрю, здесь просто убежище для тех, кто скрывается от преследования, - голос турианки был полон колючей иронии, но в глазах сверкали задорные искорки, шутливые и беззлобные.
- Видимо. Она вообще-то более приветливая. Просто сегодня не в духе. Ну что, сойдут апартаменты? - переменил тему разговора батарианец.
Иллиста ещё раз огляделась вокруг и весело ответила:
- Сойдут, - она звонко хихикнула. - А ты уверен, что... Нэнси - верно? Не будет возражать?
- Ты её боишься? - Горек удивленно поднял брови.
- Я? Нет. Но ведь я, скорее всего, перееду сюда не одна. Если твоя помощница будет против… пойми меня правильно - к чему конфликт?
- Конфликта не будет. Места хватит всем. Зал внизу свободен, малый тоже, там только остался инвентарь. И про то что Нэнси облажалась, я узнал только сегодня утром.

Что-то в его тоне, с которым были сказаны последние слова, заставили Иллисту ощутить укол совести за непонятно почему проснувшуюся язвительность. Задумайся она о причинах глубже и на большее время, она бы поняла, что причиной тому - банальная ревность, прежде бок о бок с той, из-за которой сегодня утром так сильно колотилось сердце, дремавшая где-то внутри неё, Иллисты. Но она не задумалась, а просто примирительно ответила:
- Хорошо. Когда мы сможем начать переезд?
- Хоть сейчас. Но… - Горек не договорил. На кухню вошла Нэнси, и с фразой: ”О, не обращайте на меня внимания”, - прошла к плите и поставила на неё чайник. - Давай поговорим в моей комнате. Горек вышел, а турианке ничего не оставалось как последовать за ним.
Они прошли в малый зал. Через широкие окна в комнату попадал дневной свет, так что с освещением всё было в порядке. Из мебели там был лишь стул, а пара матов стала импровизированной кроватью. В углу были сложенные различные приспособления, в основном тяжелые, и пара станков. А вот на стуле висел бронежилет, и пистолет “Палач” на сидушке.

Окинув взглядом комнату, Иллиста не удержалась и, подойдя к стулу, потянулась, было к оружию, но остановилась.
- Можно?
- Валяй. Он не заряжен, - батарианец подошел к матам и присел на них.
Турианка аккуратно взяла в руки пистолет, осмотрела его, взвесила на ладони, оценила баланс, встав в стойку, прицелилась, прислушалась к своим ощущениям относительно оружия.
- Хорошая вещь, - улыбнулась она. - Но, по мне, несколько тяжеловат.
- Думаю, я не надорвусь, - ответил батарианец. “Армакс Арсенал” - лучше некуда, твои сородичи понимают толк в оружии.
- Это верно. Да и твои тоже, - Иллиста сделала пару шагов, присела на одно колено в стрелковую позицию, резким движением развернулась, переходя в зеркально-аналогичную, кувырком ушла в бок, в конце кульбита вернувшись в исходное положение, встала.
- Да, тяжеловат, хотя в руке лежит, словно отлит под неё.
- Вот это кстати скорее всего, - ты отлично двигаешься, и танцуешь. Сразу видно бойца. Не то что я. Увалень накачанный, - Горек усмехнулся, давая понять что про себя он говорил не всерьёз.
Немного смутившись, турианка ответила:
- Сложно найти турианца хоть в малой степени не владеющего оружием и своим телом. И... не соглашусь с "увальнем". Я не воин, не боец, как ты сказал, но я видела достаточно, чтобы видеть и понимать некоторые вещи.
Она положила пистолет на место, подошла к Гореку.
- Если мы переедем завтра с утра, тебя устроит? Или у тебя на завтра планы?
- Завтра так завтра. Вам помощь с вещами?
- Их не так много, - улыбнулась Иллиста. - Управлюсь.
- Хорошо. Значит, завтра, - Горек хлопнул себя по коленями единым слитным движением встал на ноги. - Иллиста, хочешь чай, я тут прикупил по случаю турианский ”Тиссан”.
- Не откажусь.

Турианка и батарианец снова прошлись мимо “лежбища” Нэнси - девушка вообще не обращала на них свое внимание, и смотрела какую то спортивную программу, попивая горячий чаёк. И тут турианка, вспомнила что где-то видела эту девицу, но не могла вспомнить, где именно.
Присев за стол на кухне, Иллиста с интересом наблюдала, как Горек готовит чай. После сравнительно долгой прогулки по холоду и перед возвращением в этот же самый холод хорошо согревающий "Тиссан" был весьма кстати.
- Горек, а ты давно работаешь с Нэнси? Не могу понять, почему её лицо кажется мне знакомым. Где-то мы пересекались, и не скажу, что давно.
- Нэнси? С ней я знаком меньше года. Мне её редакция навязала: я же до этого фрилансером работал. Вот теперь нянчусь, - батарианец ухмыльнулся, колдуя у плиты. - Ну, вот, готово. Он поставил на стол перед турианкой заварочный чайник. - Пусть завариться, и это еще не все, - батарианец , подошел к холодильнику, и открыв дверцу, немного там покопашился. - Ага, вот они, - на стле появилась тарелка с синими фруктами - теми, что ела турианка в кафе “Сильвер”.
Иллиста повела мандибулами, хитро прищурилась.
- Как ты догадался? - она достала из-за спины нож -"бабочку" и надсекла плотную кожуру фрукта. - Слушай, - внезапно вспомнила она, - а это ведь с ней я тебя видела, когда мы с Кларой покупали платья для вечера?
- А еще где? Ну? - Горек сел напротив Иллисты, наблюдая, как она разделывается с фруктом.
Она задумалась, припоминая. После знакомства с батарианцем они не встречались точно. Оставалось…
- На самом вечере? Где... где мы танцевали.
- Браво, Иллиста. Отличная память, а я, признаться, и забыл про магазин.
- Для меня он стал испытанием - сложно было забыть, - проверив, заварился ли чай, она налила себе чашку, потом доочистила фрукт и нарезала его себе на блюдце ломтиками. - Да, спасибо - твоё мнение было не последним в моём выборе платья.
- Ну да, мой совет сыграл ключевую роль, - батарианец улыбнулся, словно вспоминая тот день снова. - Да это всё удивительно. Столько событий, и все переплелись в такую тугую спираль, что никто ничего не видит. - Горека редко тянуло философствовать, а тут что-то накатило, причем батарианец сказал такое, что сам удивился, и лицо его приобрело презабавное выражение.
Иллиста хихикнула и взяла в руки чашку.
- Ну, я полагаю, кому-то всё же придётся заглянуть в эту спираль и распутать её, чтобы докопаться до истины, - она сделала глоток. - Прекрасный чай.
- Я это учту. И еще одна просьба, может, прикупите себе продуктов? А то не знаю ваши предпочтения. Или, как вариант, можно будет сходить в магазин. Вместе. Ну, в смысле, я и ты, а не я, ты, Нэнси и Амира. Да, та ещё компания.
Иллиста подняла глаза на Горека, помолчала, прислушиваясь к звукам головизора, доносившемся на кухню из-за занавески.
- Тогда я предлагаю сделать так: мы приедем утром, сложим вещи и до обеда закупаем всё, что нужно, чтобы не занимать у тебя ещё и вторую половину дня.
- Хорошо, Иллиста, так и поступим, - ответил Горек, не сводя с турианки взора. -->
Ilostana
100 0%
Offline
1036
2015-11-15 в 3:54 # 78
- Здесь, представляешь, Принцесса? Здесь будут сыпаться кредиты, как из…
- Я поняла тебя, Ник, - она щелкнула мандибулами, чтобы не расхохотаться в голос. Тот сжал ее локоть, радостно ухмыляясь, и распахнул двери. Мгновение спустя в нос пахнуло пылью и застоявшимся воздухом - старое здание уже и забыло, когда в последний раз здесь была хоть одна живая душа. Шаги отдавались гулким эхом, поблескивала покосившаяся люстра, осиротевшая без нескольких больших кристаллов, и глупо темнел несуразный орган в дальней стене.
- Смахивает на катафалк, если честно, - ни к кому не обращаясь протянула Инь и тут же утихла, припомнив, что телохранители должны помалкивать.
- Тебе не кажется, что это не самое лучшее место, - Павусс сложила на груди руки и в сомнении покачала головой. - Придется выложить кругленькую сумму на реставрацию. Не говоря уже об игровых автоматах и оборудовании ресторана.
- Чушь, Принцесса, - Ник прошел через первый зал, распахивая двери одну за другой. - Дело не в здании. Дело в его расположении: здесь будут толпиться все из Верхнего города. Деньги к деньгам, детка.
Он довольно хохотнул, и эхо прокатилось под потолком гулким призраком.
- Ладно, - согласно прищурилась Нэррин. В ее голове, с каждым пройденным по залам шагом, сумма вложений увеличивалась, и пресловутое “деньги к деньгам” здесь не очень работало.
- И я хотел поговорить с тобой… - Ник приблизился, смешно запнувшись за ножку стула. - О казино.
- Мы уже говорим, - чуть напрягшись, натянуто улыбнулась Нэрин. Она почувствовала, что Ник темнит.
- Со мной связывался парень из Кровавой стаи, - без обиняков перешел к теме Ник.- Просто…
И Нэррин вздрогнула. И поняла, что все не просто. И решила вдруг, что жизнь Ника для нее куда важнее всяких там “просто”. Просто потому что убийц-ублюдков Ник раньше не называл “парень”.
- Они тебе угрожали? - турианка постаралась скрыть волнение в голосе. - Если угрожали, то можно постараться что-то сделать. Я свяжусь с полицией.
- Эй, Принцесса, - Ник ухватил ее за плечи и слегка сжал их. - Неужели ты думаешь, что со мной что-то может произойти?
Улыбка на его лице была такой спокойной и обнадеживающей, что могла бы успокоить кого угодно. Только не Павусс.
- Они предлагают бартер, Нэр. Они - крыша, я им - процент от доходов.
- Ты шутишь? - турианка скривилась и смахнула его руки со своих плеч. Очень небрежно, к слову. - Ты будешь сотрудничать со Стаей?
- Я хотел обсудить это с тобой, - Ник раздраженно пропихнул руки в карманы и сделал шаг в сторону. - Это наше совместное дело…
- Да! Совместное! Но ты забыл, кто я! - от злости у нее перехватывало горло. Как будто Кровавая стая уже пыталась ее задушить. - Комендант не станет сотрудничать с боевиками!
Стоявшие поодаль Инь и Янь молча наблюдали за спорившими, не пытаясь вмешаться. Скорее, просто желая исчезнуть.
- Никто не узнает! - не выдержал Ник.
Турианка зарычала, бессильно сжав пальцы в кулак.
- Бред, Ник! Это бред! Они уже вешают на меня пособничество в убийстве Мразусса! Даже то, что мы сейчас с тобой просто разговариваем - уже доказательство моей вины хотя бы в махинациях и укрывательстве преступника-контрабандиста. Ты это понимаешь?
Ник молчал. Только желваки играли на его лице.
- Ты хочешь прекратить… - но договорить он так и не успел. Отражаясь от стен зала, прошелся звук вызова омни и вернулся к турианке. А ведь и правда. Прекратить что? Отношения? Бред. Встречи?... Сотрудничество? Это просто смешно.
Ник и Павусс некоторое время просто смотрели друг на друга несколько секунд, тяжело дыша и переваривая так и не досказанные слова.
- Ответь на звонок, Принцесса, - наконец сухо произнес Ник. Без эмоций, холодно - как будто ветер пронесся между ними да так и затих.
Павусс отшатнулась, но тут же взяла себя в руки. И все же ответила на вызов.
- Госпожа Павусс? - голос еще более бесстрастный и чужой предвещал беду. - Меня зовут Питер Крейт. Я вам звоню на счет вашей помощницы мисс Бэггин.
- Дженни? - она даже закашлялась от удивления. - А в чем дело?
- Боюсь, вам нужно приехать в ваш офис. Мисс Бэггин была найдена в своем аэрокаре. Мне очень жаль…
- О, нет…
Подкосившиеся от известия ноги уже не могли удержать застывшую в ужасе хозяйку. И только подоспевший вовремя Ник успел подхватить падающую бесформенным тюком на пол Павусс.
- Госпожа Павусс? Мэм?
По залу катался потерянный и осипший в миг голос Питера Крейта. Предвестника смерти. Предвестника потери.
Azura
46 0%
Offline
872
2015-11-16 в 13:54 # 79
Совместно с Ilostana

Лейдана около часа кружила на аэрокаре. Терсей, застроенный, особняками и щедро напичканный разнокалиберными средствами слежения, она покинула сразу. Во всегда шумной Астре не выделялась из общей массы ни она, ни аэрокар. К тому же водителя на том эксклюзивном каре, что привозил её к Хейлос Плаза, она отправила «в сервис». Сама же выехала на другом – на вид он был из тех, что выпускаются массово, и во множестве есть в любом месте – от Цитадели до дыры где-нибудь в Терминусе. Правда её кар был с форсированной силовой установкой и усиленной капсулой кабины, ещё были отключены ограничения скорости и некоторые другие ограничители.
Она включила на инструметроне анонимайзер, зашла в сеть. На «левом» ящике её уже ждало письмо – сводка происшествий с грифом «Для служебного пользования». Скачав файл, она направилась к ГЭС. Когда проезжала мимо ОРУ*, быстро выключила анонимайзер, перезагрузила инструметрон, и как только она отъехала достаточно далеко от ГЭС и электромагнитные помехи от ОРУ перестали мешать, активировала инструметрон под своими данными. Проделав всё это, она направилась в Астру. Там на парковке без спешки стала читать.
Сначала интересного не попалось абсолютно – больше всего было мелких уличных преступлений, несколько угонов, бытовуха.
- Решил меня обмануть? Или в колонии кроме похождений маньяка или маньяков не происходит ничего? – азари процедила сквозь зубы, но продолжила читать, попутно придумывая наказание для агента, скинувшего ей, как она подумала, неполную сводку.
«В приёмном коллекторе очистных сооружений обнаружено тело. Человек, мужчина. Тело сильно пострадало. Есть признаки насильственной смерти. При проверке по базе ДНК был идентифицирован как сотрудник СБХ».
- Вот это интересно – подумала она и стала рассуждать – полиция возьмётся за это дело с рвением. Хотя бы потому, что он коп. Обстоятельства гибели неизвестны. И есть ненулевая вероятность, что он пользовался служебным положением для личной выгоды. Припугнуть кого-нибудь, добыть оружие, информацию и ещё массу услуг могут оказать полицейские за вознаграждение. А тут что-то пошло не так. Надо будет проследить за этим делом. Не исключено, что этот коп связан с кем-то из моих заклятых друзей в этой колонии.
Зазвенел вызов. Лейдана ответила:
- Слушаю. Я, вообще-то, просила мне не звонить. Я ненадолго уехала!
- Это срочно. По пути в сервис за вашим каром пробовали следить.
- Успешно?
- Преследователь не справился с управлением, столкнулся с другим каром, его откинуло под грузовой кар. Он погиб. Там сейчас полиция.
- Понятно. Конец связи.
После этого Лейдана выехала с парковки. Сделав несколько кругов, она направилась было уже домой, когда её внимание привлекла суета возле офиса Павусс. Она притёрла аэрокар возле какого-то магазина, так, чтобы видеть происходящее. Достала бинокль. Рассмотрела, как из кара, стоявшего на парковке извлекли азари.
- Доигралась. Интересно, это предупреждение Павусс или она сама её убрала?
В тон ее мыслям из-за угла стремительно вылетел другой кар. Еще бы мгновение и столпившимся полицейским не сдобровать, да только водитель, по-видимому, все же взял себя в руки и на удивление плавно припарковался рядом. Дверца распахнулась и... кто бы мог подумать - Павусс!

- Пропустите! Сартр! Я говорю... - турианка отпихнула в сторону полицейского, очевидно равнодушного к ее переживаниям, и почти подлетела к зависшей у кара скорой помощи. Спокойное и строгое лицо, знакомое ей не один десяток лет. Казалось, она просто спит. Если бы, конечно, не рваная рана на груди, усыпанная как бы в насмешку кучкой сверкающих наинов.
- Морри, что ж ты так, а?... - Нэррин подхватила свисающую с края носилок руку азари и бережно уложила ее на живот. - Не могла не украсить себя и посмертно, подруга?...
Турианка сморщилась, пытаясь справится с подступающими слезами, но удержать в себе их не получилось.
Лейдана сидела, не отнимая бинокля от глаз. Она хорошо видела и убитую и Павусс
-Интересно. Она на самом деле так потрясена или хорошая актриса? Склоняюсь к первому. Нет. Пусть никто не знает, что я была тут и видела всё сама. Похоже, кто-то хочет взять Павусс в оборот. А Дженни для неё не просто правая рука, это для неё инвалидное кресло для неходячего. А мисс комендант, похоже, ещё немного и начнёт ходить под себя. Плохо только, нельзя послушать этот спектакль.
Она снова посмотрела в бинокль.
- Мисс Павусс? - турианка оглянулась, резко и зло, испытывая почти животную ненависть к всем, кто находился ближе метра к телу Дженни. К ней приближался полицейский, очевидно, тот, кто связался с ней через омни. -Могу я с вами поговорить?
Нэррин хотелось ответить ему. Хотелось выхватить пистолет из его же кабуры и выстреить в лицо, да только по счастливой случайности она перехватила взгляд Ника, незаметного прислонившегося к ее кару. И вспомнила, кто она. И взяла себя в руки. Конечно, насколько это было возможно.
- Я... Я вас слушаю, - Павусс немнго нервно выпряямилась и по-военному четко поправила пиджак.
- Явление второе. Те же и полицейский - прокомментировала сама себе Лейдана - и это дело берём на контроль. Если даже не Ник и не Павусс тут постарались, то можно будет много интересного узнать.
Хоть Лейдана не могла видеть, что изменилось внутри коменданта, но на лице она разглядела и хорошо спрятанное страдание, и отстраненную холодность.
- Когда вы в последний раз видели мисс Бэггин? - детектив активировал омни, ожидая ответа коменданта.
- Накануне. Мы... мы виделись на работе и... я знаю, она задержалась допоздна, - Павусс щелкнула мандибулами. - Она всегда задерживалась допоздна.
Полицейский деланно сочувственно покачал головой. Все его четыре глаза сейчас внимательно следили за переменами в настроении Павусс.
"Они меня подозревают", - почти весело подумала турианка.
- Вы можете просмотреть камеры наблюдения, - сухо предложила она. И тут же пожалела, увидев, как хищно блеснули глаза полицейского.
- Дело в том, мисс Павусс, что камеры на парковке были отключены. Так что...
- Понимаю, - она горько усмехнулась. - Мне нужен адвокат?
Полицейский улыбнулся.
- А вот это уже как вы считаете нужным.
Турианка быстро перевела взгляд на Ника, едва заметно, так чтобы никто, даже она сама, не понял, что Нэррин нужна помощь.
"В таких ситуациях я всегда обращалась к Дженни..." - мелькнуло в голове.
- Если сейчас вы не предъявляете мне обвинение... - начала было она.
- Не смею вас задерживать, мэм, - насмешливо протянул батарианец и тут же добавил: - Но будьте готовы дать показания в случае надобности.
От этих слов несло за версту. Павусс сделала только маленький шаг и тихо зарычала.
- Просто помните про мою дипломатическую неприкосновенность, офицер...
Лейдана продолжала наблюдать. Она хорошо видела, как Павусс изменилась в лице. Разговор с полицейским ей был явно неприятен.
- Ник. Ты же не просто так тут появился. Ты или при делах или у тебя с комендантом больше общего, чем все думают. Вот почему ты так осмелел. И стал думать через раз. Даже не соизволил проверить у каких "инвесторов" ты брал деньги через меня, - она навела бинокль на лицо Ника, бледно зелёня сетка нитей попала акурат на переносицу - дождёшься, кто-то будет так же смотреть на твою харю но через другую оптику. Вот интересно, сейчас тебе повезло или ты сам это везение устроил?
Между тем Ник повернулся, вышел за оцепление, сел в свой кар, Павусс, стараясь держаться твёрдо, проследовала за ним.
- А ноженьки-то дрожат. Чего же вы, комендант, больше боитесь? Стать следующей? Или оказаться на поводке?
Выждав ещё минут десять, после того как Павусс и Ник уехали, Лейдана направилась домой.
_________________________________________________
*ОРУ - открытые распределительные устройства электростанции
Становясь океаном,
Сожалеют ли воды реки
О своих берегах?
Я-туман
52 0%
Offline
1457
2015-11-19 в 10:55 # 80
Совместно с Ilostana и Роса
Листопад продолжался, и кружевной разноцветный покров под ногами становился всё более широким, а звуки шагов - глухими и мягкими. По лиловым звёздам сновали стайки мелких городских птиц - пухлые пёстрые комочки перьев, почти сливавшиеся окрасом с осенним ковром. Время от времени от стаек доносилось редкое беспокойное “тью-у-и” или, напротив, забористая пташья перепалка.
Иллиста шла по улице, держа Горека за руку, и вслушивалась в голоса осени. Все недавние тяжёлые события поблекли и отошли далеко на последний план. Ей казалось, она уже давно не была так счастлива, как сейчас. До слёз, почти… И свободна, как ветер, что перекладывал и перекладывал сейчас осенний калейдоскоп из листьев в причудливые узоры и приносил в него новые “осколки-звёзды”, только что сорванные с верхушек деревьев. Их шуршание, шёпот ветра, птичьи трели, тихий перестук веток над головами, обрывки слов, мыслей сплетались в голове турианки в узор иного рода - во фразы и строфы...

Летать, увы, нам не дано природой,
Но я взлетела - ты мне крылья дал.
Озябнув от осенней непогоды,
Пришла я тенью на роскошный бал.

В слащавой фальши пошлого веселья,
Средь кукол, статуй в дорогих шелках,
Средь пьяного шального упоенья
По воле Духов я тебя нашла.

И в танце закружились мы с тобою.
И танец тот не кончится пока.
Пока?.. - Здесь я смятения не скрою:
Мне шепчет мир: "Пусть длится он всегда!"

Чужой народ, зеркальная природа -
Рок, как умел, преграды нам чинил.
А мы в лицо смеялись непогоде,
И сонный парк нам тропку золотил...

- Думаешь, наши девочки друг друга не поубивают? - задал давно мучаивший его вопрос батарианец, прервав молчаливую созерцательную тишину.
- "Наши девочки"? - переспросила Иллиста, вернувшись из мира грёз в мир реальный. Она постаралась выдержать спокойный, с лёгким ехидством тон, хотя то, что под "нашими девочками" подразумевались Амира и Нэнси, скорее подталкивало улыбнуться.
- Мы в ответе за тех, кого приручили, - ответил Горек и взглянул на Иллисту. В глазах батарианца плясали такие знакомые огоньки. - Но, надеюсь, что они поладят или хотя бы не будут сознательно идти на конфликт.
Она внимательно рассматривала каждую чёрточку его лица, а потом вдруг осторожно и легко коснулась виском плеча Горека, втягивая в себя его запах. Турианка почувствовала, как кровь быстрее побежала по её жилам, и чуть сильнее сжала локоть батарианца.
Горек почувствовал её движение, и аккуратно заключил ладонь турианки в свою ладонь.
"Великие Духи, зачем я это делаю?.." - не найдя ответа в себе, Иллиста снова подняла глаза на батарианца. Да, он прав: слишком уж они разные. Но... Иррациональное, не поддающееся оценке "но" перевешивало всё. "Я просто хочу быть счастлива..." - словно в оправдание подумала турианка, ощущая, как от этой её мысли начинают рассыпаться в прах кирпичики сомнений.
Пальцы Горека поглаживали её ладонь, такую тёплую и тонкую на вид. Батарианец сам не понимал, что он делает. Его, словно местные осенние листья, несло ветром. Он перебирал в голове все свои прошлые романы, которым больше бы подошло название "связи". Но такого, как с этой турианкой, он не чувствовал.
Прежде была мимолётная страсть, которая быстро перегорала, и от которой оставался лишь горький пепел. С Иллистой же Горек чувствовал себя иначе, как будто все тело переполняла какая-то теплота. Это было странно, но приятно.
Она словно почуяла его настроение. Взгляд турианки сверкнул хищной хитринкой. Острые коготки скользнули по коже тыльной стороны ладони Горека и замерли. Иллиста не была уверена, поймёт ли он её, да, впрочем, и она сама мало что знала о батарианских традициях... Боязнь допустить ошибку была велика.

Горек улыбнулся одними губами, приобнял турианку и посмотрел в её изумрудные глаза. И увидел тот самый огонёк, что горел в ней - тот же самый огонёк горел и в самом батарианце.
Дыхание Илисты чуть сбилось, когда её спины и талии коснулись крепкие руки. Она положила ладони ему на плечи, чувствуя, как внутри неё пробегает приятная дрожь.
Едва заметно шевельнув жвалами, Иллиста потянулась к нему, намереваясь осторожно щипнуть Горека зубами за подбородок. Он ответил на её движение, коснувшись губами её рта, отчего турианка вздрогнула и едва сдержала инстинктивный порыв отшатнуться. Ощущение было необычным, но приятным и тёплым.
Горек потянулся к Иллисте, прижимаясь к ней телом, и почувствовал, как бешенно заколотилось её сердце, ощутил тепло её тела. Дыхание батарианца и турианки смешалось, а губы слились в поцелуе.
Язык батарианца скользнул по краю её ротовых пластин, коснулся зубов. Турианка мягко остановила его кончиком языка, в свою очередь касаясь его губ и ощущая лёгкий горьковатый привкус. О последнем она забыла уже в следующее мгновение, погрузившись в волнующую теплоту, захлестнувшую её с головой.
И приняла себя. Раскрылась, обдала его своим теплом. Горяча волна поднялась от живота, ударила в голову. Горек уловил перемену в ней. Его руки спустились по её талии вниз. В горле Иллисты глухо заклокотало сбивчивое рычание. Если бы пред ней был турианец…
Горек потерял голову, но лишь на пару мгновений. И хорошо еще, что на улице было не очень многолюдно: просто некоторые индивиды могли подобное выражение чувств не понять. Но сейчас он не думал о приличиях и лишь крепче прижимал к себе турианку. А ладони так аккуратно легли на её бёдра.
Мысли приняли слишком опасное направление. Иллиста почувствовала, что начинает терять контроль над собой, железный ледяным усилием удержала бушевавший в ней огненный вихрь и заставила себя чуть отстраниться от Горека. Нутро разочаровано и обиженно "заскулило", но этот день был ещё не завершён. Торопливо переводя взгляд с одной пары глаз батарианца на другую, Иллиста проговорила:
- Мы хотели зайти за продуктами...
- Это верно, - батарианец с трудом оторвался от турианки, но не выпустил её из обьятий.
- Тогда идём, - нехотя Иллиста шагнула назад. - Нас ждут наши девочки.

***

- То есть ты живешь с Иллистой? - Нэнси сложила на груди руки и чуть наклонилась вперед. Если бы на лицо Амиры еще светила лампа, то все точно было бы похоже на настоящий допрос. Но пока что это просто смахивало на не слишком дружеский разговор.
- Ммм… да, живу, - Амира рассеянно потянулась за чашкой с чаем.
- Не понимаю, по какой причине, - девушка нервно дернула плечом. - Вы же едва ли подруги…
- О, нет, подруги, - перебив Нэнси, закивала азари. Разговор ее слегка угнетал, да и понять причину такой недоброжелательности она никак не могла. - А почему от тебя пахнет клубникой?
- Что? - Нэнси протянула к носу локон и принюхалась. - Никогда не обращала внимания.
Амира почувствовала, что девушка сбита с толку.
- Я имею ввиду то, что ты больше похожа на ягодку. А сама в иголках…
И замолчала, подумав, что ляпнула лишнее.
- Ты что, меня клеишь? - только и нашлась, что ответить Нэнси. Увидев, что азари от увиденного опешила, девушка мысленно возликовала: “1:1, синяя морда”. И после недолгой паузы добавила: - А ты всегда обнюхиваешь новых знакомых?
- Что? Нет! - азари смутилась и потянулась к своим рисункам. Аккуратно сложенный лист бумаги, усеянный мелкими деталями, с любовью прорисованный заточенным угольком, лег прямо перед лицом Нэнси. И теперь лицо вытянулось у девушки, но она быстро справилась с удивлением.
- Неплохо. А это кто? - Нэнси посмотрела рисунок, а затем вернула азари. Хотя от Амиры не скрылось, что девушка покраснела.
- Цветок на поле… Но не мести, только злобы и алчности. Она невинна, - грустно покачала головой азари. - Все подумают, что это сделала ты.
- Что сделала? - Нэнси недоуменно подняла бровь: девушка абсолютно не понимала о чём говорит эта азари, но она подозрительно много знала.
- Убила ее.
В комнате повисло молчание, невразумительное и тяжелое.
- Кого? - нарушил тишину голос Нэнси, она определенно перестала что-либо понимать.
- Ее, - Амира ткнула пальцем в рисунок, на котором Нэнси ласкаланыне усопшую Дженни.
Девушка недоуменно посмотрела на рисунок, потом на Амиру, а потом села на стул напротив азари.
- Но она же жива. Ведь так? Это тебе просто привиделось. Да?
Амира улыбнулась и покачала головой. Удивленное лицо Нэнси застыло перед ней бледной маской талантливого скульптора, да так, что хотелось прикоснуться к ней и проверить, не фарфоровая ли та.
- Тебе пойдет розовый цвет… - задумчиво протянула азари, и потянулась к чистому листку. Изредка переводя вгляд на растерянную Нэнси, она принялась срисовывать ее.
О’Нил задумчиво посмотрела на Амиру, потом и на её занятие и замолчала.
“Да, Гореку определенно нравятся странные личности…”
- Ты его любишь? - неожиданно для самой себя спросила Нэнси.
- Кого? - не поняла Амира.
- Горека, ты же с ним. Так?
Азари сначала сильно удивилась, приложила к губам испачканные в угле пальцы, а потом только рассмеялась - необидно и ласково.
- А что, он такой популярный? - сквозь смех спросила она. - Боюсь, тебе нужно соперничать не со мной.
- Погоди, я же видела рисунок, - девушка как будто не услышала слов азари. Нэнси вышла из комнаты, а через некоторое время вернулась, положив перед Амирой сложенный листок бумаги. Азари его развернула - на неё смотрело лицо Гардии. - Я не знала, чей он, но сейчас я поняла, это ты его нарисовала, - тем временем продолжила Нэнси. - Значит, вы встречались уже давно.
Амира нежно провела по прорисованному подбородку турианки пальцем.
- О, Гардия… - прошептала она. - Э ма туэ на эмаи [1].
И азари снова перевела взгляд на Нэнси - совершенно спокойный, надо сказать, взгляд.
- Это мой рисунок, Нэнси. Я помню Горека, только он не очень помнит меня, - улыбнулась Амира.
- Ну, да - этого у него не отнять. Он быстро забывает о тех, кто его любит.
- Тебя это трогает, а? - насмешливо протянула азари и захихикала. - Но ведь он и не был в меня влюблён, а я не была в него… Что ты скажешь на это?
- Так значит, просто секс на ночь? И всё? - с нажимом спросила девушка. Этот разговор начал её утомлять. ”И почему эта азари не может говорить прямо?”
Нэнси сложила на груди руки и нахмурилась. А Амира ловко ухватила и парой штрихов передала на листке и напряжение ее фигуры, и внутреннюю злость, и внешнюю холодность. Вот только слово “секс” заставило азари чуть дернуться, так что линия получилось слегка неровной.
- Я не стала бы с ним спать, - тихо сказала она погодя. - Ни с кем не стала бы. Возмездие уже пришло… Мое тело - покинутый Богиней храм, оскверненный и пустой.
Она так и не подняла голову, произнося все это, так что Нэнси пришлось прислушиваться.
- Мда, скверно, - протянула девушка, забавно вытянув губы в трубочку. - Прости, если я тебя обидела.
Девушка вздохнула, как показалось, с облегчением. Амира кивнула.
- Ты ревнуешь. Это странно. Я не понимаю, почему.
- Я просто не знала. Я думала ты с ним...ну, это самое, - девушка немного смутилась. - Как оказалось, зря.
Нэнси виновато улыбнулась.
- А ты, Амира, разве не ревнуешь тех, кто для тебя дорог?
Амира отрицательно закачала головой.
- Те, кто мне дорог, здесь, - она указала пальцем на грудь, а потом перевела палец на голову и добавила: - И здесь. Мне незачем их ревновать.
Она продолжила рисовать, увлеченная и задумчивая.
- Я знаю, Иллиста любит Горека. А он любит ее, - Амира наклонила голову на бок и улыбнулась.
- Что!? - только и вырвалось у Нэнси, глаза её округлились. Она вскочила и собралась куда-то побежать, но сделав пару шагов остановилась. - Я тебе не верю.
Девушка прикрыла лицо ладонью. Амира нахмурилась.
- Ты поверила, что я влюблена в него, но не веришь очевидному. Иллиста, наконец, счастлива, и я тоже.
- Мне плевать на Иллисту! - почти прорычала Нэнси. Она бросилась к Амире, схватила её за плечи и несколько раз встряхнула. - Я тоже хочу быть счастлива….
- Горек счастлив, так почему несчастлива ты? - азари придвинула к ней лицо.
Нэнси замерла, пару секунд глядя Амире прямо в глаза.
- Я не знаю, - почти прошептала девушка. Её руки отпустили плечи азари, а ладони аккуратно обхватили лицо Амиры. - А почему ты счастлива, синекожая?
В воздухе повисло тяжелое молчание.
- Я чувствую дыхание Богини на своем лице, а моя сестра уже прочла по мне отходную, так почему бы не возрадоваться? - прошептала Амира.
Со стороны коридора послышались шаги, и на пороге тренерской появилась пара, о которой они только что говорили.
Расслышав последние слова Амиры, Иллиста помрачнела. Не стоило оставлять её одну, пока, во всяком случае, она не владеет собой в той мере, чтобы не говорить лишних вещей тем, кто не сможет её понять…
Она посмотрела на взбешённую Нэнси, на безразлично-безмятежную Амиру, уловила напряжённость в комнате, и последние её сомнения относительно того, что здесь произошло, отпали.
- Иллиста! - радостно воскликнула Амира, аккуратно отведя ладони Нэнси от своего лица. - Вы уже вернулись!
- Мы даже соскучится не успели, - огрызнулась Нэнси, сверля взглядом Иллисту.
- Вижу, вы поладили, - решил сгладить момент Горек, и, пройдя на кухню, поставил на стол два мешка с продуктами. - Может поможешь? - повернулся батарианец к Нэнси.
- Сам справишься. Не надорвешься, - девушка увидела в пакете бутылку пива, взяла одну и прошла в тренерскую. Губы у неё были поджаты, глаза стали даже как будто остекленевшими. Проходя мимо Иллисты, Нэнси специально толкнула её плечом, отчего турианка пошатнулась. А девушка даже не повернула головы.
- Какого шай-та, Нэнси? - поступок девушки не ускользнул от Горека. В голосе батарианца появились металлические нотки. - Да что с тобой случилось?
Ответом его не удостоили.
- Всё хорошо, - натянуто улыбнулась Иллиста, в полной мере прочувствовав волну ярости, бившую из Нэнси, и от которой едва ли не вибрировал воздух, и сделала попытку отшутиться: - Она просто голодная. Мы слишком долго ходили за продуктами, - к счастью для Илли, да и для Горека тоже, Нэнси уже не увидела взгляда турианки, обращённого в сторону батарианца.
Горек с сомнением покачал головой, а затем повернулся к Амире.
- Мы купили тебе кексы.
- Шоколадные! Спасибо! - азари улыбнулась и протянула свежий рисунок Гореку, а сама вытащила из пакета кекс и сразу откусила.
Иллиста наблюдала за тем, как она довольная уплетает сладкое, и улыбалась. Улыбалась странною улыбкой, какой на её лице ещё не бывало никогда, которая должна была стать для неё привычной уже давно, но не стала - полной нежности, особой нежности. Так улыбаются, лишь глядя на любимых учеников или на своих детей.

______________________________

[1] Э ма туэ на эмаи - наша разлука будет не вечна (азар.).
Убивает не падение, а резкая остановка в конце.
Форум » Форумная РПГ Mass Effect » Форумные ролевые игры Mass Effect » ФРПГ "Mass Effect Universe" » ФРПГ "Игра на выживание. Колония" (Предупреждение: NC-21 (18+))
Страница 4 из 5«12345»
Поиск:

Форум

Лента сообщений Вселенная Масс Эффект Фанатский уголок Форумные РПГ Масс Эффект Цитадель: общение фанатов

ExtraNet
Обсуждение нового раздела сайта
Рейтинг квестов в реальности
Опросы сайта
Архив опросов Mass Effect Universe